Франческа ощутила жар, исходивший от него, ощутила, как тяжело вздымается его грудь, и закрыла глаза. Он был здесь, сейчас – мужчина, о котором она мечтала всю жизнь, тот самый привлекательный негодяй. Если она остановится, то всегда будет раскаиваться в этом. Возможно, это единственная возможность испытать то, о чем она мечтала годами. Да и что в этом опасного – завтра он уедет в свой лондонский мир, и пути их никогда больше не пересекутся. Она не влюбится в Себастьяна, не почувствует привязанность, зато сохранит приятные воспоминания. Все это не идет ни в какое сравнение со множеством любовников Афродиты.
Медленно повернувшись, Франческа из-под ресниц взглянула на Себастьяна:
– Да.
Простыни были прохладными, но холода он не чувствовал. Обычно когда он ложился в постель к женщине, та была уже обнаженной и готовой, но в этот раз все было иначе: Франческа ожидала, что ее разденет он.
Никогда еще Себастьян не видел столько пуговиц, крючков и тесемок: Франческа являла собой подарок, ожидавший распаковки. Пальцы Себастьяна дрожали, когда он удалял один предмет одежды за другим, и лишь когда вся одежда была отброшена в сторону, он остановился и принялся изучать ее.
Франческа Гринтри, женщина его мечты.
Торн застонал и, потянувшись к ней, дотронулся до ее волос – тяжелые и влажные, они осыпали лицо и плечи Франчески.
Проведя рукой по ее спине, он ощутил изгиб талии и нежные ягодицы. Она прижималась к нему, он ощущал ее теплое дыхание. А потом она лизнула его и тут же приподняла голову так, чтобы он смог ее поцеловать.
Себастьян положил руку ей на грудь и, ощутив затвердевший сосок, наклонился и обхватил его губами, а Франческа изогнулась ему навстречу.
Их ноги переплелись, и набухший пенис Себастьяна коснулся ее бедра, но он удержал себя, зная, что чем больше Франческа будет его хотеть, тем лучше для них обоих.
Однако Франческа быстро обнаружила его слабость. Нетерпеливая рука прошлась по затвердевшему органу Себастьяна, сначала как бы для пробы, потом принялась терзать его в нетерпении. Сама она была разгоряченной и влажной. Себастьян, не в силах больше ждать, скользнул в нее.
Франческа замерла. Может быть, он переоценил степень ее возбуждения? Нет, просто такое происходило с ней первый раз. Заглянув в ее лицо, Себастьян увидел удивление. Так вот оно что – она девственница! У него никогда раньше не было девственницы.
На мгновение он застыл, но тут Франческа улыбнулась, и все сомнения улетучились.
– Странное ощущение, но приятное. Пожалуй… Да, думаю, это мне очень понравится.
После этих слов Себастьян задвигался, больше не пытаясь сдерживаться. Франческа явно получала такое же удовольствие, как и он.
Себастьян предоставил направлять действия своей партнерше, и они слились воедино в вихре страсти.
В конце, когда Франческа выдохнула и ее тело пронзила сладостная дрожь, Себастьян растворился в общем удовольствии.
– Так вот на что это похоже, – медленно, словно во сне, произнесла Франческа.
Они все еще лежали в объятиях друг друга, и Себастьян ощущал, что подарил Франческе нечто очень ценное, как вдруг все изменилось в одно мгновение и ему непреодолимо захотелось спать. Однако, несмотря на то, что он заслужил это, Франческа не дала ему насладиться плодами своей победы: она попыталась выбраться из его объятий, а когда Себастьян хотел ее удержать, бормоча нечто успокаивающее, стала извиваться еще сильнее. Все было позади, и не было никакой надежды на возвращение.
Подчинившись, Себастьян откинул одеяло и встал, а потом, подойдя к огню, потянулся, тогда как Франческа, оставшись в кровати, замерла, наблюдая. Разумеется, она никогда раньше не видела мужчину во всем великолепии. Что ж, пусть видит!
Он с улыбкой повернулся к ней, и ее взгляд скользнул по его груди, животу, а затем опустился к паху. Этот пристальный взгляд снова разжег в нем желание.
Франческа полулежала на подушках, окутанная пышными локонами; ее губы распухли от поцелуев. Она казалась Торну осуществившейся мечтой, и он страстно жаждал ее.
Внезапно глаза Франчески широко распахнулись, и Себастьян подумал, что, возможно, она не против еще одного соития.
– Франческа, ты просто создана для любви, – хрипло пробормотал он, направляясь к ней, и тут же понял, что сказал самое ужасное из того, что мог сказать. С таким же успехом можно было объявить ей, что она истинная дочь своей матери. Для женщины, борющейся с наследственностью и природой, это было равносильно тому, чтобы поднести спичку к сухому дереву.
Франческа резко села.
– Мне нужно идти.
– Но, дорогая…
Увы, все было бесполезно. Хотя ее одежда не совсем высохла, Франческа начала быстро одеваться, и Себастьян, вздохнув, последовал ее примеру.
– Подожди здесь, – сказал он, одевшись. – Я попытаюсь раздобыть лошадей.
Когда Себастьян ушел, Франческа остановилась у камина. Удивительно, как можно ощущать такую пустоту после того, что она только что пережила. Да, она получила удовольствие от того, чем они занимались, и не раскаивалась в этом; однако теперь ей окончательно стало ясно, насколько велика для нее возможность стать такой, как ее мать. Себастьян заставил ее ощутить себя богиней, и она уже хотела большего. Хотя ей не суждено и дальше быть с Себастьяном, но зато у нее есть возможность начать искать его черты в каждом мужчине, взглянувшем на нее или коснувшемся ее.
При мысли об этом у Франчески от отвращения и ужаса закружилась голова. Она вовсе не хотела стать еще одной Афродитой.
Дверь открылась, и на пороге появился Себастьян.
– В конюшне я нашел только одну лошадь.
Значит, ей снова придется ехать, прижавшись к нему и заново переживая мгновения, проведенные вместе. Этого Франческа жаждала и боялась одновременно.
Сказав себе, что это будет еще одной проверкой, она направилась вниз по лестнице. Если ей удастся вынести это, не показывая своих истинных чувств, значит, она сможет вынести все, что угодно.
Поездка оказалась на удивление быстрой, и они едва успели обменяться парой слов, как уже увидели огни поместья Гринтри-Мэнор.
Франческа хотела спрыгнуть с лошади и поскорее убежать, но Себастьян уже протягивал руки, чтобы помочь ей в последний раз.
Оказавшись на земле, Франческа побежала с такой скоростью, будто за ней гнался сам дьявол. Себастьян окликнул ее, но она не оглянулась; в ее голове была лишь одна мысль: она хотела его, но не могла его получить.
На следующее утро Франческа долго не спускалась вниз, надеясь дождаться, когда Себастьян уедет. Очень кстати, что они собираются в Лондон: там, в столичной суматохе, она сможет забыть Себастьяна Торна, а ко времени возвращения в поместье из ее головы улетучится всякое воспоминание о нем.
