«Блефует. Она блефует, братец. Убей ее! Заткни ей пасть! Навсегда! Немедленно!»
Но Гектор не остановил герцогиню и позволил ей продолжать.
– Думаешь, что ты неделями мучил меня, а я за это время так и не разобралась в твоей магии? Тебе прислуживает бес, магистр Черная Рука, и я вижу, как его темная сила оскверняет, уродует тебя. – Герцогиня выразительно посмотрела на высохшую, как у скелета, черную руку Гектора. Он торопливо отдернул ее за спину.
– Тебе стыдно, мальчик? – негромко спросила герцогиня.
Гектор дрожал, боясь ответить.
– Еще не поздно. Ты еще можешь все исправить.
Гектор подошел ближе, нагнулся так, чтобы его лицо оказалось вровень с лицом Фрейи. Ночные ужасы, овладевшая им ярость, неверие в тех, кого он когда-то любил, во все, чем когда-то дорожил, – все это вдруг показалось Гектору наносным, ненастоящим.
Сейчас он вновь почувствовал себя парнем из Редмайра, заслонился от злобных слов своего мертвого брата и заглянул в глаза Белой Медведицы, ища в них совет и поддержку.
– Как мне остановить это? – прошептал он.
Фрейя улыбнулась и медленно заговорила низким охрипшим голосом:
– Расстегни мои цепи, Черная Рука. Быть может, я уставшая старая Медведица, однако у меня все еще остались зубы и когти. Позволь мне положить конец твоей боли, пока ты не перешел в иную жизнь.
Когда эти слова приникли в сознание Гектора, он отскочил назад. Проблеск разума, только что сверкнувший у него в мозгу, исчез, затянулся темным вязким туманом. Лицо Гектора перекосилось от ярости, пришедшей на смену радостному ожиданию.
«Ну, что я тебе говорил, Гектор? – прошипел бес. – Убей ее! Сейчас же!»
Борлорд захрипел, в горле у него зародилось низкое хрюканье, сильно затряслись губы. Он тряхнул головой, пытаясь прогнать из нее боль, но почувствовал лишь, как у него заныла еще и нижняя челюсть. А затем начали расти зубы, медленно вылезая из десен, тело стало наливаться неведомой раньше силой. Сердце Гектора, всегда такое слабое, вдруг превратилось в могучий мотор, разгоняющий кровь по всему его хилому телу. Борлорд встретился взглядом с Фрейей, поднимая вверх руку и готовясь ударить старую герцогиню.
В этот момент неожиданно распахнулась дверь, зазвенела на своих петлях, и все, кто находился в тюремной камере, обернулись. В дверном проеме, тяжело дыша, стоял Ринглин.
Владевшее Гектором мрачное возбуждение мигом улетело прочь, сменилось приступом тошноты и головокружения. Телохранители успели подскочить и подхватить барона раньше, чем он успел свалиться на пол.
Гектор посмотрел снизу вверх на Ринглина и слабым голосом спросил, стремительно теряя черты Кабана и возвращаясь в свое привычное человеческое обличье.
– Что случилось?
– Вам немедленно нужно пойти самому, милорд. Это Вороны.
Глава 3
Мертвый Глаз
Пленники стояли на коленях на палубе «Удачного выстрела», со связанными за спиной руками, почти все – повесив голову на грудь. Виолка, одна из немногих, головы не опустила, смотрела на пиратов, старавшихся не встречаться с нею взглядом, одним глазом – второй был залит текущей из раны на лбу кровью. Виолка провела языком по своим зубам, проверяя, сколько среди них выбитых и расшатавшихся. Пересчитала взглядом своих матросов – в живых их осталось совсем не много, десяток, не больше. Заставляя противников отводить глаза в сторону, Виолка отвлекала их внимание от своих рук, которыми отчаянно пыталась развязать узлы на запястьях.
– Огромный был пес, правда? – сказал один из пиратов, почесывая у себя в затылке. – В жизни ничего подобного не видел.
«Они толкуют о Волке!» – поняла Виолка.
– А мне показалось, что это была огромная кошка, одна из таких же громадных тварей, как, например, Оникс.
– А как он Рибчестеру голову снес, видали? – нервно хихикнул другой пират. – Одним ударом. Его голова еще кричала, а сама уже катилась по палубе.
– Ну не знаю, что это была за тварь, но мы ее убили, хвала Соше, – сказал первый пират.
– Нет, он еще дышал, когда мы его за борт швырнули.
– Плевать, его сейчас по-любому рыбы доедают.
На трапе «Удачного выстрела» послышались тяжелые шаги командира неприятельского судна. Его Виолка узнала сразу же. Капитан Мертвый Глаз, чье изуродованное лицо было известно на всех морях и океанах. Роста капитан Мертвый Глаз был почти двухметрового, уголки губ у него были вечно опущены вниз, зато острый подбородок задран высоко вверх. Глаза расставлены неестественно широко, что неудивительно, если вспомнить о том, в какую тварь мог перевоплощаться этот верлорд. Одним словом, второго такого урода надо было поискать.
– Вот это сюрприз, напороться на твоего «Адского пса», Мертвый Глаз, – сказала Виолка, – да еще в такое неподходящее время. Между прочим, если тебе хотелось повидаться со мной, можно было устроить это гораздо проще. Например, ты мог бы пригласить меня пообедать вместе, когда я в следующий раз окажусь в Каттерс Коув. Посидели бы, поговорили за стаканчиком вина.
– А губки-то у тебя, оказывается, вовсе не такие сладкие, как мне всегда казалось, – заметил Мертвый Глаз.
Он, подбоченившись остановился перед Виолкой, она же не сводила глаз с висевших у него на поясе мясницких ножей, а пальцами продолжала терзать узлы на связывавших ее веревках.
– Предупредил бы, что собираешься меня навестить, и я покрасила бы их губной помадой, а не кровью, – ответила Виолка. – Между нами, расквасить даме рот – не лучшее начало для разговора.
– Разговора? Это не разговор, это допрос, ведьма! – сказал Мертвый Глаз. – Где твои пассажиры?
– Я не перевожу пассажиров. Ты что, «Удачный выстрел» с паромом перепутал, что ли?
Мертвый Глаз опустился перед Виолкой на корточки, взглянул ей глаза в глаза.
– У тебя на борту были верлорды. Двое.
«Откуда ему стало известно про Волка и Медведицу?» – подумала Виолка.
Мертвый Глаз сильно ударил Виолку, выбив у нее еще пару зубов. Она медленно подняла голову и усмехнулась окровавленным ртом.
– Верлорды, – повторил Мертвый Глаз. – Где они?
Виолка кровью плюнула в лицо Мертвому Глазу и ответила:
– Давно скрылись, урод!
Чудовищное лицо Мертвого Глаза перекосилось, он занес руку, собираясь снова ударить Виолку, но вдруг замер, уставился куда-то ей за спину. Затем его вывернутые губы сложились в жуткую улыбку.
– Не совсем так, – сказал Мертвый Глаз, вновь переводя взгляд своих больших черных глаз на Виолку.
Виолка оглянулась через плечо, и ее сердце упало. Двое пиратов тащили обмякшее, безжизненное тело Уитли, а за ними, заложив руки за спину, вышагивал в окружении еще двоих пиратов Рэмзи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
