Он такой хрупкий, тонкая талия, темные вишенки сосков, плоский животик. И ровный стоящий член. Я сглатываю слюну. Мой.
Протягиваю руку и мягко глажу кожу на боку, немного с нажимом по бедру. Он отвернулся от меня и прикусил губу. Я делаю еще полшага и целую в плечо мое сексуально существо. Он хочет. Хочет меня.
Мягко, лишь губами и кончиками пальцев по шее. Потом к ключицам, по соскам… одному влажная ласка, другому немного грубая. Сжимаю. И вырываю из него стон.
Тихий, еле ощутимый.
Не спеша опускаюсь на колени. Губами по плоскому впалому животику, по маленькой выступаюшей косточке рядом. Пальцами нежно вдоль бедер. Он выдохнул. А я словно схожу с ума от близости. Никогда так не ощущал себя, никогда так не хотел преклоняться. Опускаю голову и целую головку его члена.
- Тони! – удивленно простонал Шел.
А я придерживаю его за бедра и резко, почти на всю длину себе в рот эту потрясающую эрекцию. Никогда никому не хотел так отсосать…
Он зашелся криком и прикрыл рот ладошками, но все равно было слышно этот прекрасный звук.
Несколько скользящих движений вверх-вниз, и мой мальчик кончает, тихо скуля. Я выпиваю и обнимаю его за талию, утыкаюсь ему в живот. Так хорошо.
Он дрожит и вдруг мягко запутывает руки в моих волосах. А я понимаю, что за тридцать лет впервые счастлив просто обнимая.
Глава 8. Ответная услуга.
- Тони? – тихо, на грани слышимости.
- Прости, я напугал тебя? – не хочу отпускать его, не хочу, чтобы в его глазах был испуг.
- Нет.
- Замерз? – перебираю в уме еще тысячи причин, по которым он может меня оттолкнуть.
- Нет, просто не ожидал, что ты захочешь сделать такое, ведь я…
Не хочу, чтобы он договорил, приподнимаюсь и целую его. Немного грубо, потому что я неудовлетворен, хочу еще. Трахаю его языком, он пытается ответить, но я полностью подчиняю его, он вскрикивает в поцелуе, когда я беру его на руки и несу на кровать. Мой. Сегодня весь мой.
Опускаю его на покрывало и скидываю свою футболку, черный взгляд становиться затравленным. Я улыбаюсь и ложусь рядом, прикрывая его пах своей футболкой. Не хочу его пугать.
- Шел, я же говорил, что не возьму тебя, я обещал. Почему ты боишься? – опять кончиками пальцев нежно касаюсь обиженного сосочка. Не могу отказать себе в удовольствии касаться его кожи.
- Ты бы видел свои глаза, Мираж. Не задавал бы вопросов. – Хрипло ответил он. Я улыбнулся и подтянулся к нему, навис сверху и прямо в губы.
- Хочу тебя, и тебе это известно, Мыш.
Шел приоткрыл губы, но ничего не произнес. А медленно, кончиком языка по верхней припухшей губке, потом также медленно по нижней. Я с жадностью смотрел на это действо.
– Еще одно шоу для меня? Теперь это танцы языка?
- Нет. – Смеется в ответ. – Это соблазнение.
Я тоже тихо и хрипло смеюсь. Вот же ребенок, сам видит, что со мной делает, и продолжает сводить меня с ума.
- Дай мне язычок.
Он беспрекословно подчинился и высунул язычок. Я гладил его своим и смотрел в темные глаза. Они становились еще чернее, насыщенней и, что странно, в них становилось больше искорок. Золотых искорок страсти. Известно ли мальчишке подо мной, что его страсть золотая? Вряд ли ему хоть кто-то говорил подобное. Продолжаю мягко ласкать его, обхватываю язык губами, посасываю. Он стонет, тихо-тихо.
– Мне нравится, как ты стонешь, мышонок.
Смутился сразу, глаза прикрыл, щеки порозовели, и от наглого соблазнителя ничего не осталось.
– А еще, мне нравятся твои глаза, ты знаешь, что они потрясающе красивы?
- Тони, не нужно вот этого. – Немного надрывно, но тут же замолчал, когда я мягко поцеловал его в плечо.
- Так знаешь?
- Нет. – Ответил он и сделал попытку встать с кровати.
- Ты очень красивое создание, Шел. И спасибо, что позволил мне увидеть тебя полностью, прикоснуться.
Он замер. А я встал с кровати и, забрав футболку, пошел в ванную. Придется мне сегодня обойтись рукой.
Может, конечно, стоило съездить в клуб и подцепить кого-нибудь, но почему-то именно сегодня совершенно этого не хотелось. Да и завтра вставать в такую рань, нужно утроить Шелу дебют. И конечно, стоит дать опровержение той статейке, которая выйдет утром в светских хрониках. А еще нужно обязательно…
А вот что нужно, я не додумал, услышав странный звук. Я обернулся уже от двери в ванную.
Шел сидел на краю кровати и плакал.
Я вернулся к нему и присел на корточки около съежившейся фигурки.
- Что случилось? Я сделал тебе больно?
- Нет. Я не ожидал, что ты просто отсосешь мне и уйдешь… и будешь, конечно, заниматься онанизмом в ванной. – Всхлипнул он.
- Шел, во-первых, я не просто отсосал, а получил удовольствие, слушая твои приглушенные стоны. Во-вторых, я иду не дрочить, а принять душ, чтобы освежиться, потому что мне нужно будет сделать несколько звонков и назначить кучу встреч на завтра. И, в-третьих, я тебя все еще хочу, и так как я мальчик взрослый, то смогу подождать столько, сколько нужно. Я уже много раз это говорил, мышонок. – Я смахнул его слезы своей футболкой и чмокнул в носик. Этот аромат лимона, не перебиваемый даже моим шампунем, сведет меня с ума.
- То есть, если бы тебе было меньше, я бы давно уже стонал под тобой? – как он может так задать вопрос, что у меня все сжимается внутри.
- Нет, – твердо сказал я и хотел уже встать, когда Шел соскользнул с кровати и оказался на коленях.
- Я тоже, слышишь, тоже тебя хочу.
Я не шевелился, только смотрел в черные бездонные глаза и тонул. Только сейчас осознал, что давно уже не могу вынырнуть из пучины под названием «Шелковый Мыш», тону все глубже с каждым вздохом. – Тони…
- Если сейчас не замолчишь, я не смогу сдержать свое обещание. – На грани слышимости произнес я. Задыхаясь.
Он кивнул и быстро вскочил, подхватил свои вещи и вылетел в коридор, мгновение спустя хлопнула дверь напротив. Я улыбнулся и встал с пола.
Все равно придется дрочить…
Вечер прошел довольно продуктивно, я договорился с одним небольшим клубом через несколько дней дать там небольшой концерт с дебютом нового музыканта.
Кот выдержит, от силы часа полтора интенсивной игры, но этого должно хватить. Несколько песен из старых альбомов, одну из нового и одну с флейтой.
