В общем, идеальная пастораль!
Дождавшись, пока она закончит ахать, Тимми кивнул в сторону одной из тропинок.
– Нам туда, госпожа. Замок стоит над обрывом, и вы сможете вдоволь полюбоваться пейзажами.
– Это было бы здорово!
И Алиса поспешила следом за Тимми. Время от времени парень пояснял, в честь кого установлена та или иная статуя. Чаще всего встречались правители дома Рэдран и их многочисленные родственники.
Минариэль тоже была среди них… И от этого настроение резко испортилось. Высокородная оказалась прямым потомком Габриэля Оро де Лантара – основателя сего чудесного замка. А еще она имела голос в Совете. Хотя женщинам не полагалось занимать высокие должности, однако по праву крови с ее мнением вынуждены были считаться. Это тревожило! С Минариэль станется засадить перспективной чужачке нож в спину… ну или втянуть в какие-нибудь интриги.
– Мы почти пришли, госпожа, – прервал ее размышления голос Тимми. – Еще один поворот и…
Парень запнулся.
А через несколько секунд Алиса и поняла, в чем дело.
Облокотившись на перила, на террасе черной статуей застыл Данте.
И вид у магистра козла был очень взъерошенный.
– Как хорошо, что ты привел сюда юную летти, мальчишка, – ухмыльнулся криво. – Можешь быть свободен!
Но Тиммиан вдруг расправил плечи и выступил вперед.
– Нет! Я не оставлю госпожу с вами!
***
Данте
Кончики пальцев облизнул мрак. Одно движение – и мальчишка упадет замертво, выжженный изнутри ядовитой тенью, но Алисинэя загородила паршивца собой:
– Не надо! Тимми… Тиммиан сейчас уйдет! Уходи… – понизила голос, оглядываясь на мальчишку.
Защищает его!
Данте со свистом втянул воздух, теряя последние крохи терпения. А девочка шепнула торопливо:
– …пожалуйста.
Дьявол его знает, кого именно просила чужачка – его или влюбленного идиота, – но послушались оба.
Слуга исчез – только серая рубаха мелькнула между деревьев, а Данте стряхнул с пальцев черную дымку.
Алисинэя едва слышно выругалась и, одарив его коротким взглядом, подошла к перилам террасы.
– Спасибо, что не тронули Тиммиана, – процедила сквозь зубы.
Смотреть на него не собиралась. Демонстративно таращилась на пейзажи. Данте мысленно сосчитал до десяти.
– Завтра тебе назначат другого прислужника.
– Тогда на Весенний бал вынесут мой хладный труп.
Девчонка не шутила. Данте чувствовал ее раздраженную решительность. Как и то, что давление только все ухудшит.
– Есть более… обученные слуги.
– Меня устраивает нынешний.
Ар-р-рх! Маленькая белокурая ослица! Но больше всего бесила собственная реакция! Стоило узнать, что мальчишка собрался увести Алисинэю на прогулку, на глаза упала алая пелена.
– Будет возможность сравнить! – процедил, шагая к застывшей у перил девчонке.
Но та резво отскочила в сторону.
– Не прикасайтесь ко мне!
Данте замер.
Алиса смотрела на него с таким… презрением. Как будто он – последний мужчина, с которым она бы хотела видеться.
Но вместо злости под ребрами скрутилась жгучая досада напополам с растерянностью.
Он ведь не сделал ничего плохого!
Хотя… нет. Сделал. Девочка нервничает. Ей все тут в новинку, а их близость – не то, что можно игнорировать, пусть ее мир и похож на бордель.
Пожалуй, стоит поговорить… Или извиниться?
Да нет же, за что извиняться? Девчонка сама виновата, не надо строить из себя оскорбленную невинность!
А близость ей понравилась. Не каждая блудница так стонет… Хотя она могла не контролировать собственное тело…
Данте застонал, с силой потирая переносицу.
Да что с ним такое?!
Его как будто рвало на части!.. Две противоположности схлестнулись не на жизнь, а насмерть, и он совершенно не знал, чего хочет больше: сделать шаг навстречу или оттолкнуть.
Нельзя подпускать к себе чужачку! Но она такая сладкая, нежная… Самая лучшая!
Алисинэя тихонько ахнула и сделала еще один шажок назад.
– М-м-магистр Альгорт, – шепнула, прижимая пальцы к губам, – ваши глаза… Они черные!
Вот же дьявол! Увидела, все-таки… И Данте забористо выругался.
***
– Это не должно тебя касаться, – сухо отбил демон и на несколько секунд прикрыл глаза.
А когда открыл – они уже были обычными, человеческими.
Почему? Это иллюзия? Или, наоборот, она только что видела какую-то магию?
– А-а-а… это твои настоящие глаза?
– Есть пр-р-роблемы?
Ух ты! Да к козлиной сущности прилагался и комплекс неполноценности! Похоже, Данте весьма болезненно воспринимает свою внешность, вон как «задымился». От мужчины струились едва заметные тени.
Даже жалко его немного стало… Алису когда-то дразнили за веснушки. И очень жестоко.
– Вообще-то это красиво.
Дымок тут же пропал, а темные брови поползли вверх.
– Что?
– Красивые глаза, – повторила Алиса. И не врала ведь! – Необычные.
– Хватит.
– У нас некоторые люди специально вставляют, э-э-э, такие стеклышки, чтобы белок был полностью черный. Или перекрашивают красками. Тоже специальными. Этим никого не удивить.
Кажется, магистр завис.
Алиса нутром чувствовала – Данте растерян, смущен, зол… и испытывал еще кучу разнообразных эмоций. Настоящий винегрет! И ей бы не хотелось спровоцировать демона использовать магию проклятия или нечто подобного.
Но пока она размышляла, что сказать дальше, сбоку раздалось громкое:
– Иу!
– Нафаня! – обрадовалась Алиса, протягивая руки к котику-кролику. Вот кто поможет разрядить обстановку! – Ты… эй!
Ловко увернувшись, зверек подлетел к Данте и грациозно запрыгнул на его плечо. Алиса обиженно застонала:
– Пушистая жопа… Ты меня променял!
Данте растерянно моргнул и вдруг… усмехнулся? Вместо извечной кривоватой ухмылочки лицо мужчины озарила убийственно-обаятельная улыбкой.
Ох, черт… Это был удар ниже пояса!
– Ну надо же, сегодня решили полакомиться мной.
Котик-кролик тоненько пискнул и лизнул магистра в щеку.
– Просто кое-кто решил устроить шведский стол…
– Швецс-с-ски?
– Это когда на столе много-много еды и каждый берет себе что и сколько хочет. От жадности некоторые маялись животами…
Данте коротко хохотнул, и Алиса чуть не растеклась сиропной лужицей. Господи! Лучше бы он ругался! Когда магистр переставал быть козлом, его харизмой можно было косить всех женщин в радиусе ста километров.
– В некотором роде я сейчас швецс-с-ский стол… Прогуляемся? – И протянул ей руку.
Алиса сама не поняла, как ответила. Уязвленная женская часть орала от возмущения, требуя высказать пару "ласковых", но ладонь уже сжимали сильные и чертовски горячие пальцы. И от этого ей самой сделалось жарко.
А Данте осторожно уложил ее кисть на сгиб локтя и, заглянув в глаза, привлек к себе.
– Держитесь крепче, летти. Сейчас я вам покажу кое-что интересное…
***
Данте
Дьявол его знает, почему он решил привести Алисинэю именно сюда.
Врата Трех Миров – не самое интересное место, но только не для этой невозможной девчонки.
– А они не работают? Совсем-совсем? А если починить?
Алиса восторгалась и закидывала Данте вопросами, разгуливая между колонн. Белоснежный мрамор был густо изъеден трещинами, часть резьбы отвалилась, а в сколах виднелись мох и птичьи гнезда.
Печальное зрелище!
А ведь раньше здесь били фонтаны и развевались флаги. Серединный мир Аминарэ с почестями встречал гостей, которые не захотели оценить гостеприимства хозяев. За что и поплатились.
– Их не починить. Совсем-совсем, – повторил с лёгкой усмешкой. – Врата запечатаны глубоко в Тенях…
– Но ведь Тень бесконечна!
– Да, поэтому я упомянул глубину. Твой резерв кончится раньше, чем ты нырнешь туда, где есть лазейка. Даже демоны не способны это сделать.
Алиса приоткрыла было ротик, чтобы выдать ожидаемый вопрос о его матери, сумевшей не только войти, но и выйти, и… промолчала.
