— Все намного хуже, чем я предполагал раньше, — с досадой говорит он после исследования. — Процесс идет намного быстрее. Кровь становится похожей на мед.
— Мне теперь придется опасаться пчел? — заплетающимся языком пытаюсь пошутить я. Пальцы на руках сводит, и они причудливо выгибаются.
— Если бы все не было столь печально, я бы посмеялся вместе с вами, — расстроенно говорит Дэшэн. — Господин, я бы попросил вас обратиться к настоящему врачу.
— Да-да, запиши меня на прием к терапевту, — усмехаюсь я. — Вампиры не болеют, соответственно, и врачей у нас нет.
— Но есть те, кто изучает генетику, — возражает Дэшэн. — Ученые, которые смогут сделать вам анализы на хорошем оборудовании. Ничего этого я вам дать не могу. Да и опыта у меня мало. Поговорите с господином Вудвордом. У него хорошие связи, может быть, он вам что-то посоветует.
— Ага, и Ви тут же возьмет меня под стражу, как угрозу для вида. А мне еще с делами надо разобраться. Да еще и девчонка эта на мою голову навязалась. Нет, я не могу так рисковать, — категорично заявляю я.
— Но ваш организм разлагается. И я не знаю, как это остановить. Я не хочу вас потерять, господин. Поэтому сделайте что-нибудь, — Дэшэн кланяется мне. Потом целует мою руку и прежде, чем я успеваю сказать, что я против таких нежностей, бегом поднимается наверх.
Растягиваюсь на полу. Перед глазами кружат красные точки, но они не мешают мне тут же выключиться.
Прихожу в себя от того, что кто-то теребит меня за плечо. Издаю короткий рык и выпускаю клыки, готовый в любой момент атаковать. Зрение еще не вернулось, и я не вижу, кто потревожил мой сон, но по запаху догадываюсь, что это сделала Дина. Ее руки ложатся мне на грудную клетку, слегка похлопывая о ней.
— Тише, тише, — миролюбиво говорит она. — Это всего лишь я. Зотикус, надо идти.
— Ты понимаешь, что я мог тебя убить? — злюсь я. Опираюсь на ее плечо, чтобы подняться на ноги.
— Елена попросила привести тебя. У нее мало времени. Я не могла ждать, пока ты проснешься, — поясняет Дина и тащит меня к выходу из подвала. — Давай быстрее.
Выбираемся в гостиную. Зрение становится четче. Ведьма идет впереди. Она растрепана, волосы выбились из пучка. По шее стекают тонкие струйки пота. Из одежды на ней только шорты и топ. Даже в этих условиях она нашла время для тренировки. Ее упертость меня восхищает. Проходя мимо вешалки снимаю пальто и протягиваю его девушке. Она молча влезает в него и, сбежав с крыльца, ускоряет шаг. Мы двигаемся в сторону леса. На улице глубокая ночь. На небе висит луна, похожая на золотую монету. А звезд-то сколько! В Лондоне их почти не видно. Хотя, когда я в последний раз задирал голову, чтобы любоваться небом? Не помню уже такого даже.
Быстрым шагом идем по проселочной дороге. Дина бросает взгляд на часы и переходит на бег. Возле леса мы останавливаемся. Она шепчет какое-то заклинание. Рисует в воздухе знаки. Берет меня за руку и ведет за собой. Идет медленно, словно боится наступить на гадюку. Неподалеку кричит птица. Пахнет сырой землей и этот запах навевает на меня мысли о смерти. Тем временем мы сворачиваем на узкую тропинку и начинаем подниматься вверх. Ведьма запыхалась, его дыхание стало хриплым, прерывистым. Мы выбираемся на небольшую опушку, которую заливает лунный свет, отчего светло как днем.
— Елена? — зовет Дина, прижимая руки к груди.
— Почему так долго? — с упреком произносит знакомый голос. Оборачиваюсь и вижу девушку в белом платье. Ее длинные волосы распущены и украшены цветами. Она выглядит точно так же, как когда мы увиделись впервые.
— Ты знаешь, кто убил тебя? — вместо приветственных слов, вырывается у меня. Елена улыбается и подходит ко мне. Кладет руки на плечи, но я не чувствую ее прикосновения.
— Совсем не изменился, — говорит она и ее пальцы скользят по моей щеке. — Никакой романтики, все только по делу. Нет, я не знаю, кто убил меня. Все случилось неожиданно, я не смогла запечатлеть лицо убийцы. Помню, что была сильно удивлена. Только пожалуйста, не надо за меня мстить. Я сама виновата в том, что произошло. Первой нарушила закон баланса. Все правильно.
— Зачем ты хотела меня видеть? — спрашиваю я. Дина стоит рядом опустив голову. Видимо, ощущает себя лишней. Она замерзла. Слышу, как она стучит зубами.
— Надо поговорить об Айлин. — взгляд Елены становится жестким. — Адвокат ведь уже озвучил тебе мою волю?
Киваю. Елена опускает руки. Вижу, как тяжело ей продолжать этот разговор.
— Это было опрометчиво, — высказываю свое мнение я. — Ты ведь знаешь, как человеку опасно со мной быть. Я могу ее убить. Даже случайно.
— Именно этого я и хочу, — набравшись решимости, говорит Елена. — Чтобы ты убил Айлин.
— Что? — не верю своим ушам я и смотрю на Дину. Та лишь разводит руками.
— Да. Ты все правильно понял, — раздраженно произносит Елена. — Я должна была это сделать сама, но у меня не хватило силы воли. А ты можешь это сделать легко и безболезненно. Просто усыпить ее. Обещай мне, что сделаешь. Хочу уйти, зная, что из-за моей слабости не случится катастрофы для всего нашего рода.
— Но почему? — не понимаю я.
— Она — дочь Амалика, — открывает правду Елена. Дина тихо вскрикивает и закрывает лицо руками. — Он похитил Василису, внушил ей стать его любовницей. А когда она родила дочь, убил ее, забрав ее магию себе. Он рассчитал все так, чтобы родилась одна из самых сильных ведьм в нашем роду. А в сочетании с его магией… Айлин станет настоящим чудовищем. Она подчинит все души нашего рода, будет качать из них энергию, и они уже никогда не смогут переродиться. И меня проклянут за это. Потому что я позволила такому случиться.
— Неужели нет никаких альтернатив? — спрашиваю я. Мне почему-то совсем не нравится идея убить свою подопечную.
— Ну почему же, — к Елене возвращается воодушевление. — Ты можешь держать ее под замком, пока ей не исполниться двадцать один год. Если до этого момента не дать ей развить свою магию, то она может потерять ту мощь, которая в ней заложена. Стать обычной целительницей. И тогда никакой угрозы представлять не будет. Но это очень маленький шанс, понимаешь?
— Но все же он есть! — упорствую я и сам себе удивляюсь. Какого дьявола мне сдалась эта девица? Задушил бы по-тихому и вернулся в Лондон первым же самолетом. Но нет же.
— Я бы не была столь оптимистичной, — поджимает губы Елена. Ей совсем не нравится то, что я ищу возможность сохранить жизнь ее внучке. — Все указывает на то, что Амалик не оставит ее в покое и сделает так, как задумал. А именно — в ближайшие месяцы проведет обряд, который активирует силу Айлин. У него для этого уже все готово. Поэтому я бы не стала рисковать.
— Что я еще должен знать? — на всякий случай спрашиваю я.
— В ее жизни не должно быть мужчин. Никакой романтики, никакого секса. Это сделает ее сильнее, увеличит ее могущество. А если парень окажется кем-то вроде тебя, то пиши пропало. У нее не пропадет сила, как у всех женщин нашей семьи, а напротив, проснется. Это во-первых. А во-вторых, она может родить того, кто станет втрое сильнее ее. И это существо уже невозможно будет убить. Если ты все-таки решишь сохранить ей жизнь, то придется следить, чтобы до двадцати одного года она оставалась девственницей.
Только у тебя нет этих трех лет. Я вижу, что ты умираешь. Поэтому не затягивай с моей просьбой.
— Айлин знает обо всем этом? — спрашиваю я, вспомнив тонкие шрамы на запястьях девушки.
— Конечно же нет, — устало отвечает Елена. — Я скрывала это от нее. У нее была тяжелая жизнь. Амалик наложил на нее заклятье ненависти. Даже я не могла относиться к ней с любовью, мне все время хотелось причинить ей боль, унизить. И сейчас мне очень стыдно за это. А другие… Они ни перед чем не останавливались. Так ты обещаешь мне, что убьешь ее?
Предчувствия, что мне досталась девица с проблемами, меня не обманули. Но я даже подумать не мог, что все настолько масштабно.
— Хорошо, обещаю, — с неохотой говорю я.
