закончившийся суть более долгим глухим мычанием, Белла тоже коротко глянула в ту сторону:
— О, уже нашли…
— А ещё вот же… — Чернокожий паренёк, вроде бы, окончательно пришёл в себя. И смог оторваться от созерцания дохлых «крабов», переведя взгляд на ёмкости с радиоактивным электролитом. — Вода… Тут же нельзя долго…
— Нам нельзя, а аккумулятор твой за ночь хоть немного зарядится. — Тоже пнув вниз дохлую личинку, Белла обернулась к Рикардо. Но, всё-таки, перестала хмуриться. — А если что — ещё раз эти гадам споёшь. Мне, кстати, тоже понравилось. Что это было?
— Мановар… Бэтл химн… — Безупречный кубанский акцент паренька оставался на своём месте не только в песнях.
— А что из этого название группы?
— Первое. — Я, наконец, преодолел препятствие в виде вонючих трупов и того, что из них выползло. — Но ты так и не сказала, что они там празднуют.
Белла ответила не сразу. Шагнув ближе к одному из окон, она выглянула из него на край неба, который ещё был освещён слабым северным солнцем. И затем, повертев головой по окрестностям, девчонка всё-таки обернулась:
— Давайте устроимся на балконе. — Белла кивнула на ту часть круглого парапета, который был прикрыт башней от ветра с залива. — Тут-то всё равно без окон так же холодно, как снаружи. А там хотя бы не воняет. — Снова обернувшись в окно, она глянула на север. Кажется, там тоже светились слабые огоньки, которые я поначалу принял за звёзды. — И я вам там покажу, во что мы тут вляпались…
Шагнув к нам от окна, она вдруг замерла на полшаге и предупреждающе подняла пальчик:
— Только это… Если я чего-то не говорю — то либо не знаю, либо вам знать не положено. Чур не канючить! Я присягу давала!
— Хорошо. Торжественно обещаю не канючить и не применять мер физического воздействия. — Я помог пареньку с поклажей. — По крайней мере, первым.
— Вот именно! — Девчонка снова показательно хмурилась. Но лукавая улыбка всё-таки пробилась через эту показную маску серьёзности. — Только лучше вон через то окно вылезать. А то со стороны моря скользко…
Ветровая тень от круглой башни была шириной всего в пару метров. И расположиться на этом пятачке по отдельности друг от дружки было нереально. К тому же тёплый спальник и складная поролоновая подстилка были с собой только у Рикардо. А моих лохмотьев и замызганной униформы девчонки было явно недостаточно для комфортного сна на голой железной решётке, располагавшейся в паре десятков метров над землёй.
Но, в отличие от стеснительного паренька, Беллу этот факт ничуть не смущал:
— Ну чего встал? Стели давай! — Не дожидаясь ответа, девчонка по-хозяйски вытащила у него из рук складную пенку. — Слышал историю про четырёх индейцев?
— Индейцев? — Рикардо озадачено перевёл взгляд на меня, словно в поисках подсказки.
Но я в ответ лишь пожал плечами.
Белла Разложила пенку вдоль стены и присела с одного края:
— Дело было в Канаде, зимой. Как-то раз четыре индейца собрались и пошли в соседнее племя. Чтоб поторговать… — Замерев на пару секунд, она будто к чему-то прислушалась. — Нет, тут дует…
Не вставая с места, девчонка поелозила чуть в сторону вместе с пенкой, снова прислушалась к своим ощущениям, продолжив историю:
— Короче, рано с утра вышли, чтобы до ночи успеть. Но днём начался сильный буран. Идти трудно, не видно ничего — того гляди заплутаешь совсем… — Покачав головой, Белла подвинулась ещё немного в сторону и, наконец, удовлетворённо кивнула. — Вот тут норм… — Обхватив коленки, она съёжилась и кивнула на подстилку рядом с собой. — А вы сюда. Тут тоже не дует.
— Э-э-э… — Рикардо всё ещё растерянно стоял с полуразложеным спальным мешком.
Я забрал мешок у него из рук и, опустившись на пенку рядом с девчонкой, широко развернул его за спиной как плащ:
— Падаю сюда, металлист. — Я указал Рикардо на свободное место справа от себя. — Похоже, я уже знаю, чем кончится эта история. — Я повернулся к девчонке. — До соседнего племени дошли только двое, да?
— Ага… — Белла прижалась сбоку и, быстро закутавшись в свой край спального мешка, недовольно зыркнула на чернокожего паренька. — Давай быстрее! А то от вас двоих тоже, прямо скажем, не розами пахнет… А так хоть спальником закроетесь…
— А почему только двое-то? — Рикардо пока не торопился присоединиться, делая вид, что борется с застёжкой на куртке. — У остальных спальников тоже не было?
— Не-а! У всех были! — Оставив снаружи только веснушчатый нос, Белла хитро прищурилась и выглянула из мешка совсем как белка из дупла. — Но только двое из них были родными братьями. И не постеснялись заночевать под одним одеялом.
— А остальные?
— А остальные были слишком гордые. — Девчонка поджала губы и вытаращила глаза. — И к утру насмерть замёрзли!
— Потому что каждый под своим лёг? — Не дожидаясь ответа, Рикардо пожал плечами, улыбнулся и плюхнулся рядом со мной под свой край спальника. — Ну так-то я за любой кипеш, кроме голодовки… — Внезапно он снова стал серьёзным, чуть отстранился и заглянул нам в глаза по-очереди. — Вы же точно не людоеды?
— Не переживай, ты не в моём вкусе. — Сгорбившись между своими приятелями по несчастью, я, наконец-то, начал чувствовать, что согреваюсь.
— А вот за себя я не поручусь… — Белла состроила страдальческую мордашку. — Слона бы съела, не то что… Кхм…
— Вообще-то у меня ещё кое-чего есть поесть… — Рикардо глянул в сторону своей поклажи. — Но это совсем на край…
— А мы как раз на нём. — Я кивнул в пропасть под решёткой. — Доставай.
— Да мне не жалко, вы что! Там просто… Ну… Не вкусно… — Паренёк всё-таки подтянул к себе рюкзак и, торопливо порывшись в каком-то плотном пакете, извлёк три небольшие пачки лапши быстрого приготовления. — Вот…
— Фигасе, «не вкусно»! — Воскликнула девчонка и тут же выхватила одну из пачек, на которой был изображён какой-то особенно довольный жизнью азиат. — Это ж дошик!
— Если бы… Это какой-то дешёвый совсем…
— Да пофиг! — Рванув обёртку зубами, Белла тут же аппетитно хрумкнула лапшичным переплетением. — Обоваю!
— Благодарю. — Я принял свою
