Глава десятая «Кассандра»
Заставлять чистые души опускаться до тьмы — самый тяжкий грех, даже у демонов. Такого демона ждет соответствующая кара — полное уничтожение, именно это ждало Кассандру. Древние охотились на нее с не меньшим рвением, чем на двойников. Рано или поздно ее найдут, она знала это, но спастись можно, пока Лилиан и Вайолет живы, а выдать себя так, чтобы тебя тут же нашли, можно одним верным способом — засветится в новостях.
— Долго же мы тебя искали, Кассандра. Ты совершила грех и ответишь за него, — величественный голос исходил от парня, который, словно король, восседал на своем троне посреди темного, едва освещенного факелами зала. Сама атмосфера здесь была не то величественной, не то зловещей, как говоривший — это был парень, лет девятнадцати, аристократически бледная кожа была идеальной: ни родинки, ни шрама, ни пятнышка, а сам он странно сочетал в себе готический и деловой стиль: будучи одетым во фрак, на нем был черный кожаный ошейник и по два серебряных кольца в каждой ушной мочке, глазные яблоки были черными, как и волосы, а так же, подвержены гетерохронии (разные цвета радужек глаз) — правый — темно-серого, а левый — кровавого цвета, а в пальцах одной руки он крутил черную розу, как знак власти над демонами, а имя ему — Земфир. По обеим сторонам от него стояли близнецы — Кастор и Полукс. Никто толком не знал, кто из них кто, да и не зачем — никто и никогда не обращался к кому-то одному, всем хватало уже того, что они всегда рядом друг с другом и можно было обращаться к ним на «вы». Это были приближенные Земфира. Отличались они друг от друга только глазами: у одного повязка скрывала левый глаз, оставляя открытым небесно-голубой, а у другого повязка была на правом глазу, оставляя открытым кроваво-красный. Лишь один демон мог их различать. Все демоны боялись их, называя «дьявольскими близнецами» или «приближенными смерти». Эти демоны были глазами, ушами и вершителями воли Земфира. Любой другой демон был бы до смерти напуган, но не Кассандра, нет, это был особый случай, она знала, что может спастись, а потому была бесстрашна.
— Тебя ожидает самая жестокая кара — уничтожение. За подстроенное превращение Вайолет Маркс в демона и дальнейшее развращение чистой души.
— Да-да, — прервала она его, — достаточно пафосных речей, они меня утомляют, — порой, ее наглости не было предела, она надеялась вывести Земфира из себя, но у демона ни один мускул не дрогнул, и Кассандра продолжила, — Я знаю, что вы не убьете меня, если я сумею найти двойников и уничтожить их одновременно.
— А с чего ты взяла, что мы тебя отпустим? Вдруг ты снова сбежишь, а нам потом прибавится работы? У нас есть дела поважней, чем гоняться за падшим демоном, вроде тебя, грядет апокалипсис и его больше некому предотвратить.
— Я прекрасно знаю ваши законы, Земфир, ты не можешь меня убить, пока не пройдет срок в три месяца с ее освобождения. Тебя меня не запугать! — зрачки девушки забегали в глазницах, а пальцы нервно содрогались.
— Ты боишься, Кассандра, все страшатся смерти. Верно, в остаток времени ты должна будешь избавиться от двойников, в случае провала — мы займемся этим, а тебя ждет уничтожение. Тех, кто считают, что их жизнь вечна, погибель настигает раньше срока.
— Отлично, я займусь этим, — самоуверенно заявила она. Кассандра вовсе не тревожилась оттого, что ей грозила опасность, она и подумать не могла, что что-то пойдет не по плану. Для нее все казалось таким простым, даже захватывающим, как поход по магазинам. В самом деле, для нее убийство приравнивалось к развлечению, но сказать, что она — само зло — значит, ничего не сказать, ведь, как и все демоны, Кассандра была человеком.
Родилась она в тринадцатом веке, в семье бедного моряка. Будучи старшей из пятерых детей, Кассандра была вынуждена повзрослеть довольно рано. Обделенная любовью и заботой родителей, она начала ненавидеть младших сестер, а те, в свою очередь, ничуть ей не уступали, всячески подстраивая ситуации, из которых она, старшая, всегда выходила проигравшей.
Чем больше ее наказывали, тем злее она становилась. Типичная проблема в многодетной семье — родители сами отстраняют от себя старшего ребенка, упрекая и обвиняя его во всем, пока младшие дети портят его вещи или балуются в саду.
Возможно, все не было так серьезно, как ей казалось, однако, каждый воспринимает одно и то же по-своему, а Кассандра принимала все близко к сердцу и в ней поселилась тьма.
Другие девушки издевались над ней, а парни избегали, сам людской род обрекал ее на одиночество. Плохие люди не рождаются такими, всех их чем-то обидела судьба, они — мученики жизни, злодеи были во все времена, ведь, пока существуют довольные, будут и недовольные, а когда количество недовольных перерастает определенную норму, начинается война. Войны — это способ борьбы людей с тем, что их не устраивает, а получив желаемое, тут же появляются другие недовольные, поэтому, войны бесконечны — это часть людского существа. Что до Кассандры — злее девушки было не найти, это выражалось во всем — начиная мыслями и заканчивая поступками, но, как вам известно, для превращения в демона этого недостаточно. Она должна была умереть.
Случилось это одним зимним утром, когда Кассандра в очередной раз поругалась с матерью. Ее выгнали из дома. Кассандра так обозлилась на свою семью, что подожгла сено у порога, и через пару минут, дом охватило алое пламя, безжалостное, разрушительное, убивающее все на своем пути. Не выжил никто. Когда пожар стих, Кассандра зашла в обгоревшие руины, некогда звавшиеся ее домом, где задохнулась от дыма. Так она ушла из жизни. Должна была уйти.
Глава одиннадцатая «Не включай каналы новостей»
Проснувшись, Вайолет нипочем не желала оставаться с постели. Каждый день, с той ночи, когда ее подобрал человек, она находила себе занятие, сегодня это был завтрак. Судя по запаху гари и темному дыму, исходящему из кухни, эта затея не увенчалась успехом.
Покашливая и размахивая руками, в кухню вломился парень.
— Что тут произошло?
— Неудачный кулинарный опыт, — не задумываясь, ответила девушка, сидя за столом с аристократичным спокойствием и попивая чай, словно никакого дыма и не было в воздухе. Данте за эти дни изрядно привык к такому отношению.
— Знаешь, если ты хотела поесть, могла бы попросить меня, не в первый раз ведь, у тебя совсем плохо с готовкой, не смотря на то, что ты — девушка.
— По-твоему, все девушки обязаны стирать и готовить?
