взять ни встречающему, ни оговоряющему».
Слова заговора произносятся над чашкой чистой воды трижды подряд. Наговоренной водой умывают и поят больного.
Заговор от порчи молодых на свадьбе
«И шел Христос через тридевять небес, на том Христос опирался, на четыре стороны крещался. Окрести мои телеса и словеса, неси мои телеса и словеса от зори на небо, под булатный камень, под булатным камнем там колдуны и колдуницы, виритники и виритницы. Кто Гаврилу или Домну испортит, тот синее море выпьет, желты пески пожрет, у нашем сенате, у Иисусовой молитве, у угольном жаре».
Заговор произносится над водой. Заговоренной водой мочат голову, обтирают тело и поят жениха и невесту.
Заговор от порчи младенца
Следующий заговор деревенские бабушки читают при первом мытье в бане новорожденного ребенка:
«Встану я, раба Божия, благословясь, пойду я, перекрестясь, из избы в двери, из дверей в ворота, из ворот в чисто поле. В чистом поле – сине море, в синем море – синий камень. На синем камне сидит Пресвята Мать Богородица. Она спахивает и смахивает с лесу копоть, с моря морскую пену, от берега до берега, от востоку до западу. Я, раба Божия, ей поклонюсь и покорюсь: «Пресвятая ты Мать Божия, Богородица, не спахивай, не смахивай с раба Божья, младенца (имя) все страсти, все уроки, все опризоры, все оговоры, отцовы думы и материны, сестрины и бабушкины: из буйны головы, белова лица, из ясных очей и черных бровей, из ретивого сердца, из краснова мяса, из белова сала, из пятидесяти локоть, из нокоть, из подпятных жил».
Заговор над новорожденным от похищения его злым духом
«На море-окияне, на острове Буяне, подле реки Иордани стоит Никитий, на злых духов победитель, и Иоанн Креститель. Воду из реки святой черпают, повитухам раздают и приказывают им, приговаривают: «Обрызните и напойте этой водой родильницу и младенчика некрещенаго, но крещеной порожденнаго, от лихого брата, врага-супостата, от лесовиков, от водяников, от домовиков, от луговиков, от полуночников, от полуденников, от часовиков, от получасовиков, от злого духа крылатого, рогатого, лохматого, летучего, ползучего, ходячего. Заклинаем вас, враги лютые, не смейте вы подступать к рабе (имя) и ею порожденному дитю, хотя некрещеному, но крещеной порожденному. Если же вы, демоны, подступите к рабе (имя) и ею порожденному дитю, то Иоан Креститель попросит Господа Бога Спасителя, всему миру Вседержителя, чтобы он наслал на вас, окаянных, Илью Пророка с громом, молнией, с стрелами огненными. Илья Пророк вас громом убьет, молнией сожжет, сквозь землю, сквозь пепел пробьет, на веки вечные вас в преисподне запрет, с земли вас сживет. Аминь, аминь, аминь!»
После прочтения заговора повитуха дает роженице напиться наговоренной ею воды, а младенца этой водой обмывает.
Очень важное место в деятельности деревенских бабушек занимают различные лекарственные растения, коими они исцеляют бесчисленные людские недуги и коих знают великое множество. Чтобы собранные травы имели особую силу, перед их сбором обычно читают специальную молитву. В некоторых деревнях Воронежской области, например, читается следующая молитва:
«Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа, аминь. Благослови, Господи, Мать Божия, Пресвятая Дева Богородица, и Святой Отец, праведный Абрам. Я пришел к вам испросить у вас дозволить мне трав сорвать на всякую пользу и от всякой болезни всем православным христианам. Святой Отец, праведный Абрам, все поле орал, Симон-Зилот садил, Илья поливал, Господь помогал, небо – отец, а земля – мать. Благослови, Господи, эту траву рвать на всякую пользу всем православным христианам».
При распространении эпидемии во многих деревнях существует такой обычай, который называется «опахивание». Его суть состоит в проведении магической черты, за которую не должна распространяться и переступать эпидемическая болезнь. Данную черту проводят сохой или косулей, в которую впрягаются молодые девушки или вдовы. Иногда так в начале эпидемии изолируются отдельные дома, в которых уже появилась болезнь, или очерчивается целое селение, чтобы не проникла болезнь из соседних сел. Ну а если болезнь уже появилась в селении, больные дома оставляются за чертой и оказываются как бы вне магического круга.
Многие люди в деревнях думают, что неурожаи льна или овса происходят в результате мороза. Существует поверье, что мороз является следствием выхождения злых духов. Зимой, когда устанавливаются большие морозы, злым духам становится тесно жизнь в аду. Тогда они вылетают на белый свет, бегают по полям и при этом дуют себе в кулак. От этой прогулки мороз сдавливает жито снегом, от пяток духов раздается треск и от того, что они постоянно дуют в кулак, образуется ветер с метелью и на деревья садится иней. Для предотвращения такого явления знахари читают проклятие на мороз с совершением особого обряда.
Под Велик день селяне, наученные знахарем, приступают к заклятию мороза. Отец семейства берет ложку овсяного киселя, влезает с ней на печь, просовывает голову в маленькое оконце, которое существует в традиционных русских избах и называется «волковым», и говорит:
Мороз, мороз! Приходи кисель есть.
Мороз, мороз! Не бей наш овес,
Лен да канапи в землю вколоти.
Произнеся эти слова, он возвращается в избу, и старшая из женщин в доме обливает его водой в то время, когда отец слезает с печи. Бабушки утверждают, что проклятие, произнесенное стариком на коноплю и лен, замирает на его устах от воды. Мороз же, удовольствовавшись киселем, не убивает ни овса, ни конопли, ни льна.
Заговор от волоса
«Выходите, волоса, на девятью девять колоса, мужчинские, девичьи, молодичьи, собачьи, кошачьи, коровьи, лошадиные, свининые, медвединые, волчьи, лисичьи, заячьи, овечьи и других зверей невидимых, но имеющих волоса – серые, черные, белые, рыжие, русые, длинные, короткие, из раба Божия (имя), крещенаго, порожденнаго, по сей час, по сию минуту, от худого глазу, от лихого глазу, от подшуту и от нечистаго духу. Аминь!»
Заговор при недомогании ребенка
«Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа. Как мать сыра земля не боится ни стуку, ни бряку, так не боялся бы малый младенец (имя) ни щипоты, ни ломоты, ни заботы, ни утренние, ни вечерние, ни от волхва, ни от волхвуньи, ни от колдуна, ни от колдуньи, ни от двоеженца и троеженца, ни от двоеволоса, ни от троеволоса, ни от двоезуба, ни от троезуба, ни от сивова, ни от синева, ни от чернаго, ни от черемнаго, ни от стараго, ни от большого, ни от малого. Будьте, мои слова, крепки, лепки, долговеки и памятны, крепче крепкаго камня, вострее вострыя сабли и жарче жаркаго огня. И кой меня учитель учил и коих слов не доучил, все будьте в
