2575
воитель гаутскиймечом обрушился,
искуснокованымнаследьем конунгов,
но вкось по костискользнуло железо,
клинок по черепу,не так, как нацелился
высокородный;удар неловкий
2580
лишь раззадорилхолмозащитника:
он пыхнул пламенем —далеко хлынул
пар ядовитый.Правитель ведеров
не мог похвастатьсяудачей в стычке:
не лучшим образомему служило
2585
лезвие славное.[154]Нелегкую долю
избрал достойнейшийсын Эггтеова,
решившийся битьсяс драконом насмерть, —
и суждено емув край далекий
уйти, покинувюдоль земную,
2590
как и всякому смертному!И снова, не медля,
сошлись противники;но страж подземелья,
приободрившись,приподнял голову,
и стал, полыхаядыханьем смрадным,
огневержительтеснить героя;
2595
и не нашлосьпод рукой у конунга,
как должно в сражении,благородного воинства[155] —
но в дальнюю рощуспаслась дружина,
рать укрылась.Из них лишь единый
смутился в сердце —ибо изменником
2600
стать не можетмуж доброчестный!
То Виглаф был,[156]сородич Эльвхера,
сын Веохстана,щитоноситель,
любимец Скильвингов.Увидев на конунге
одежды битвы,объятые пламенем,
2605
он вспомнил, какимиего приветил
дарами владыка,вернувший Вагмундингам
наследные землии власть над племенем
его родителю.И поднял Виглаф
щит желто-липовыйи меч, наследье
2610
потомка Охтхере,скитальца Эанмунда,
который был в битвеубит, бездомный,
в сраженье с Веохстаном,взявшим в добычу
это оружие:нагрудник кольчатый,
шлем железныйи меч отменный,
2615
подарок Онелы,издревнее лезвие, —
одежды битвы,орудие сечи,
наряд воителя(однако Онела
за смерть племянникане мстил убийце[157]);
тот меч хранилсяи щит и кольчуга
2620
у Веохстана,покуда не вырос
ему преемник,дабы продолжить
славу отцовскуюсреди гаутов, —
оставил старец,покинув землю,
наследство сыну.И вот впервые
2625
воина юногопризвал державный
делить с дружинойудары битвы:
был духом он крепок,а меч наследный
остро наточен, —и скоро на деле
дракон изведалего могучесть!
2630
Промолвил Виглафпечальносердый,
уча соратниковдружинному долгу:[158]
«То время я помню,когда в застолье
над чашей медаклялись мы честью
служить исправнокольцедробителю,
2635
нас одарившемуодеждой битвы,
мечами, кольчугами,коли случится
нужда в подмоге!Из многих воителей
себе в попутчикиизбрал он лучших,
сильнейших героев —копьеметателей,
2640
храбрейших кольчужников,сочтя нас достойными
дела смелого,хоть и замыслил
вождь дружинныйсам, в одиночку,
народоправитель,свершить возмездие,
ибо не раз онснискивал подвигами
2645
славу всеземную!Но так случилось,
что ныне нуждаетсявождь в отваге
своих сподвижников,в силе воинства! —
так не пора лии нам изведать
огненной пагубы!Бог свидетель,
2650
уж лучше мне в пламенинавеки сгинуть,
владыку спасая,чем ждать в укрытье!
Бесчестно было бынам, щитоносцам,
вспять обратиться,не испытавши
врага железом,не встав на сторону
2655
правителя ведеров!Не должным образом
вождю мы платимза прежние милости,
коль скоро конунг,покинутый гаутами,
гибнет в битве!Да будет щит мой
и меч в сраженииему подспорьем!»
2660
Туда поспешил онсквозь чад ядовитый
к вождю на помощьи так воскликнул:[159]
«Бейся, о Беовульф,рубись без страха,
как ты поклялсяв дни твоей молодости!
Да не померкнетдо смерти слава
2665
и честь державная!Ты, вождь всезнатный,
несокрушимый,за жизнь сражайся
что силы достанет!Я встану рядом!»
Тогда, услышавтот клич героя,
огневержитель,кипящий яростью,
2670
дохнул – и пламяокутало воинов,
мужей доспешных:ни сбруя кольчатая,
ни щит копьеносцане защитили,
и сгинул бы юный,сгорел бы витязь, —
но родича родичдержавный, ратника,
2675
чей щит обуглился,укрыл железной
доской от пламени,[160]и, вспомнив о славе,
нацелил конунгдракону в голову
удар сокрушительный.Ярость умножила
силы мужа! —но преломился
2680
каленый Нэглинг,[161]меч Беовульфа,
старинное лезвие:была воителю
дана такаямощь, что в сечах
ему и лучший мечбыл несподручен,
и, как я слышал,в руках ратоборца
2685
любое лезвие,железо остреное,
от мощных ударовкрошилось в сражении!
Тут, с третьего раза,метнувшись на недруга,
червь огнедышащий,бич смертных,
поверг на землювождя державного —
2690
клыки драконьивонзились острые,
ядоточащиевоителю в горло,
и кровь потокомна грудь излилась!
Тогда, я слышал,к нему на выручку
поспел дружинник:он, знатный родом,
2695
известный мужеством,силой и ловкостью,
в руке опаленнойклинок сжимая,
уцепил не в головугаду, но ниже
вонзил оружие,ужалил в горло
змея зломерзкого —вошло железо
2700
в плоть огненосную,сникло пламя,
дыханье драконье;и тут же конунг,[162]
едва очнувшись,свой нож широкий,
владыка ведеров,из ножен выхватил
и острым жаломвспорол утробу
2705
огневержителя, —сдохло чудище.
Так рано поутрудва ратника-родича
убили змея, —да будут примером
они для воинов! —но стал последним
тот бой победный,работа ратная,
2710
в жизни конунга:набухли раны,
следы драконьихклыков на шее,
горя, смердели,и грудь покрылась
глубокими язвами —яд змеиный
въедался в тело.Вождь мудромыслый
2715
под серыми скаламисел на камень
вблизи кургана,напротив жерла,
устья пещеры,своды которой
на вековечныхстолпах покоились.
Лицо владыкии грудь водою
2720
дружинник добрыйомыл из пригоршней
от крови, пролитойгероем в битве,
и снял с воителябремя шлема.
Промолвил Беовульф,превозмогающий
смертную муку(ему осталось,
2725
он чуял, малоземного счастья;
силы иссякли;пришли к пределу
дни его жизни,и смерть приблизилась):
«Имей я сына,ему я мог бы
оставить наследье,мое оружие,
2730
наряд мой ратный,тому, кто был бы
моим преемником!Я пять десятков зим —
хранил державу,и не единый
из сопредельныхплемеводителей
не смел потревожитьменя дружиной,
2735
грозить мне набегом!Я мирно властил
и ждал урочногосрока и жребия:
не жаждал распрейи лживыми клятвами
не осквернялся,чему сегодня,
смертельно раненный,я радуюсь в сердце,
2740
