ей он сказал обратное. Женщина растаяла от очевидной лести и расплылась в довольной улыбке. Игриво проводила к лестнице, ведущей наверх, и нехотя рассталась с ними (точнее с Даем) в дверях своей комнаты, где, по-видимому, шила наряды. Напоследок она объяснила, как дойти до ванной, и, рявкнув на сына, чтоб тот поторопился и нагрел воды для барышни, удалилась.
Когда они поднимались по лестнице, Лилит не выдержала и разразилась смехом.
– Ну, ты даешь! – гоготнула она, держась за живот. – Такой лапши ей на уши навесил: «Вы словно девушка из высшего света», – гнусаво процитировала она захохотала ещё пуще.
– Заткнись, – раздраженно буркнул Дай. – От тебя слишком много шума.
Лилит насмешливо фыркнула.
– Как пожелаете, мой господин. – Она прижала руку груди и закатила глаза.
– Ха. Ха. – безразлично отозвался Дай и открыл дверь ванной комнаты.
Лилит прошла вовнутрь и огляделась. В комнате было светло и тесно. В углу стоял одинокий шкаф с веником, шваброй, тряпкой и совком, на верхней его полочке на полотенце взгромоздилась мыльница, в ней лежало ароматное мыло. В центре комнаты расположилась жестяная сидячая ванна, рядом с ней – небольшая табуретка, на которую можно было поставить мыльные принадлежности. На ней стоял подсвечник, на случай внезапного отключения электричества. У стены пристроился камин.
Лилит присела на корточки возле него, протянула озябшие руки к огню. Дрова приятно потрескивали. Захотелось спать.
– Ладно, я пойду, – прервал тишину Дай, – осмотрюсь.
– Не уходи, – прошептала девчонка и схватилась за подол его сюртука. – Тот мужик должен прийти. Он… странный и его взгляд…
Дай удивленно заморгал.
Так она заметила, как на неё смотрел тот тип? Ему казалось Лилит ни разу не взглянула в его сторону.
– Я ненадолго. Если что, буду по близости, – Дай кинул нервный взгляд на дверь, отрывая от себя пальцы Лилит. – Нужно кое-что проверить.
Девчонка закусила губу и отпустила его.
Ⅳ
Дай вышел из комнаты в растрепанных чувствах и, чем дальше отдалялся от ванны, тем больше чувствовал ответственность за то, что оставил наёмницу с этим злым и явно пьяным мужиком.
Но, успокоив себя, что она, скорее всего, сможет постоять за себя, направился в сторону жилых комнат. Тот силуэт человека в окне не давал ему покоя. Дай знал: тот неспроста так внимательно наблюдал за ним.
Он шагнул в темноту коридора, и под ногой скрипнула половица. Дай тихо чертыхнулся, огляделся по сторонам и продолжил идти, стараясь не шуметь.
Одна из дверей оказалась приоткрыта. Из узкой щелки лился мягкий, рыжеватый свет, как от камина.
Дай сглотнул, прижавшись к стене. В комнате слышался шорох бумаг и торопливые метания. Там кто-то есть. И он заметает следы.
Сердце гулко застучало, ладони взмокли.
«Надо всё выяснить». – Дай положил руку на рукоять трости, свисающей с пояса, притаился возле двери и заглянул в щёлку.
Мужчина в черном дорожном плаще перебирал кипу бумаг на столе. Какие-то он кидал в камин, а некоторые прятал за пазуху. Он работал в спешке и даже не замечал, что некоторые бумажки не долетали до огня.
Дай рывком распахнул дверь. Незнакомец испугано обернулся, попятился к открытому окну.
И Даймонд узнал его. Перед ним предстал тот самый «информатор» из паба. Лицо неприметное, как у мышки, глаза маленькие и следят за ним из-под круглых очков.
Ищейка и не признал его, если бы не одежда.
Именно таких людей старались набирать в шпионы. Непримечательных. На опознании не узнаешь, в толпе потеряешь.
Глаза мужчины судорожно заметались по сторонам. Он схватил со стола какую-то коробочку, и Дай понял, что это.
– Стоять! – выкрикнул он и попытался перехватить вещь.
Но не сумел.
Комнату озарил ослепительный белый свет. Дай едва успел заслонить глаза рукой.
Так действовала световая граната. Её создали для задержания врага или отвлечения внимания. Довольно проста в применении и безвредна, если успеть закрыть глаза. В узком помещении такая вспышка может запросто ослепить на всю жизнь.
Свет пропал, но в глазах Дая ещё плясали солнечные зайчики. Он бросился к окну, но шпион уже исчез.
Сырой ночной воздух проникал в комнату. Ветерок колыхал выцветшие голубые шторы, местами поеденные молью. Дай от досады сжал пальцами оконную раму. Этот человек явно знал больше, чем просто местонахождение шкатулки с камнем. Но зачем так скрытничать?
Это начинало раздражать.
Дай опомнился, скинул с головы капюшон и подскочил к камину. Попытался достать горящие стопки бумаги, но огонь лизнул пальцы. Дай одернул их, подул. Рядом с камином чуть подгорели маленькие бумажки. Юноша вытащил их, шипя от жгучей боли и увидел… фотографии.
Его фотографии.
Краски немного поплыли и размазались, но на многих отчетливо вырисовывалась чёрная одежда Дая, серая челка, торчащая из-под капюшона. А на некоторых заметно и лицо.
Теперь всё стало понятно. Этот человек не был простым «информатором», он шпионил за Даем. А значит, Совет совсем ему не доверяет, хочет держать под контролем, на коротком поводке. Но даже не это напрягало.
Просто… теперь Даю придётся действовать ещё более скрытно и не светиться почём зря, если он на самом деле желает разобраться в происходящем. В причинах похищения камня, в людях стоящих за этим и в… трагедии.
Странное предчувствие, что эти дела связаны, не покидало его и только усиливалось.
Дай огляделся и вдруг услышал сильный грохот. Громыхнуло совсем рядом. Предположительно, из ванной.
Юноша спрятал снимки в карман сюртука и поспешил «на помощь» воришке, рассудительно закрыв за собой дверь в комнату.
Ⅴ
Лилит поднялась с пола и подошла к окну. Ещё несколько секунд она слышала, как шаги Дая отдаляются по коридору.
Она открыла форточку и глянула вниз. Падать далеко, можно разбиться. Даже если повезет, и Лилит не умрёт, ей бы не хотелось сломать руку или ногу. Значит, сбегать через окно не вариант.
Дай казался ей странным. Кто в здравом уме среди ночи попрется в заброшенную церковь, о которой ходят самые жуткие сплетни? Только неместный подозрительный тип. И он явно что-то разнюхивает. Иначе не пытался бы выудить из неё информацию о произошедшем любыми путями, даже одежду купил. Он сказал, что из полиции, но явно темнил. Лилит ему не доверяла.
Всё это как-то странно. Что забыл в этом захолустье полицейский из другого города. Какая-то секретная миссия?
А ещё он очень богатый, раз расплатился с торговкой одним зелёным камешком. Тётка аж глаза вылупила, а потом так переменилась… Ну точно дворянин! Не зря ей так показалось с самого начала. Лилит благоразумно рассудила: пошарить в
