– Ты можешь поверить, что он пришел с ней?
– И не говори. Я хочу сказать, никто бы не удивился, если б он при встрече с ней перешел на другую сторону улицы после всего того, что сделала ее ужасная семья…
Вторая женщина неприятно рассмеялась:
– Ты можешь представить физиономию ее папаши, когда он увидит их вместе? Я не удивлюсь, если Лео Парнассис сделал это исключительно из мести… Очевидно, он находит что-то особенное в ее слишком уж невинной мордашке.
Сейчас Энджел вспомнила эти злые слова, высоко вскинула голову и стиснула зубы. Это часть плана Лео. Ритуальное унижение.
Энджел увидела Люси Левакис, возвращающуюся к столику, за которым они сидели. Она жена Аристотеля Левакиса, делового партнера Лео, и единственный человек, который искренне мил с Энджел – без сомнения, потому, что не знает всей истории. Ари Левакис, напротив, весь вечер бросал на нее угрюмые, испытующие взгляды. Энджел стало нехорошо. Известно ли ему о мести Лео?
Люси села и защебетала:
– Вы выглядите такой одинокой, поэтому я решила составить вам компанию. Ох уж эти мужчины, так поглощены собой.
Энджел натянуто улыбнулась. Ей не хотелось запятнать эту милую женщину своей сомнительной репутацией.
– Мне здесь совсем неплохо.
Люси покачала головой, и тут Энджел заметила кое-что, что впервые за несколько дней подняло ей настроение. Она наклонилась вперед и застенчиво поинтересовалась:
– Это колье, которое на вас, где вы его взяли?
Люси просияла и рассказала Энджел о том, как Ари сделал ей предложение, подарив это колье, узнав, как оно ей нравится.
– У меня до сих пор нет обручального кольца. – Она с благоговением дотронулась до украшения. – Вот мое обручальное кольцо.
Энджел улыбнулась, вспыхнув от гордости:
– Я сделала это колье.
Люси ахнула:
– Да вы что? Энджел кивнула:
– В колледже я изучала дизайн ювелирных украшений, и это единственная вещь, которую я продала на выпускном показе. Остальную часть коллекции я раздарила сестре и подругам.
Люси снова ахнула:
– Но вы же могли бы разбогатеть на ней!
«Какая ирония», – подумала Энджел. Вскоре после того, как она окончила колледж, обстоятельства изменились. Она не знала, что ей так скоро придется отказаться от своей профессиональной мечты, иначе сохранила бы коллекцию.
– Я предпочла раздарить ее.
Люси пробормотала что-то нечленораздельное, и не успела Энджел опомниться, как она схватила ее за руку и потащила к мужчинам. Энджел пыталась протестовать, но тщетно.
Энджел услышала, как Люси взволнованно прервала их и рассказала историю о колье. Она вскинула глаза и натолкнулась на пристальный взгляд Лео. В его глазах не отражалось никаких эмоций. Наверняка думает, что она лжет.
Люси застонала, когда до нее дошло, сколько времени, и сказала, что ей пора ехать домой, чтобы отпустить няню. Энджел знала, что у них двое маленьких детей.
Левакисы попрощались и ушли. Энджел ожидала, что Лео извинится и опять оставит ее одну, и уже хотела возвращаться к столику, когда Лео поймал ее за руку и притянул назад. Энджел вскинула на него глаза.
– Куда это ты?
– Я… – Энджел запнулась и отругала себя за слабость. Она почувствовала, как в ней разгорается мятежный огонь. – Я собралась вернуться к столику и снова сидеть одна, чтобы все могли видеть, как демонстративно ты меня игнорируешь. Но, в сущности, теперь, когда все речи произнесены, на сцене будет гораздо заметнее. Поднимусь-ка я туда и посижу там, а? Могу даже повесить на шею табличку, если хочешь…
– Прекрати.
Но Энджел не могла остановиться:
– Почему, Лео? Разве это не именно то, чего ты хотел? Появиться со мной на людях и показать всем, что у тебя ко мне лишь несерьезный, поверхностный интерес? Сделать так, чтобы было максимум домыслов, максимум унижения?
Энджел закусила губу. Слова вырвались у нее прежде, чем она успела их остановить.
– Что ж, если это тебя утешит, кумушки уже с наслаждением сплетничают в дамской комнате и вовсю злословят на мой счет.
Лео нахмурился:
– Что ты слышала? Энджел покачала головой:
– Не важно.
Лео собрался что-то ответить, но в этот момент кто-то подошел и прервал их. К немалому удивлению Энджел, он не отпустил ее руку, а удержал рядом, представив подошедшему.
В машине по дороге домой Энджел покрутила головой, разминая напряженные мышцы шеи. Она валилась с ног от усталости.
– Ты правда разработала дизайн и сделала колье, которое носит Люси?
Энджел устало взглянула на Лео:
– Конечно. Я бы не стала лгать о таком. Какой смысл?
Ее простые слова задели какую-то потайную струну в душе Лео. Он посмотрел на Энджел долгим взглядом:
– Красивая вещь.
Энджел неуклюже пожала плечами. В его голосе прозвучало удивление, словно он не собирался говорить ей комплимент.
– Спасибо.
– После колледжа ты не занималась изготовлением ювелирных украшений?
Энджел подпрыгнула. Это была больная тема.
– Я не занималась изготовлением ювелирных украшений, потому что у меня нет оборудования.
Лео покачал головой:
– Но ты же работала. Наверняка можно было арендовать место под мастерскую.
– Оборудование и сырье, которые мне нужны, слишком дорогие.
Лео откинулся на сиденье и произнес:
– Представляю, как тебя, должно быть, возмущало, что приходится довольствоваться лакейской работой.
Энджел заморгала. В этот момент она осознала, что ее никогда не возмущала необходимость работать, было лишь обидно, что приходится откладывать исполнение своей мечты. Но все очень просто – она должна была поддерживать Делфи.
Она покачала головой:
– У меня не было выбора.
Лео поймал себя на том, что невольно задается вопросом, почему же Энджел не попыталась поймать в свои сети золотую рыбку – богатого мужа. Ее сестра именно так и поступила. Но он быстро подавил в себе любопытство, когда обнаружил, что оно неизбежно ведет к вопросу, как она осталась девственницей. Девственницы не соблазняют богатых мужей.
Больше она не девственница, и она его. Что-то глубоко первобытное, собственническое шевельнулось у него в душе. Лео неумолимо притягивал Энджел к себе, пока она не оказалась у него на коленях. Она сопротивлялась, но он гладил спину сквозь тонкий шелк.
Лео прижался губами к ее ладони. Почувствовал, что она расслабляется, и улыбнулся. Его ласкающая рука притягивала ее ближе, пока Энджел не упала на него, все еще немного напряженная. Его другая рука легла ей на бедро и стала продвигаться вверх.
Лео ощутил жар сквозь шелк и собственное возбуждение. Он слегка пошевелился и услышал, как Энджел втянула воздух, когда он прижался плотью к ее ягодицам.
