Эцио очутился в просторном внутреннем дворе. Желтые стены обильно обвивал плющ. Там уже собралось несколько молодых мужчин и женщин. Все с благоговейным почтением смотрели на Эцио. Юсуф театрально повернулся к нему и изрек:
– Наставник, поздоровайся со своей константинопольской семьей.
Эцио вышел вперед:
– Salute a voi, Assassini[19]. Я польщен, что так далеко от своего дома вижу столько новых друзей.
Он вдруг почувствовал, что по щекам текут слезы. Это его ужаснуло. Наверное, сказалось недавнее напряжение. Да и долгое плавание наложило своей отпечаток.
Юсуф повернулся к членам константинопольского бюро ассасинов:
– Друзья, вы видите? Наш Наставник не стесняется плакать на глазах у учеников.
Эцио отер перчаткой щеки и улыбнулся:
– Не беспокойтесь. Слезливость мне не свойственна.
– Наставник едва успел сойти с корабля и уже столкнулся с… местными особенностями, – продолжал Юсуф, погасив улыбку. – По пути сюда нас атаковали. Чувствуется, наемники опять обнаглели. А потому, – он указал на троих мужчин и двоих женщин, – вы, Доган, Касим и Хайреддин, и вы, Ириния и Эвраникия, сейчас же отправитесь на разведку.
Все пятеро молча встали, поклонились Эцио и исчезли.
– Остальные – по местам, – скомандовал Юсуф.
Двор опустел.
– Наставник, – начал Юсуф, озабоченно глядя на Эцио, – твое оружие и доспехи нуждаются в обновлении. Да и твоя одежда, ты уж меня прости, находится в ужасном состоянии. Мы тебе поможем. Но у нас совсем мало денег.
Эцио улыбнулся:
– Не беспокойся, друг. Мне ничего не нужно. И потом, я предпочитаю сам о себе заботиться. Пора мне самому разведать город, проникнуться им.
– Может, ты вначале хочешь отдохнуть? Подкрепиться?
– Отдохну, когда вернусь.
Эцио достал из сумки сломанный клинок:
– Нет ли у вас умелого и надежного кузнеца или оружейника? Сломал в Масиафе.
Юсуф внимательно осмотрел клинок и удрученно покачал головой:
– Как вижу, этот клинок был сделан по старинным чертежам Альтаира, которые он оставил в Кодексе. Я знаю, что твой отец искал и собирал страницы этой древней книги. Только вряд ли кто-то из здешних умельцев сможет починить твое оружие. Мы постараемся найти тебе что-нибудь взамен. Все, что ты сейчас не возьмешь с собой, оставь мне. Я вычищу и наточу. И распоряжусь, чтобы к твоему возвращению приготовили чистую одежду.
Эцио поблагодарил его и направился к двери. Светловолосая девушка, которая открывала им дверь, скромно потупила глаза.
– Наставник, если хочешь, Азиза пойдет с тобой и будет твоим проводником, – предложил Юсуф.
– Нет, спасибо. Я пойду один, – ответил Эцио.
19
По правде говоря, Эцио жаждал побыть в одиночестве. Ему было необходимо собраться с мыслями. Он зашел в одну из таверн в Генуэзском квартале, взял бутылку пигато[20] и простую похлебку maccaroni en broddo[21]. Оставшуюся часть дня он употребил на подробное знакомство с Галатским кварталом. Всякий раз, завидев оттоманских солдат или византийских наемников, он сразу же нырял в толпу, избегая ненужных стычек. В своей изношенной одежде Эцио ничем не отличался от множества странников, бродящих по живописным, шумным и зачастую хаотичным улицам города.
Вдоволь нагулявшись и насмотревшись, он вернулся в гнездо местных ассасинов. День клонился к вечеру. В лавках зажигались масляные лампы, а в «локантах» – турецкой разновидности таверн – накрывались столы. Юсуф и еще несколько ассасинов дожидались его возвращения.
Тазим, явно довольный собой, сразу же подошел к нему:
– Хвала небесам, Наставник. Рад тебя видеть целым и невредимым. А мы уж боялись, что ты заблудился среди пороков большого города!
– Не будь пессимистом, Юсуф, – улыбнулся Эцио. – Что же касается пороков, мне хватает своих, grazie.
– Надеюсь, тебе понравятся приготовления, которые мы сделали в твое отсутствие.
Юсуф повел Эцио во внутреннее помещение, где на дубовом столе была аккуратно разложена новая одежда. Рядом лежало оружие из его арсенала: наточенное, вычищенное и смазанное. Давно уже его клинки и кинжалы так не блестели. К имевшемуся оружию добавился арбалет.
– Твой поломанный клинок мы надежно спрятали, – сообщил Юсуф. – В твоем арсенале не оказалось крюка-клинка, поэтому мы дополнили его своим.
– Крюка-клинка? – переспросил Эцио.
– Да. Смотри.
Юсуф закатал рукав и показал оружие, которое Эцио принял за обычный скрытый клинок. Но когда турок выдвинул лезвие, оказалось, что выдвижное лезвие клинка дополнял крюк из прочной стали.
– Потрясающе, – сказал Эцио.
– Ты видишь его впервые? А я с ранних лет привык к таким клинкам.
– Покажи.
Рядом с Юсуфом стоял его помощник, держа наготове второй крюк-клинок. Юсуф бросил Эцио оружие. Переместив имевшийся клинок с правой руки на левую, Эцио прикрепил туда новинку. Он почувствовал непривычную тяжесть. Эцио несколько раз выдвигал и убирал лезвие, не понимая особых преимуществ крюка-клинка. Он опять пожалел, что рядом нет Леонардо.
– Ты мне лучше сам покажи, – попросил он Юсуфа.
– Хоть сейчас, если ты готов.
– Я всегда готов.
– Тогда идем со мной и внимательно смотри, что я буду делать.
Они вышли на улицу. Золотистый свет солнца сменился оранжевым. Юсуф повел Эцио в пустынное место, окруженное высокими кирпичными зданиями. Тазим выбрал один из домов, украшенный выступающими слоями глазурованных кирпичей на расстоянии в три метра друг от друга. Возле стены стояли бочки с водой. Юсуф вскочил на них, выдвинул крюк, подпрыгнул и зацепился крюком за первый слой кирпичей. Подтянулся, раскачался и зацепил крюком второй слой. Юсуф повторял свой маневр, пока не оказался на крыше. Весь подъем занял считаные секунды.
Набрав побольше воздуха, Эцио последовал за Юсуфом. Два первых слоя он одолел без труда, но на третьем едва не сорвался. Несколько мгновений он висел, раскачиваясь у стены, пока не сумел выправить положение. Вскоре он уже стоял на крыше рядом с Юсуфом.
– Здесь не надо думать. Мысли все сбивают, – сказал Юсуф. – Доверяй интуиции, и пусть работает не твой мозг, а крюк. Чувствую, еще пара таких подъемов – и ты освоишь нашу игрушку. Ты быстро учишься, Наставник.
– Приходится.
Юсуф улыбнулся, выдвинул лезвие своего крюка-клинка и показал Эцио особенности оружия.
– Обычный оттоманский крюк-клинок состоит из двух частей: крюка и лезвия. Так что ими можно пользоваться по отдельности. Правда, удобная штучка?
– Жаль, что у меня ее не было в прошлом.
– Может, тогда тебе это не слишком-то и требовалось. Идем!
Юсуф начал бег по крышам. Эцио последовал за ним, вспоминая далекие дни, когда он бегал по флорентийским крышам вдогонку за старшим братом Федерико. Юсуф водил его по укромным местам, где Эцио мог упражняться, не опасаясь чужих глаз. Совершив три подъема, он почувствовал себя гораздо увереннее.
– Пока еще не совсем стемнело, как ты насчет развлечения посерьезнее?
– Va bene[22], – улыбнулся Эцио. – Идем.
Юсуф побежал над пустеющими улицами, направляясь к Галатской башне.
– В мирное время караул выставляется не раньше, чем на парапетах зажгут факелы. Нам никто не помешает. Вперед.
Эцио посмотрел на высокую башню и шумно сглотнул.
– У тебя все получится. Следуй за мной, запрыгивай на стену и доверяйся интуиции. Пусть всю тяжелую работу делает крюк. В кладке предостаточно выступов и трещин, – главное, не раздумывать над тем, за какую зацепиться.
Подбодрив Эцио беззаботным смехом, Юсуф побежал к башне. Глядя на его ловкие, непринужденные движения, казалось, что он идет и даже бежит вверх по стене. Вскоре и Эцио, тяжело дыша, но чувствуя себя победителем, достиг вершины башни. Юный турок на корабле был совершенно прав: с Галатской башни открывался захватывающий вид на город. Главное, Эцио не понадобилось дожидаться разрешения от местных чиновников. Он легко нашел все достопримечательности, о которых слышал на борту багалы. Используя подвернувшуюся возможность, Эцио вглядывался и запоминал очертания города. Другая часть его личности просто наслаждалась красотой Константинополя, залитого красно-оранжевым солнцем. Этот цвет напомнил ему о волосах прекрасной попутчицы, которая даже не обратила на него внимания.
– Добро пожаловать в Стамбул, Наставник, – сказал Юсуф, следивший за его лицом. – Город на перекрестке миров.
– Теперь я понимаю, почему городу дали такое название.
– Этим городом правили многие поколения людей, но никто из правителей не сумел подчинить его себе. Ему могли набрасывать на шею любое ярмо, могли грабить и обрекать на запустение, но наш город всегда избавлялся от очередной удавки и возрождался.
– Тебе повезло с родным городом.
– Согласен.
Постояв пару минут, Юсуф посмотрел вниз и вновь повернулся к Эцио:
– Наперегонки до подножия?
