Читаем без скачивания Темная тайна инкуба (СИ) - Гэлбрэйт Серина

— Вы тоже.

В галерее куча ниш, в которых могут скрываться потайные ходы. Ниши, правда, узковаты, даже я в них протиснусь с трудом, а мужчина роста и телосложения Эйдена разве что боком пролезет. И недвижимого голема через такую не протащишь.

Но Страж может переместиться сам и с лёгкостью переместить хоть целую компанию, хоть немало весящего голема.

— Сигнализация сработала.

— Сигнализация? Я ничего не слышала.

— Вы и не должны. Её слышат только Стражи, находящиеся в цитадели.

— Тогда где Олли? Если, как вы говорите, её слышат только Стражи, находящиеся в цитадели… а сейчас тут из Стражей лишь вы и он.

— У парня крепкий сон.

Или он заметает следы.

— Что вы делали в этой галерее? — Эйден поднялся с пола, смерил меня цепким изучающим взглядом.

— Сказала же, гуляла, — повторила с вызовом.

— С амулетом для поиска и распознавания призраков? — Эйден протянул руку и двумя пальцами ловко подцепил шнурок, вероятно, выбившийся вместе с камнем из-под блузки во время падения. — В цитадели привидений нет, только дух-дворецкий.

— А вдруг завелись? — я дёрнула за шнурок, и он выскользнул из мужских пальцев. — Вон, у вас уже и големы везде валяются обездвиженные, будто старый ненужный хлам.

— Уверяю, до вашего здесь появления ничего подобного не происходило, — Эйден отвернул лицо в сторону, повысил голос: — Джентри, пусть голема заберут и перенесут на нижний уровень, в мастерскую. И скажи, к какому участку был прикреплён ИС6–37.

— Минуту, Страж Эйден, — отозвался дух-дворецкий.

Надо же, я-то думала, големов куда вызовут, туда они и пойдут. А они, оказывается, по участкам распределены и номера имеют.

— Могу я вернуться в свою спальню? — осведомилась я в попытке выяснить, полагают ли меня причастной к исчезновению камня.

— Нет.

Значит, полагают.

— А ещё вы сказали, что тот, кто извлёк источник, был в достаточной мере искусен, дабы выполнить всё безупречно, — напомнила я терпеливо. — Мне же известно о големах ровно столько, сколько большинству ведьм Светлой стороны, и я при всём желании не смогла бы извлечь камень аккуратно, не раскурочив бедолаге всю грудную клетку. Более того, я в цитадели гостья и, пусть големы слушаются моих просьб, ни один из них не подпустил бы меня к источнику собственного питания.

— ИС6–37 был прикреплён к гостевым комнатам в апартаментах Стража Олли, — отрапортовал дух.

— Как давно?

И нечего зыркать на меня так, словно я единственная вселилась в эти комнаты, самовольно причём!

— С момента переезда леди Ризант в апартаменты Стража Олли.

— Стойте! — внезапно осенило меня. — А не мог ли это быть тот самый голем, что передал мне письмо?

— Какое письмо? — насторожился Эйден.

— Ни один из големов, состоящих на службе в цитадели, не доставлял вам этого письма, энни Трой, — повторил дух то, что я уже слышала от него.

— Сегодня утром один из големов передал мне письмо от отправителя, пожелавшего остаться неизвестным, — решила я признаться, раз уж меня считают подозреваемой в этом нехорошем деле. — В письме меня пригласили прийти сюда, на эту галерею, в одиннадцать часов вечера, и пообещали рассказать подробности о сделке лорда Ризанта и Бастиана.

— Рассказали? — уточнил Эйден, продолжая буравить меня глубоко недоверчивым взором.

— Нет.

— Отправитель не явился на встречу?

— Он присутствовал в виде голоса, примерно как ваш дух-дворецкий. Договорить не успел, свет начал мигать, а потом совсем погас. В темноте я и споткнулась о голема. Кстати, до того никаких тел, живых и неживых, здесь не было. Я бы заметила.

Эйден нахмурился, взял меня за руку, и вокруг заклубилась тьма. Телепортация занимала считанные секунды, но даже за столь короткий срок в моей голове успели пронестись нерадостные мысли о месте назначения. Наверняка найдутся в цитадели и пыточные застенки, и тюремные камеры. Или, на худой конец, подвал, запрятанный так глубоко, что никакой камеры не надо.

Однако когда тьма рассеялась, взору моему предстала уже знакомая обстановка гостевой спальни, подсвеченная горящим светильником на столике возле кровати. Специально не стала его гасить, чтобы не блуждать по возвращению в потёмках. Светлячки — это хорошо, но мало ли что поджидало бы на тайной встрече? Вдруг на светлячки сил бы не хватило?

Оно и поджидало. И будь там настоящий труп, вся ситуация подозрительно походила бы на подставу.

Впрочем, лишённый питания голем мог принести не меньше неприятностей, нежели некогда живое тело.

— Могу я взглянуть на это письмо? — руку Эйден отпустил почти сразу.

Я направилась к секретеру, зажгла стоящий на верхней его части светильник, открыла нижний ящик.

Пусто.

Я даже руку в ящик засунула, тщательно ощупала каждую пядь деревянной поверхности. А я точно положила и само письмо, и конверт сюда, хотя бы потому, что дома-то у меня ни секретеров, ни бюро не водилось, и бумаги хранились в ящиках обычного письменного стола.

Открыла по очереди два верхних ящичка, где нашёлся только набор письменных принадлежностей, обхлопала открытую полку над ними, где стояли маленькие изящные часы.

— Забыли, куда положили?

— Я положила его сюда, — ткнула я пальцем в нижний ящик.

— Уверены? — Эйден встал рядом, скептически оглядел столешницу.

— Да! Оно было здесь… а потом исчезло. Или его украли. Аноним забрал единственную улику, которая могла вывести на него…

— Какой был почерк?

— Каллиграфический, очень чёткий, ни лишних завитушек, ни чёрточек, ни приметно написанных букв.

— И сколько людей и нелюдей умеют так писать?

— В общей сложности… мало. И ещё оно было в конверте.

— Даже в конверте?

— Обратного адреса не было, если вас это интересует.

— Что вы, я и не ожидал, что ваш аноним будет столь любезен и укажет обратный адрес.

— Вы мне не верите? — не сдержавшись, я с треском задвинула ящик.

И как тут не вспомнить рассуждения анонима о взаимном многовековом недоверии ведьм и Стражей.

— А у меня есть для этого основания? — Эйден покачал головой, развернулся и направился к двери.

Не успела я удивиться, что Страж решил воспользоваться более традиционным способом перемещения, как он вынул из замочной скважины ключ, торчащий с внутренней стороны, — видимо, на случай, если гость пожелает запереться, — и распахнул створку.

— Что вы делаете⁈ — я бросилась следом, но он уже вышел из спальни и закрыл дверь перед моим носом.

Раздался щелчок запираемого замка.

— Выпустите меня! — я из принципа подёргала дверную ручку, потарабанила по створке ладонью.

— Боюсь, лишь таким образом вас можно хоть на какое-то время удержать на одном месте, — спокойно пояснил Эйден свои не вполне законные действия. — Не пытайтесь покинуть комнату до утра и не надейтесь, что сумеете открыть замок с помощью магии.

Понятно, что сейчас он не только ключ в замке поворачивает, но и активирует какую-нибудь хитроумную защиту, которую без пол-литра чего покрепче не расплетёшь. Ну ничего, к этой комнате прилагается такая восхитительно большая, удобная, будто созданная для побегов терраса…

— Защита закольцована, — любезно напомнил Эйден, словно подслушав мои мысли.

То есть наложена строго по периметру и замкнута в кольцо на определённом объекте. Обычно на двери, но дверь же и ломают в первую очередь, поэтому умные маги выбирают объект менее очевидный.

Ладно, Витьку кликну, он поможет.

— И не зовите фамильяра. Он вас не услышит.

Как это — не услышит?

Демоны побери, неужели и впрямь… телепат?

— Мысли ваши я не читаю, просто ход их в нынешней ситуации понятен. Но ваше ментальное общение с фамильяром иногда слишком громкое, нельзя быть рядом и не услышать.

Ой. И он слышал всё, о чём мы с Витом мысленно разговаривали в его присутствии? Дважды ой.

— Всё необходимое у вас есть, завтрак вам принесут. Если потребуется что-то срочное, обратитесь к Джентри, но убедительная просьба не злоупотреблять и не симулировать сердечный приступ. Тёмных ночей, Инарин.