По еще одному странному капризу судьбы из надписи в Пальмире мы узнаем, что не где-нибудь, а в Вологезии, парфянском торговом центре в Вавилонии, находился храм обожествленным римским императорам Августам.
Традиции погребения могут пролить дополнительный свет на религии Парфии. Поклонники Митры оставляли тела умерших на поверхности, а кости затем следовало собирать и помещать в астоданы, специальные урны для костей. Такой тип погребений действительно был популярен в восточных областях царства. Урны из терракоты, обычно не покрытые глазурью и относящиеся к поздней Парфии, были обнаружены в Нисе и Согдиане. Однако в городах западных областей Парфии приняты были различные виды погребений. В самом простом виде оно состояло в замуровывании трупа в стены или полы домов из глиняных кирпичей. Это было старинным вавилонским обычаем, который широко использовался, несмотря на его гигиенические недостатки. Другие способы захоронения варьировались от самых простых до грандиозных. Трупы, особенно детей, могли помещать в большие горшки. В других случаях использовались гробы нескольких стандартных видов. Иногда мертвых клали вне домов в деревянные или терракотовые гробы, которые помещались в небольшую гробницу, сложенную из плиток или кирпичей, которая даже могла похвастаться сводчатым верхом. В таких крошечных склепах обычно находится очень немного погребений. Однако более сложные сооружения, раскопанные в Селевкии, имеют вид фамильных склепов. Например, склеп 131, находящийся под землей и имеющий бочкообразный кирпичный свод, разделен на камеры. В него вела крутая лестница, и он периодически открывался, чтобы принять новое погребение. Терракотовые саркофаги, использовавшиеся в таких погребениях, были в основном двух типов, которые непочтительно названы «ванной» и «тапкой». «Ванны» парфяне унаследовали от ассирийцев. Обычно к ним изготавливались крышки, и все часто покрывалось глазурью и богато украшалось. Саркофаги-«тапки» использовались начиная с I в. до н. э. и далее. Как указывает их название, формой они похожи на туфлю или тапку и имеют овальное отверстие в широкой части. Это отверстие закрывалось особой крышкой или закладывалось кирпичами. Небольшое отверстие в узкой части позволяло уходить веществам, образующимся в результате распада. Многие из этих саркофагов покрыты зеленой или синей глазурью и сложными украшениями. Бока и верхняя часть, как правило, разделены на прямоугольные ячейки, в каждой из которых появляется повторяющаяся фигура: солдат, обнаженная богиня или танцовщица (фото 22). Как форма, так и украшения ячеек, вероятно, заимствованы у египетских мумий с их украшенными узорами пеленами. Еще более ярко египетское влияние прослеживается на нескольких антропоидных саркофагах, обнаруженных в Вавилоне и Сузах. С мертвецами захоранивали всевозможные предметы. Археологи обнаруживают керамику, стекло, сосуды из камня и металла, оружие, украшения, статуэтки и различные предметы повседневного обихода: бронзовые зеркала, костяные гребни, лампы. В Вавилоне на голову умершего иногда возлагали диадему, венец из золотых листков или венок из настоящих листьев оливы. Жителей Селевкии также хоронили с амулетами и моделями ключей, а в рот или руку трупа часто вкладывали монеты. Может быть, для того, чтобы мертвец мог заплатить Харону за переправу в подземный мир? То, что в погребениях Селевкии находят еду и питье, а также фигурки женщин, которые должны были служить супругами-спутницами в другом мире, ясно показывает: люди верили в то, что загробную жизнь будут вести не тени или духи, а она сможет приносить реальное физическое наслаждение.
Рис. 23. План и восстановленный макет гробницы VI. Хатра, II в. н. э.
Представителей высших слоев парфянского общества хоронили гораздо более пышно. Царские гробницы в Нисе и Арбеле все еще не найдены. Однако в кургане Новой Нисы были обнаружены остатки внушительного кирпичного мавзолея, которым, возможно, пользовалась знать (рис. 2). Ряд колонн с капителями «местного ионического» ордера шли вдоль гордого портика. Верхнюю часть фасада мавзолея венчало старинное ассирийское украшение из ступенчатых зубцов, характерное для многих парфянских строений. Внутри находилась квадратная центральная камера, окруженная коридором, возможно святилище. В ряде помещений и переходов находились локулы – длинные и узкие камеры для саркофагов. По-видимому, строение относится ко II в. до н. э. Локулы являются характерной чертой целого ряда красивых мавзолеев из кирпича и камня, воздвигнутых в культурной области на западе Парфии (рис. 23). В Хатре прямоугольные каменные здания позднепарфянского периода, сейчас сильно разрушенные, строились для того, чтобы принимать купеческих и царственных мертвецов как за стенами города, так и внутри их, что соответствовало месопотамским обычаям. Снаружи эти здания часто облекались римскими украшениями в виде полуколонн, пилястров и антаблементов. Внутри часто имелись два этажа камер, соединенные лестницей и увенчанные простыми каменными сводами; освещалось помещение узкими окнами. Бледные подражания хатрским мавзолеям были построены из кирпича поблизости, в Ашшуре, они тоже имеют сводчатые камеры (фото 26). Однако самыми необычными гробницами Парфии были башни, возведенные в Дура-Европос и Пальмире большей частью в первые три века нашей эры. Погребальная башня немедленно заставляет вспомнить о зороастрийских «башнях молчания», однако никакой связи между ними установить не удалось. Как в Пальмире, так и в Дура-Европос башни были одной из нескольких форм погребальных строений. Гипогей (подземный фамильный склеп), гробница-храм и даже гробница-дом были другими формами (рис. 24). В Пальмире башня и гипогей иногда объединялись. Представляется, что каждая гробница первоначально принадлежала одной семье и имела множество локул для помещения саркофагов. Однако, если локулы в башнях Дура-Европос выходят наружу, локулы в Пальмире открываются во внутренние переходы. Внушительные каменные башни Пальмиры, «дома вечности», как называли их пальмирцы, пользуются заслуженной славой не только из-за их порой идеально сохранившихся фасадов, но также и из-за богатства внутренних украшений (фото 37).
Рис. 24. План подземной гробницы – гипогея Лизамша (Пальмира) в том виде, который она приобрела в III в. н. э.
Каждая камера для гроба обычно закладывалась каменным бюстом, «представлявшим» умершего, либо несколько камер закрывались более крупной скульптурой. Эти рельефы большей частью исчезли со своих первоначальных мест, попав в личные и публичные собрания. Саркофаги пропали, а лежавшие в них мумии использовались арабами для магических целей, так что после них остались только немногочисленные лоскуты дорогих одеяний из Древнего Китая, Индии и других мест, в которые были облечены тела. Однако большая часть декора сохранилась: каменные и фресковые украшения и изображения оживляют погребальные камеры. Многие надписи говорят о том, что деловая сметка пальмирских торговцев побуждала их продавать локулы фамильной гробницы менее удачливым чужакам, давая пищу для морализаторства. Однако даже самые большие и роскошные из этих гробниц совершенно затмевает место последнего упокоения царя Антиоха I Коммагенского в Нимруд-Даге (фото 29). Громадный курган покрывает гробницу, его окружают широкие террасы. Теперь мы вошли в область архитектуры, к которой и обратимся далее.
Глава 7
Архитектура
Если не считать землетрясений, то местность и климат Парфии способствовали тому, что даже непрочные сооружения сохранялись долго. Теплая сухая погода позволяла жителям Западной Азии возводить постройки из простых высушенных на солнце кирпичей, как это делается и сегодня. Те части, которые больше всего могли пострадать от воздействия воды, а также ног и плеч обитателей, – фундамент, косяки и углы, – делали из гораздо более прочных и дорогих, обожженных в печах кирпичей или из камня, если он был доступен. Обожженный кирпич использовался для строительства дворцов местных правителей и храмов целиком. Камень использовался только тогда, когда он обильно встречался вблизи от места строительства или когда это позволяли экономические условия, например в Хатре. Дерева в Западной Азии было мало. Его часто приходилось привозить издалека, поэтому оно было дорогим и использовалось редко. Страбон, писавший в I в. н. э., говорит, что жители Месопотамии сооружают кирпичные своды в качестве перекрытий для своих комнат, чтобы не использовать деревянные балки. Не случайно кедровые леса Ливана прославились еще в древности.
Огромные масштабы Парфянского царства, разнообразие традиций в его пределах предполагают разные стили в парфянской архитектуре. К сожалению, о зданиях центральной части царства (на территории самого Ирана) нам известно очень мало. Однако можно заметить, что некоторые важные элементы и типы строений все-таки повторяются, особенно с начала нашей эры и позднее. Они налагаются на более древние местные традиции в разных регионах Парфии и потому имеют право называться парфянскими.
