Читаем без скачивания Жрец поневоле-1 - Константин Дадов

— Мы закончили. — Вырвал меня из воспоминаний голос одного из подчиненных.

— У нас гости. — Провозгласил кружащий над отрядом грифон.

— Прекрасно. — Одним движением закидываю меч на плечо. — Отправляйтесь домой.

— Но ведь их всего пятеро, мы легко справимся. — Попытался возразить еще один боец, присмотревшийся к стремительно приближающимся черным точкам.

— Вот именно, их всего пятеро. Мне и самому будет мало, так что ваша помощь не нужна. — Оскалившись в несколько безумной улыбке, активирую шаринган и бъякуган.

Левый глаз окрасился красным, и на радужке начали вращаться три запятых, правый же глаз вспыхнул серебром, словно маленькая звездочка.

— Во славу Ареса. — Хором произнесли мои подчиненные, и вскинув на спины мешки с добычей, исчезли в клубах белого дыма.

То, что задумывалось как способ отвлечь детей от переживаний, со временем превратилось в настоящую религию, определяющую образ мышления. Желание сражаться, становиться сильнее что бы побеждать все более сильных врагов, теперь в той или иной степени, присутствует в каждом Тенгу. Кроме того, грифоны, полностью поддерживают стремление своих союзников, (и кровных братьев), в их стремлении к битвам.

Рядом со мной приземлился Буран, занявший место Шторма в иерархии крылатых хищников.

— Думаешь что справишься в одиночку? — Грифон склонил голову к правому плечу, и испытующе посмотрел на меня.

— В крайнем случи, либо убегу, либо ты вмешаешься. — Говорю как можно более беззаботно.

Щелкнув клювом, Буран изобразил улыбку глазами, и оттолкнувшись от земли всеми четырьмя лапами, взмыл в небо, что бы не мешать мне развлекаться.

Противники приблизились уже достаточно близко, что бы их можно было рассмотреть. Черные костюмы, поверх которых были надеты легкие доспехи, использовались многими кланами, так же как и катаны. А вот символика, с изображением веера, а так же красные глаза с запятыми вращающимися вокруг зрачков, были характерны только для клана Учих.

— Давно мы с вами не виделись, пучеглазики. — В моем голосе прорезалось рычание, а лицо наверняка выражало лишь безумие и жажду битвы.

За те годы, что я являюсь главой Тенгу, между нами и Учихами установилась крепкая неприязнь. При каждом удобном случи, ни мы, ни они не упускаем возможность напасть друг на друга, и хоть до полноценной войны еще далеко, (сложно воевать с теми, кто живет в другом мире), но боевые действия временами вспыхивают, и оканчиваются обычно либо бегством, либо гибелью одного из отрядов.

Мне лично пришлось втолковывать в головы особо мстительных соклановцев, что нам нельзя терять бойцов в межклановой борьбе, хотя бы потому, что Тенгу, в пару десятков раз меньше чем Учих.

— Ррр! — Бросаюсь на встречу отряду врага, а в кровь уже поступают дополнительные гормоны, ускоряющие реакцию и восприятие мира.

Напитываю меч чакрой ветра, и когда между мной и врагами остается примерно двадцать метров, обрушиваю удар своего оружия на землю. Раздался взрыв, и в воздух поднялось облако дерна, камней и песка, а на месте удара осталась внушительная воронка. Сложив пальцами левой руки пару «фиг», выдыхаю мощный поток ветра, накрывший пространство передо мной.

Учихи догадались упасть на землю и закрыть головы руками, так что ускоренные камни и песок, не нанесли им вреда, а затем они совершили синхронный прыжок из положения «лежа», и оказавшись на ногах, хором проорали:

— Стихия огня: гигантский огненный шар!

«Идиоты, ну вот зачем предупреждать врага, какие прием-технику-заклинание ты собираешься использовать? Хотя действуют слажено, видимо давно работают вместе».

Всем телом выпускаю чакру ветра, и усилием воли заставляю ее закручиваться в сферу. И пусть энергии тратиться непозволительно много, да и подвижность резко уменьшается, зато какой психологический эффект был получен, когда вал огня спал, а я продолжал стоять целый и невредимый.

Отпускаю контроль над сферой, и во все стороны ударяет порыв ветра, прижимающий к земле траву, и заставивший Учих пригнуться, выставив перед лицами руки.

Левой рукой складываю еще три печати, и все мое тело покрывают всполохи молний, переходящие так же и на меч, просто искрящийся разрядами. Противники повыхватывали свои катаны, а парочка даже попыталась наложить на меня иллюзию, не взирая на то, что всем отчетливо видны мои разноцветные глаза.

Совершаю стремительный рывок к левому крайнему, (от меня), врагу, и наношу рубящий удар поперек его туловища. Благодаря чакре молнии, окутавшей тело, мои движения стали еще быстрее, но парень все же мог успеть увернуться, если бы не решил блокировать атаку своим клинком.

«Перехвалил я их».

Мысль промелькнула в голове, когда я развернувшись на одной ноге, стряхивал с лезвия чужую кровь. Тело Учихи разрубило, вместе с катаной, которой он пытался защититься. Его напарники, только сейчас сообразили рассредоточиться, и сейчас стремительно складывали длинные серии печатей.

Все той же левой рукой, показываю противникам пять «фиг», и поднеся ладонь ко рту, выдыхаю поток горячего пара, (результат смешения стихии воды и стихии огня). На особый эффект этой техники я не рассчитывал, ее главным предназначением было снижение видимости шаринганов.

— Стихия огня: огненный дракон!

— Стихия воздуха: великий порыв!

— Стихия огня: цветы феникса!

— Стихия молнии: цепная молния!

Название последней техники было выкрикнуто женским голосом, и именно эта атака оказалась самой опасной. Благодаря бъякугану, мне удалось уклониться от искрящейся полосы прочертившей пространство. Все остальные усилия моих противников, лишь разогнали образовавшийся туман.

«Поиграли и хватит… пора заканчивать».

— Стихия ветра: режущие лезвия! — Ору во всю глотку, что бы Учихи точно услышали.

Серия из трех печатей, и волна высотой в три метра, накрывает двух замешкавшихся обладателей красных глазок. Прыгаю вслед за своей атакой, и пока парни не оклемались, наношу два удара мечом, напитанным чакрой ветра.

Еще одна серия «фиг», и струя огня бьет в землю под ногами третьего парня, заставляя его высоко подпрыгнуть, а в верхней точке полета, ему в грудь врезается воздушное ядро.

Осталась одна девушка, растерянно оглядывающаяся по сторонам. Окутываю себя чакрой молнии, в два прыжка оказываюсь рядом с жертвой, и блокируя мечом отчаянный выпад катаной, опускаю кулак свободной руки прямо на макушку.

Слышу за спиной хлопки крыльев, это Буран решил вблизи осмотреть поле боя.

— Ну и зачем ты ее оглушил? — Насмешливо спросил грифон.

— Она еще почти ребенок, которому просто неповезло. — Отвечаю оперевшись на воткнутый в землю меч.

— К ее родичам ты отнесся не столь снисходительно… да и по меркам людей, она вполне взрослая.

— Трофей. — Пожимаю плечами.

— Так бы и сказал, что нашел себе новую самку. — Буран щелкнул клювом и повертел головой. — А другие трофеи?

— Сейчас заберу.

Выдернув меч из земли, и закинув его на плечо, направляюсь к ближайшему телу. Удача улыбалась мне, ни у одного мертвеца не пострадала голова, и в результате, четыре пары шаринганов, попали в распоряжение клана Тенгу. Наши медики хоть и не являются лучшими, но пересадить глаз вполне способны, (долго и упорно тренировались на пленниках, прежде чем хоть одного из них допустили к соклановцам). Неплохим источником знаний были захваченные девушки, некоторые из которых смирились со своей участью, и даже делились полезной информацией на добровольной основе.

Единственная Узумаки, присоединившаяся к клану без принуждений, пусть и не была мастером печатей, но основы знала, и взяла себе нескольких учеников. Так что, у нас есть свитки почти на все случи жизни, (от взрывных, и до хранителей пищи и органов).

Запечатав последнюю отрубленную голову, бережно скручиваю бумажку в трубочку, и убираю ее в футляр на поясе, к трем точно таким же. Вернувшись к оглушенной девушке, закидываю ее тело на плечо, и складываю левой рукой серию печатей.

В следующее мгновение раздались два хлопка, и человек с грифоном исчезли в облаках белого дыма.

Время текло словно бурная река, клан Тенгу постепенно разрастался, и его становилось все сложнее обеспечивать всем необходимым для жизни. Среди моих подчиненных образовались три ярко выраженные специальности: воины, (в той или иной степени, к ним относится каждый член клана), ученые, (те кто пытался создавать новые техники, и изучал печати и энергетические барьеры), и медики, (плотно сотрудничающие с учеными). А вот земледелием и скотоводством, не хотел заниматься никто, потому продукты приходилось закупать у крестьян, отбирать у разбойников, или же добывать охотясь на кентавров и нагов, (мясо тритонов оказалось неприятным на вкус, а ежи успешно прятались в лесах).