с вами повезло.
Графиня явно была из рода кавказских князей, от которых унаследовала яркую внешность, стать и харизму. Она нисколько не смутилась и даже на миг задержала пальцы в моей руке.
— Для нас с графом большая честь быть приглашенными в ваш дом, ваша светлость.
Отец вызвался проводить Эристовых в парадные залы, а я сменил его у лестницы.
— Аграфена звонила, — тихо сказал я, встав рядом с матушкой. — Они согласились. Сегодня ждем императора с женой.
Хорошо, что в этот момент новых гостей не было. Матушка охнула и даже на всякий случай схватилась за перила, словно не доверяла ногам.
— Неужели получилось? Господи, я не верила…
— По крайней мере, первый шаг сделан. Быстро они вряд ли соберутся, так что часа полтора в запасе у нас есть. Пусть прибытие государя окажется сюрпризом для наших гостей. — Я взглянул на матушку. — У нас в закромах есть что-нибудь особенное для императорской четы?
— Разумеется, мы преподнесем им почетные кубки… Но император не пьет вина…
— Попрошу повара сделать газированный напиток. Я слышал, повариха купила ящик сиропа из крымской лаванды и очень его нахваливала. Попрошу ее приготовить что-нибудь интересное. А императрица, насколько я слышал, любит шампанское с замороженной клубникой вместо льда.
Светлейшая княгиня удивленно приподняла брови.
— Надо же… Откуда у тебя эти сведения?
— Кузен Андрей поделился в беседе. Кстати, насчет кузена и его отца. Они-то, надеюсь, не отказались от приглашения в последний момент?
— Пока карточек от них не приносили, — рассеянно отозвалась матушка и украдкой поправила перчатку. — Но нужно помнить, что в нашем конфликте с Павловичами твой дядя обязан занимать нейтральную позицию. Он председательствует в Совете и не имеет права ввязываться в подобные разбирательства.
— А следовало бы. Потому что он не только регент, но и де-факто глава Дома Романовых.
Впрочем, к дяде я был слишком строг. Все же Федор Николаевич не стал заступаться за Павла и разрешил довести дело о его проступке до суда. Я видел в этом истинную нейтральную позицию — судить справедливо, даже собственных родичей. Но Павловичи, разумеется, считали, что с ними обошлись нечестно. Интересно, хватило ли им наглости записать во враги самого великого князя?
— Ваша светлость, прибыли князья Юсуповы! — протараторил подбежавший к подножию лестницы лакей. — Всем составом!
Мы с матушкой одновременно расправили плечи.
— Удивительно, что они не отказались, — сказал я, уже натягивая самую приятную из улыбок.
— Согласна, — процедила матушка. — У всего есть причина. Попробуем выяснить, отчего они не поддержали бойкот.
И правда. На это должна быть веская причина.
— Его светлость Феликс Феликсович Юсупов с супругой Лионеллой Андреевной, а также их сын князь Феликс Феликсович и княжна Зинаида Феликсовна!
Отец вернулся как раз вовремя. Двери холла распахнулись, лакеи согнулись в поклонах, и к подножию лестницы подошла блистательная четверка Юсуповых.
Второй по богатству Дом империи после императорского. Старый и влиятельный, хотя и не происходил от Рюрика. Благодаря умелой политике предков Юсуповы не только сколотили баснословное состояние, но и в прошлом столетии даже породнились с императорским домом. Прабабка нынешнего князя была княжной крови.
— Какие дивные декорации! — княгиня Юсупова сразу же начала с комплиментов.
Чего у Юсуповых было не отнять, так это породы. Последние пару веков наследники брали в жены исключительных красавиц, что сделало свою работу.
Князь Юсупов был лет на десять старше своей жены, но нисколько не терялся на фоне княгини. Оба слыли большими любителями искусства, и даже их вечерняя одежда сегодня выглядела несколько авангардной.
Он подвел жену к нам, и мы обменялись поклонами.
— Ваша светлость, позвольте от лица всей моей семьи выразить признательность за приглашение на сегодняшнее торжество, — торжественно провозгласил Феликс старший. — Моя супруга Лионелла Андреевна. Мой сын Феликс и дочь Ида.
Младшие были погодками. Иде недавно исполнилось восемнадцать, а Феликс должен был отпраздновать совершеннолетие в следующем году. Ида унаследовала юсуповские красоту и грациозность, да и ее брат не отставал. Только, на мой взгляд, его чертам пока что не доставало мужественности.
А вот от его старшей сестры мог оторвать взгляд только слепой. Изящная, с плавными движениями — словно она плыла, а не шагала. Лицо сердечком обрамляли каштановые волосы, уложенные в высокую прическу. Тонкую шею украшали несколько нитей крупного жемчуга с золотыми подвесками, а платье из парчи шоколадного цвета идеально гармонировало с теплыми карими глазами.
Я поприветствовал всех Юсуповых по всем нормам протокола. Получилось громоздко, но с таким Домом следовало соблюдать этикет неукоснительно.
— Алексей Иоаннович, вы еще выше, чем может показаться на фотографии, — улыбнулся младший Феликс. — Счастлив с вами познакомиться и надеюсь стать вам добрым другом.
— Буду рад оправдать ваши ожидания, Феликс Феликсович.
— У моей сестрицы есть для вас небольшой подарок. — Феликс кивнул Иде, и девушка достала из усыпанной жемчугом сумочки маленькую коробочку.
Старшие Юсуповы ободряюще улыбнулись в ответ на изумление моих родителей.
— Прошу Алексея Иоанновича принять этот скромный дар от нашего Дома, — робко склонив головку, произнесла Ида и обеими руками протянула мне коробочку.
У меня тут же разыгралась паранойя. Один из величайших домов игнорирует бойкот и приходит в наш дом, а затем преподносит совершенно необязательный подарок. Что бы это ни было, выглядит либо как подкуп, либо как очередная подлость.
Хотя бы энергии Искажения я не чувствовал — в этом плане дар был безопасен. Уже хорошо.
Я с почтением принял дар и, как того требовал этикет, открыл коробку.
На бархатной подушечке сверкал идеальными гранями крупный драгоценный камень черного цвета.
— Это «Черный Орлов», — пояснил старший Юсупов. — Так же он известен как «Глаз Брахмы».
Я лишь едва взглянул на матушку, но заметил, как она побледнела. Да и отец выглядел, мягко говоря, смущенным. Еще бы. Такой подарок от Дома, с которым мы не состояли в близких отношениях…
Им точно что-то от нас нужно.
— Этот великолепный алмаз некогда был глазом статуи индийского бога Брахмы, — продолжал старший Юсупов. — В начале позапрошлого столетия его выкрал священник-иезуит, и долгое время о судьбе камня никто не знал. Затем в прошлом веке камень появился на аукционе, но купивший ювелир разделил алмаз на три части. Самый крупный — этот — носит имя «Черный Орлов», по фамилии одной из прошлых владелиц. Жаль, что наша семья не купила его раньше,
