успокаивайся потихоньку. Хочешь, я отвезу тебя к себе на квартиру? Побудешь пока там.
Тут Янчевская сквозь слёзы истерически засмеялась, тыкая в меня указательным пальцем. Я прищурился, смотря на неё, это жуткое зрелище меня напрягло.
— Да?! Ты серьёзно? К тебе на квартиру, добродетель ты наш! Утешать меня надумал?!Думаешь, я от отчаяния пересплю с тобой в отместку Роме? Низкий поклон! Отличный план!
— Я не… — бля, не мог сообразить, что ей ответить, ведь у меня и мыслей таких не было — сейчас тащить ее в постель. Но, видимо, Карина думала иначе.
— Слушай, Егор! — становясь напротив меня, пихнула мне в грудак мою косуху. — Оставь меня, пожалуйста, в покое, у меня нет ни сил, ни желания играть в твои дурацкие игры, мне не нужна нянька, и твоя жалость мне тоже не нужна! Что ты прилип как банный лист?! Ты этим делаешь только хуже! Отстань от меня, я тебя прошу! Умоляю! Мне никто не нужен, я просто хочу побыть одна, разве это так трудно понять, мать вашу! Од-на! — с этими словами она кинулась бежать прочь, закрыв ладонью рот, а я продолжал стоять неподвижно, не пытаясь ее догнать. Некоторые моменты нужно пережить в одиночку.
Когда Янчевская скрылась за углом дома, я сел в тачку, высмолил сразу две сигареты. Куда она пойдет? Что будет делать? Хаотичные мысли танцевали в моей башке лезгинку. Вдох. Выдох. Порядок. Спокойно вышел и направился обратно в офис. Хоть уже и был поздний вечер, в кабинете отца до сих пор горел свет. Когда шел по коридору, отчетливо слышал голоса. Голос отца и голос Ромы, мать его!
— Поплачет пару дней, поистерит и успокоится. Это же моя Кариха, она не сможет жить без меня! А сейчас ее лучше не трогать! — тарахтел Рома. По голосу нельзя было сказать, что он сильно расстроен. Вот сука! Часть меня хотела просто разнести эту дверь в пух и прах вместе с тем ничтожеством, что за ней находилось, но вместо этого я на лайте зашел внутрь без стука, наблюдая “порядочное” застолье с вискарем, красной икрой и лангустами. Хуя се, дядя стресс снимает! А бабы где?!
— О, здравствуй, сын! — отец привстал, протягивая мне руку.
— О, боец, здоров! Будешь с нами? — Рома был уже навеселе.
— Нет, я за рулём. А что празднуем, развод? — теперь уже веселился я. — Мда-а, дядь, у тебя была женщина, которую хотят все, а ты загулял с той, что была под всеми. Парадокс! — язвительно закурил ещё одну сигу.
В кабинете повисла гробовая тишина.
— А ты откуда знаешь? — настороженно спросил Рома, икая.
— Карину только что видел, куда пошла, не знаю, — выдохнул дым прям в харю Роме. — В чем прикол изменять таким шикарным девушкам, как твоя жена, с такими плечевыми шлюхами, как Леночка?
— Ты тут поучи меня еще, щенок! — Рома прям начинал звереть, освобождая шею и расстёгивая верхнюю пуговицу на рубашке. — Это не твое дело! Мы взрослые люди и сами разберёмся! Малой еще!
— Сын, в конце концов, Рома прав, чужая семья — темный лес! Мы не вправе вмешиваться! — попытки отца быть толерантным и рассудительным вызывали у меня тошноту и отторжение. — Ты же помнишь, у нас и с мамой всякое бывало, и то ты не так остро реагировал, а теперь вдруг почему-то тебя так сильно волнует ситуация Ромы и Карины.
— Понял, пацан?! Не твое дело, я ее муж! Я! — гундосил пьяный Рома, а мне вдруг блевануть захотелось. Я смотрел на него и не видел в нем и близко своего кумира детства дядю Рому, самого лучшего и самого крутого. Передо мной сидело пьяное быдло с красными щеками и дешевыми понтами.
— Да гнать ссаными тряпками нужно таких мужей, — демонстративно потушил окурок в вазу с красной икрой и вышел из кабинета под ошарашенными взглядами бати и Ромы.
Блин, Янчевская, ты где?! Где тебя искать хоть? На хрена я ее отпустил, мудачье тоже, блин. Набирал, недоступна, естественно. Фак! Все нутро разрывало.
Так, блядь, нужно собраться и держать себя в руках. В конце концов, она адекватная, побудет одна, придёт в себя, и нормально все будет! — сам себя утешал. А если нет?! Сколько ей нужно времени? Отъезжал от офиса с мыслями, что если Янчевская не даст о себе знать в течение трёх дней, то на уши весь город поставлю, но какая-то уверенность в том, что все будет хорошо, не покидала меня! Главное, сейчас не делать резких движений, чтоб потом не пожалеть.
Глава 15
Руки мыл, падла? — услышала знакомый голос, пытаясь разглядеть пьяным взором знакомую крепкую фигуру, которая возникла у нас на пути словно из ниоткуда.
Карина(с).
Неделя… Неделя моей «новой» жизни, которая тянулась как год. Пожалуй, самый адский год в моей жизни. Перед глазами до сих пор стояла распластанная на столе секретарша и нависший над ней когда-то любимый муж. А дальше все как в тумане. Боль, паника и бессмысленные попытки Егора привести меня в чувства, которые раздражали еще больше.
Сбежав от здания офиса, я села в первое попавшееся такси и уехала в самый дешёвый отель. Сейчас мне были не важны апартаменты, сервис или вид из окна, мне нужен только горячий душ и чистая постель. На работе взяла больничный, телефон отключила и просто ушла на дно во всех смыслах этого слова, позволив себе страдать.
В эти дни мое состояние колебалось от истерических рыданий под старые американские мелодрамы о любви до бессознательного изучения узоров на потолке, когда сил плакать уже не было. Вот и сейчас, анализируя все и вся, я пыталась понять, что же мне так сильно разбило сердце — предательство близкого человека, задетые самолюбие и гордыня или страх остаться одной? Ведь, по сути, я никогда не была одна, не жила свободной самостоятельной жизнью, с Ромой я начала встречаться, едва мне исполнилось 18 лет, и тем самым от жёсткого контроля со стороны родителей я плавно перешла к такому же контролю со стороны Ромы, самого главного мужчины в моей жизни. А теперь я одна, на носу тридцатка, и я совершенно не понимаю, как мне жить дальше.
Как обухом по голове, извечные вопросы — за что и почему? Еще три месяца назад в своей любимой харьковской квартирке я готовила любимую лазанью любимому мужчине, — кстати, запах упавшей на пол еще теплой лазаньи в кабинете Ромы навсегда врезался в мои носовые рецепторы, вызывая дикий ужас и страх потери. А теперь
