Со службой у алтаря Весты было связано множество необычных обрядов и церемоний, предназначение которых теперь очень трудно установить. Как уже говорилось, девушек для этой службы отбирали в очень раннем возрасте: от шести до десяти лет. Выбор делал царь; кандидатки, кроме упомянутых требований к возрасту, должны были быть здоровы умственно и физически. Их родителями должны были быть свободные граждане, которые никогда не были в рабстве и не занимались никакой низкой деятельностью. Оба родителя должны были быть живы. По-видимому, сиротство считалось в некотором смысле несовершенством.
Служба весталок продолжалась в течение тридцати лет; по прошествии этого периода девушек освобождали от их клятв. Если они хотели, то могли снять одеяния весталок вместе с другими символами своего служения и вернуться в мир. Если хотели, они даже могли выходить замуж. Но хотя законы это позволяли, такой поступок не был бы одобрен общественным мнением; практически никто из весталок этой привилегией не пользовался. По истечении их срока службы они обычно оставались при храме до самой смерти.
Одной из главных обязанностей весталок, служащих в храме, было постоянное поддержание священного огня. Этот огонь ни в коем случае не должен был погаснуть; если по недосмотру весталки такое случалось, виновную ждала ужасная кара: ее пороли плетьми. Наказание приводил в исполнение высший жрец страны. Закон, однако, показывал, как велико было уважение к чистоте и скромности весталок: удары должны были наноситься в темноте, и, хотя провинившуюся раздевали, это могли делать только женщины. Потухший огонь потом снова разжигали со множеством торжественных церемоний.
Рея Сильвия, мать Ромула, была, как мы уже говорили, весталкой. Она жила четыреста лет спустя после смерти Энея. В течение этих четырех сотен лет у власти стояли потомки Энея, которые в большинстве своем были мудрыми и миролюбивыми правителями, хотя после смерти Энея возникли разногласия в вопросе о том, кто должен стать его наследником. Как мы помним, Эней утонул во время сражения. Он оставил одного сына, а может быть, и еще нескольких. Самый заметный след в последующей истории царства оставил Асканий – тот сын, который вместе с Энеем покинул Трою, а к тому моменту достиг зрелого возраста. После смерти отца он сразу же наследовал ему.
Остается вопрос, имела ли Лавиния право на царствование. Это весьма маловероятно, учитывая принятые в те времена правила. И тут не имело значения, получил ли Эней царство сам или как муж Лавинии, которая была дочерью и наследницей законного царя Латина. Лавиния, похоже, не стремилась предъявлять претензии на трон. У нее был мягкий и уступчивый характер; кроме того, ее здоровье в ту пору было слабым, и она стремилась к жизни спокойной и уединенной. У нее также были определенные основания опасаться за свою безопасность. Асканий мог заподозрить ее в том, что она покушается на его трон; тогда у него возникло бы желание устранить ее тем или иным способом. Ее муж был для нее единственным защитником среди троянцев, и, когда его не стало, власть перешла к тому, кто был в некотором смысле ее соперником, поэтому она не могла чувствовать себя спокойно. По этой причине она воспользовалась первой возможностью уехать из Лавиниума. Сопровождаемая немногими друзьями и слугами, она удалилась в лесную глушь и нашла там убежище. Ее приютила семья Тирра, который раньше был главным пастухом ее отца. Его детям принадлежал ручной олень, убитый Асканием. Здесь короткое время спустя она родила сына. Она хотела сначала назвать сына в честь его отца, но в память о его рождении в глубине лесов, где она нашла убежище, решила дать ему полное имя Эней Лесной, или, по-латыни, Эней Сильвий. Под этим именем он, когда подрос, остался в последующей истории.
Но он не только сохранил это имя, но и передал его своим потомкам; с тех пор все цари этой династии, правившей более четырехсот лет, имели в своем имени слово «Сильвий» в память о романтическом рождении их предка. Полное имя Реи, матери Ромула, о которой мы уже говорили и будем еще говорить, было Рея Сильвия, что указывает на ее принадлежность к царскому роду.
После смерти своего отца Асканий был так увлечен военными действиями, что не обратил внимания на отъезд Лавинии. Царя рутулов, с которым он в то время сражался, звали Мезенций. У Мезенция был сын Лаус, и они вдвоем командовали армией, которая осадила Аскания в Лавиниуме. Под началом Мезенция находился лагерь и штаб армии, находившиеся на некотором расстоянии от города. Лаус возглавлял авангард, занявший позицию недалеко от городских ворот. Однажды темной ненастной ночью Асканий задумал вылазку. Он выбрал самых отчаянных храбрецов, а спустя некоторое время, в течение которого следил за вспышками молний, пытаясь угадать знамения, указывающие путь к успеху, дал сигнал. Ворота были открыты, и вооруженный отряд вышел наружу. Бесшумно продвигаясь во мраке ночи, они подошли к лагерю Лауса и с ужасными криками обрушились на врагов. Противник был захвачен врасплох, множество было взято в плен или перебито.
Возбужденные своей победой, возглавляемые Асканием троянцы двинулись к главному лагерю рутулов. Однако Мезенций уже успел получить известие о приближении врагов, и, когда они подступили к лагерю, он уже отступил. Вместе со своими войсками он бежал к горам. Асканий и троянцы преследовали их. Мезенций остановился и попробовал укрепиться на холме. Асканий окружил холм и вскоре вынудил врагов сложить оружие. Был заключен договор, и вскоре после этого Мезенций и его войска покинули страну. В Лации наступил мир.
Уладив свои дела, Асканий вспомнил о Лавинии. И латиняне, которые теперь были его подданными, весьма сожалели, что она была вынуждена удалиться из отцовского царства и оставить трон сыну чужестранца. Некоторые даже опасались, не случилась ли с ней беда и не выйдет ли так, что рано или поздно память о ней ослабеет: тогда Асканий сможет ее убить. Поэтому общество стало требовать возвращения Лавинии.
Похоже, Асканий и сам был настроен решить этот вопрос по справедливости, ибо он не только разыскал Лавинию и уговорил ее вместе с маленьким сыном вернуться в столицу, но также передал Лавиниум в ее суверенное владение, чтобы она правила в нем самостоятельно, а сам удалился из столицы и основал новый город. Он обошел всю страну в поисках подходящего места и выбрал участок в нескольких милях к северу от Лавиниума. Место, отведенное им для строительства стен, было на склоне горы. Гора, круто вздымавшаяся с одной стороны, обеспечивала надежную защиту, а с другой было озеро с чистой, прозрачной водой. Впереди внизу лежали плодородные равнины. Приняв окончательное решение, Асканий поручил своим людям начать строительство необходимых сооружений города. Часть его соратников занималась строительством стен, укладкой мостовых и сооружением домов. Другие преобразовывали склоны горы в террасы для выращивания винограда. Так как эти склоны были обращены к югу, выросший на них виноград был сладок и ароматен. От озера к полям были проведены каналы, и с их помощью можно было доставлять воду для полива посевов. Выбранное Асканием место обладало всеми возможными удобствами для мирной жизни и защиты людей, которые сделают его своим жилищем. Город назвали Альба-Лонга, то есть Длинная Альба. «Длинная» было добавлено, чтобы отличать город от другой Альбы. Город действительно был «длинным», так как дома растянулись на большое расстояние вдоль берегов озера.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
