случай особо интересен. Азиз использовал свой талант, чтобы построить связи с людьми из ордена, так он узнал о местонахождении и слабых сторонах многих убежищ ордена. Но переломным моментам считают, когда Азиз приказал Верховному Мастеру Меча Ваддазу убить брата Гафура Джума. Это был большой заказ, Азиз был готов заплатить огромную сумму денег и заказал убийство брата султана самому Ваддазу, очень уважаемому члену ордена. Ваддаз убил Джума, но не осознал обмана Азиза. Джум – был членом ордена, и причём, так же очень уважаемым, тем самым Ваддаз нарушил одно из самых важных догматов ордена, из-за чего он принял смерть самосожжением. Сам Ваддаз не знал Джума, но Азизи подстроил всё так, чтобы Ваддаз не смог узнать Джума. Это было ужасным оскорблением для ордена, и Азиз знал это. Он не стал медлить и быстро напал на орден, тем самым предотвратив контратаку на себя. Из-за этого скандального случая орден потерпел ужасающее поражение, и ныне совсем ушёл в тень.
Азиз получил уважение многих своих подчинённых и с помощью долгих лет упорного труда полностью подмял под себя всю знать города. Мало того, многие благородные лорды, которые бежали из Аль Амашарала, остепенились и признали своим султаном Азиза. Они даже назвали его истинным правителем Аль Амашарала, так как Гафур предал традиции его предков, а его сыновья всего лишь бастарды. Они сказали, что Азиз является внуком троюродного внука прапрапрапрадеда Гафура. Хотя мы понимаем, что это «беспрекословные» факты, но и их хватило, чтобы мигранты из Аль Амашарала примкнули к Азизу.
Многие могли подумать, что быть рабом султана Аль Абдула – это приговор пострашнее простого рабства в раза три, но с Азизом так не оказалось. Он был очень дружелюбен со своими рабами и не требовал от них многого. Он вполне понимал любые прихоти своих рабов, и если им было что-то нужно, то Азиз всегда старался им помочь. Он не выступал против рабства и не высказывался против него, а если бы и хотел, то его, наверное, убили собственные подданные, но каждый знал, что Азиз был одним из добрейших хозяев в Аль Абдуле, а возможно, и во всей пустыне.
В семейных делах он был мягок и мудр, ему всегда удавалось найти общий язык с детьми, он слыл хорошим семьянином, и терпеть не мог способы воспитания, построенные Махаром, но, когда его убили подал вид, что ужасно оскорблён, что заставило знать уважать его сильнее. Время, когда дети убивают друг друга за власть канули в Лету. Он был счастлив отцом трёх детей, у него уже был внук, а его жена скончалась всего год назад, но Азиз в свои пятьдесят пять лет, всё равно ещё чувствовал силу править, и никто не пытался оспорить его право.
Но, что-то мы увлеклись, как там поживает Зорг? А он, тем временем, уже подобрался совсем близко к рынку рабов. Толпа вокруг не воспринимала это никак, для них подобные вещи были повседневностью. Народу было куча, и по мере приближения к рынку – это количество только увеличивалось. Надо заметить, что рабов покупали все: и нищие, и бедные. Главное здание рынка открывалось только по вечерам, примерно с шести до одиннадцати, и посещали его в основном состоятельные люди. Но рабов в Аль Абдуле можно купить в любое время. Рядом с главным зданием были небольшие подиумы на открытом воздухе, где продавали рабов круглые сутки, и поболее низким ценам. Конечно же рабы были «низкого качества». Само же это «качества» раба определялось, его расой, количеством и качеством его умений, возрастом, здоровьем и физическим состоянием. Зорг шёл в колонне пятым, все были связаны цепями. Снааг осмотрелся вокруг. Куча народу толкает друг друга, кто пришёл сюда купить раба, кто продать, кто уже уходил с покупкой. Вот молодую эльфийку продали какому-то брюхану по специальной цене, ведь он частый покупатель, а тут двух маленьких снаагов продали разным покупателям, и дети со слезами побрели со своими хозяевами, под тяжёлые удары плётки. Какого-то раба-человека избивали на улице за то, что он обронил корзину с фруктами.
И тут случилось не слыханное, один орк, которого продали какой-то даме средних лет, обвёл свои цепи вокруг шей дамы, и явно не без удовольствия затянул их так сильно, что резкий хруст ломающейся шеи огласил всю улицу. Охранники тут же набросились на орка и зарубили его своими палашами, он и не сопротивлялся, когда клинки разрезали его плоть. Охрана оттащила труп женщины и увяла мальчика, сына убитой. Паренька понесли на руках куда-то, если он переживёт детство, то, скорее всего, до конца жизни будет ненавидеть рабов и научит этой ненависти своих детей. Люди покачали головами, посудачили и разошлись по своим делам. Такие случаи были не редкостью в Аль Абдуле. Поэтому ненависть одних к другим постоянно передавалось и возобновлялась, рабы и хозяева, они ненавидели друг друга, так яростно и сильно, что их ненависть питала их. И с каждой пролитой кровью, с каждым проданным рабом, с каждым убитым гражданином, эта ярость росла и крепла.
С такими думами вошёл Зорг в шатёр рынка рабов. Они вошли с заднего хода, потому что именно там заходили все работорговцы со своим товаром, а ещё потому что передней вход был закрыт. Их отвели в эту подсобку, там их работорговец стал говорить с каким-то парнем, средних лет в лёгкой одежде, у парня было загорелое лицо и, на вид, очень крепкое тело. Они быстро переговорили и подошли к колонне «разбирать товар». Работорговец отцеплял одного раба от общей цепи и рассказывал о нём, а парень рассматривал его, после этого парень высчитывал какое-то количество денег и отдавал торгашу, а раба вели вглубь помещения. Наконец, очередь дошла и до Зорга. Его быстро отцепили и повели к пареньку.
– Ну, что про него расскажешь Асаф? – спросил парень, рассматривая Зорга. Он оглядел его со всех сторон, посмотрел на зубы, на язык, на зрачки глаз, больно пощупал Зорга.
– Он был одним из Воинов Раджи,– начал работорговец.
– Да ты, что! – изобразил притворное изумление парень, – а я тогда сам султан Аль Хашима!
– Тебе лишь бы только смеяться! Он, вообще-то, у них дэпломатом был! Значит, мозговитый, – возмутился Асаф.
– Даже не верится. По нему и не скажешь, – с ехидством сказал парень.
– Хабе ин линго нетто, ет контерам иллуд, – ответил Зорг по-эльфийски.
– Да, он и впрямь умён, – с удивлением сказал парень.
– Что ты сказал? – потребовал объясниться Асаф.
– «Попридержи язык парень, не то я его вырву» – спокойно ответил
