– Вы предлагаете трудную сделку, офицер.
Она скрестила руки на груди и почувствовала, как к ней возвращается уверенность в себе.
– Так принимаешь условие или нет?
Слоун был не в восторге, но напомнил себе, что, как только Кейт встретится с этой дамой – шефом полиции Касл-Маунтена, – все запреты будут сняты.
– Леди, отдаю вас вашей работе.
Кейт отчаянно хотела ему верить. Ей необходимо было верить ему.
Когда самолет начал снижаться над Бостоном, она заставила себя настроиться на предстоящую миссию и с некоторым успехом игнорировала легкие уколы предчувствия, вызванные блеском в светло-карих глазах Слоуна.
Глава восьмая
Путешествие оказалось нелегким. Приземлившись в Бостоне, Кейт и Слоун пересели на самолет местной линии в Бангор. В Бангоре они разыскали пилота чартерного рейса, который ждал их, чтобы отвезти в Касл-Маунтен, как обещала Чэрити.
Была глубокая ночь, когда их самолет коснулся короткой посадочной полосы. Водитель поджидавшей их машины из местной гостиницы оказался типичным выходцем из Новой Англии, то есть молчальником, за что Кейт была ему благодарна: она так устала, что не могла ни думать, ни поддерживать какой-то разговор.
Хозяйка гостиницы не спала, дожидалась их, хотя по фланелевому халату можно было догадаться, что пилот разбудил ее звонком, сообщив о прибытии гостей.
Слоун тоже смертельно устал. Всю дорогу от Бангора Кейт дремала у него на плече: она заснула, как только самолет взлетел. Слоун вдыхал запах Кейт и не смел пошевелиться. Он попросил заспанную хозяйку указать им их номера и заверил ее, что со всем остальным они справятся сами.
Впервые Кейт не стала спорить, когда он потащил все их сумки. Она сосредоточилась на том, чтобы держать глаза открытыми.
Их комнаты оказались рядом. Слоун остановился у первой двери и отпер ее.
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи. – Она взяла сумку и открыла дверь, но в последнюю минуту Слоун ее остановил.
– Минуточку. Я кое-что забыл.
Кейт через плечо спросила:
– Что именно?
Ага, он собирается нарушить уговор. Ну и черт с ним! Сонная Кейт была прекраснее, чем когда бы то ни было.
– Вот что.
Он наклонился. Прикосновение его губ было легким, как одуванчик, коротким, как удар сердца. Кейт поняла, что ее подстерегает величайшая опасность, раз даже этот легкий поцелуй вызывает гул в ушах.
Она смущенно посмотрела на него, и в ее изумрудных глазах Слоун различил желание, черт побери. Все будет очень легко, ликовал он. Несколько более призывных поцелуев, нежное прикосновение вот здесь – его взгляд скользнул на грудь, – потом вот здесь – бедра, – несколько страстных слов – и она упадет ему в руки, как спелый плод.
А что потом?
Слоун Уиндхем, человек, известный своими короткими связями типа «победил – и до свиданья», неожиданно для самого себя понял, что на этот раз ему хочется много, много больше.
Он усмехнулся – над ней, над собой, над забавной ситуацией.
– Спокойной ночи.
Кейт прикрывала пальцами губы, как будто хотела удержать тепло.
– Спокойной ночи. – Она повернулась и скрылась в комнате.
Услышав щелчок замка, он испытал сожаление и облегчение одновременно.
Слоун провел беспокойную ночь. Он ворочался с боку на бок, глядел в потолок, воображал рядом Кейт, теплую, желанную. Он рано встал и пошел в одиночестве бродить по пляжу.
Было холодно, из-за густого тумана в нескольких шагах ничего не было видно, но Слоун почувствовал ее приближение – как будто внутри у него находился радар, который следил за передвижениями Кейт Карриген.
– Надо поговорить.
– Доброе утро и тебе тоже.
– У нас с тобой был уговор. Вчера ты нарушил правила. – Кейт отказывалась принимать простое приветствие. Она держала руки в карманах темной куртки с капюшоном, и он подозревал, что они сжаты в кулаки.
– Какие еще правила?
Она вскинула голову; это движение без слов говорило, что она не принимает его игру.
– Я требую, обещай, что ты не будешь меня целовать, пока я не закончу свои дела с шефом полиции.
– Тебе приснилось.
– Вряд ли.
Он протянул сложенные руки.
– Я сдаюсь. Можете надеть наручники, офицер. У меня нет иного выхода, кроме как признать свою вину и отдаться на милость правосудия.
Этот человек когда-нибудь бывает серьезным?
– Для меня это очень важно, черт побери!
От ее восклицания со скалы взлетели чайки, которые сидели там, высматривая рыбу.
– Это мой шанс, которого я ждала несколько лет. У меня нет ни времени, ни намерения отвлекаться на личные отношения.
Слоун вспылил:
– Глупости. Хотите вы этого или нет, леди, но вы уже увязли по уши.
К сожалению, он был прав. Возбуждение Кейт спало, как будто из шарика выпустили воздух. Она покачала головой и отвернулась.
– Я этого не хочу.
Слоун пожал плечами.
– Вначале я тоже не хотел.
Она стрельнула в него глазами и по выражению лица поняла, что он говорит правду.
– У тебя получается, что мы марионетки и судьба дергает нас за ниточки.
Слоун вспомнил прошедшую ночь и мысленно согласился с Кейт.
– У человека всегда есть выбор, – сказала она, видя, что он молчит.
В этом она убеждалась каждый день на работе. Человеку дана свобода выбирать, быть ему хорошим или плохим. В наши дни, к сожалению, все больше людей выбирают дурную дорогу.
– Ничто не случается само собой, – настойчиво продолжала она. – Мы сами управляем своей жизнью.
– Раньше я тоже так думал. – Он посмотрел ей в глаза. – Теперь сомневаюсь.
– Это же смешно. Я всегда знаю, чего хочу.
В этом-то Слоун не сомневался. Только если Кейт думает, что после того, что между ними было, она сможет повернуться и уйти, то обманывает сама себя.
– И не хочешь перемен? – спокойно предположил он.
– Я – нет.
Кейт знала, что говорит неправду. Потому что, помоги ей Господи, ее так влечет к Слоуну. Это к добру не приведет.
– Сказать, чего хочу я? – спросил он.
– Нет. – Она засунула руки поглубже в карманы, повернулась и пошла, исчезая в волнах мягкого серого тумана.
– И зря. Потому что я все равно скажу.
Он ее догнал, схватил за талию и прижал к себе. Она вдруг почувствовала, как сыро и холодно возле моря, и попыталась унять охвативший ее озноб.
– Я хочу вернуться в гостиницу, на руках отнести тебя в комнату, разжечь камин и медленно-медленно раздевать тебя. Начиная с этой куртки и кончая шелковыми кружевными трусиками под джинсами.
– Черт возьми, Слоун…
– А потом, – продолжал он, отвергнув ее жалобу, – я буду трогать тебя, Кейт, ласкать, целовать. Всю. Везде.
Помоги ей Господи, она хочет именно этого! Именно это он делал с ней минувшей ночью в невероятно эротическом сне, от которого она проснулась разгоряченная, с дрожью и желанием во всем теле.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
