отвечает интересам остальных инвесторов, купивших акции компании во время ее размещения в Лондоне.
ENRC входила в FTSE 100, престижный список крупнейших британских компаний, в которые пенсионные фонды вкладывают деньги вкладчиков. Инвесторы, купившие акции, когда ENRC разместила часть своих акций в декабре 2007 года, заплатили по 5,40 фунтов стерлингов за акцию, выручив для компании 1,4 миллиарда фунтов стерлингов. В течение шести последующих лет в зале заседаний совета директоров ENRC не прекращались волнения, поскольку основатели-олигархи продолжали оказывать влияние на компанию, которая якобы подчинялась британским правилам управления для зарегистрированных на бирже корпораций. ENRC скупала активы в Африке, включая SMKK, и заключала другие сделки с Гертлером в Конго. Управление по борьбе с мошенничеством находилось в середине расследования (которое все еще продолжается на момент написания этой статьи) деятельности ENRC в Африке и Казахстане, а цена ее акций стремительно падала вниз, когда олигархи объявили, что они планируют с помощью правительства Казахстана выкупить акции, которые они разместили в Лондоне, тем самым снова сделав компанию частной. Предложение было оценено в 2,28 фунта стерлингов за акцию - меньше половины того, что заплатили за них инвесторы, купившие акции в самом начале.
Если некоторые британские пенсионные фонды и биржевые игроки и почувствовали себя обманутыми из-за своих инвестиций в ENRC, их потери были относительно легкими по сравнению с теми, которые сделки Гертлера по принципу "сладкого сердца" нанесли Конго. По самым приблизительным подсчетам, сделанным группой Кофи Аннана "Африканский прогресс", потери конголезского государства от SMKK и четырех других подобных сделок составили 1,36 миллиарда долларов в период с 2010 по 2012 год. Согласно этой оценке, только от этих сделок Конго потеряло больше денег, чем получило в виде гуманитарной помощи за тот же период. Казна Конго настолько прозрачна, что нет никакой гарантии, что, попав туда, эти доходы были бы потрачены на школы, больницы и другие полезные начинания; более того, доходы государства от аренды ресурсов имеют тенденцию усугублять неуправляемость, освобождая правителей от необходимости убеждать электорат платить налоги. Но ни одно государство не может выполнять свои основные обязанности, если оно разорилось. В период с 2007 по 2012 год лишь 2,5 процента из 41 миллиарда долларов, полученных от горнодобывающей промышленности Конго, поступили в скудный бюджет страны. Тем временем теневое государство процветает.
По крайней мере с 1885 года, когда Конго стало личным владением бельгийского короля Леопольда II, посторонние люди были причастны к разграблению природных богатств Конго. Король Леопольд превратил страну в коммерческое предприятие, производя сначала слоновую кость, а затем каучук ценой жизни миллионов конголезцев. В 1908 году Леопольд передал Конго в личное владение бельгийскому государству, которое, желая сохранить влияние на минеральные пласты Катанги после обретения независимости в 1960 году, поощряло сепаратистов региона, помогая свергнуть лидера освобождения Патриса Лумумбу в ходе переворота, спонсированного ЦРУ, который привел к власти Мобуту, ставшего одним из самых алчных клептократов века. Ричард Никсон, Рональд Рейган и Джордж Буш-младший тепло приветствовали его в Вашингтоне. Только после окончания холодной войны Соединенные Штаты оставили Мобуту в бегстве от наступающих повстанцев Лорана Кабилы.
В эпоху глобализации иностранными действующими лицами в машине грабежа Конго являются не монархи или имперские государства, а магнаты и транснациональные корпорации. Помимо таких, как Дэн Гертлер, есть компании, которые ведут с ним дела. Одна из них - ENRC. Другая - Glencore, гигантский, секретный торговый дом, базирующийся в швейцарском городе Цуг, который разместил свои акции на Лондонской фондовой бирже в 2013 году, сразу же став одной из крупнейших британских компаний, зарегистрированных на бирже. В 2010 и 2011 годах Glencore участвовала в сделках, в ходе которых, по подсчетам Африканской группы Кофи Аннана, конголезское государство продало горнодобывающие активы компаниям, связанным с Гертлером, на сотни миллионов долларов дешевле, чем они стоили. (И ENRC, и Glencore настаивают на том, что в их конголезских сделках не было ничего предосудительного).
От многомиллиардных сделок с медью в Катанге до контрабанды колтана с востока страны - грабительская машина Конго распространяется от местных жителей, контролирующих доступ к районам добычи, через посредников до торговцев, мировых рынков и потребителей. Во время войны следователи ООН назвали компании, торгующие минералами, "двигателем конфликта". Старший офицер конголезской армии вспомнил, как Виктор Бут, печально известный агент КГБ, ставший торговцем оружием, который был замешан в незаконной торговле колтаном - и чьи подвиги послужили вдохновением для фильма 2005 года "Повелитель войны", - заезжал сюда по делам. "Он делал здесь ужасные вещи", - сказал мне офицер. Торговля минералами из восточной части Конго охватывает весь мир. В 2012 году, согласно официальным данным, заявленный экспорт минерального сырья из Северного Киву осуществлялся в Дубай, Китай, Гонконг, Швейцарию, Панаму и Сингапур.
Когда в 2008 году Уолл-стрит едва не взорвалась, вызвав экономический хаос далеко за пределами Манхэттена, миру напомнили о масштабах ущерба, который может нанести сложная трансграничная сеть, объединяющая финансовую, экономическую и политическую власть. Реформирующее законодательство, принятое после кризиса, в основном было направлено на борьбу с финансовым шарлатанством, которое процветало в американских банках. Но в конце 848-страничного закона Додда-Франка от 2010 года был пункт, не имеющий ничего общего с субстандартными ипотечными кредитами или коэффициентами ликвидности. Конгресс считает, что добыча и торговля конфликтными минералами, происходящими из Демократической Республики Конго, способствует финансированию конфликта, характеризующегося крайним уровнем насилия в восточной части Демократической Республики Конго", - гласил пункт закона, ставший ответом на многолетнее давление со стороны участников кампании. В будущем компании, использующие в своей продукции колтан и другие ресурсы из Конго, должны будут предоставлять американским регулирующим органам отчет о своей цепочке поставок, подписанный независимым аудитором, и доказывающий, что они не финансируют вооруженные группировки. Это коснется около шести тысяч компаний, среди которых Apple, Ford и Boeing.
Мало кто может поспорить с этим чувством. Но законодательство было разработано в Конгрессе, а не в Конго. Это привело к провалу. Во-первых, определение "вооруженных групп" не учитывало конголезскую армию, которая несет ответственность за мародерство и беспричинное насилие. Кроме того, возникли практические трудности с отслеживанием цепочек поставок в зоне боевых действий. Когда закон Додда-Франка был принят, многие покупатели конголезских минералов просто перевели свой бизнес в другое место, усилив временный запрет на экспорт минералов, введенный Жозефом Кабилой в ответ на давление с целью сгладить беспорядки на Востоке.
Появилось множество схем сертификации "без конфликтов", некоторые из которых связаны с законом Додда-Франка, некоторые - с конголезскими инициативами, а некоторые - с попытками промышленности стереть клеймо со своей продукции. В апреле 2013 года независимый
