– Прошу прощения, капитан, – сказал Виолке первый помощник, проходя мимо нее.
– Все в порядке, старина, – ответила она. – Ты сделал все, как я просила. Похоже, на этот раз мы с тобой проиграли.
– Я вижу здесь только одного проигравшего, – рассмеялся Мертвый Глаз.
Виолка проследила взглядом за тем, как Рэмзи подходит к командиру «Адского пса» и протягивает огромному верлорду руку.
– Отличная работа, капитан Рэмзи, – сказал Мертвый Глаз. – Ваше сотрудничество будет оценено по заслугам. Лорду Гулю будет приятно узнать о ваших подвигах. Считайте, что с этого момента «Удачный выстрел» принадлежит вам, как и договаривались. Только не забывайте о том, кто ваши хозяева.
Виолка рванулась вперед, сбросила с рук развязанные веревки, схватилась за один из висевших на поясе Мертвого Глаза ножей. Она сумела выхватить его и бросилась на верлорда, тот успел прикрыться, выставив перед собой предателя Рэмзи. Мясницкий нож пробил грудь Рэмзи и застрял в ране. Рэмзи выкатил глаза, Виолка яростно дергала нож, пытаясь его вытащить.
Мертвый Глаз оттолкнул Виолку от умирающего Рэмзи, крепко схватил за руки и поднял в воздух. Она сопротивлялась, извивалась, брыкалась, но Мертвый Глаз с легкостью удерживал ее. Виолка с ужасом увидела, как Мертвый Глаз начал трансформироваться – его плечи еще больше расширились, сделались квадратными, розовая кожа приобрела серый безжизненный оттенок. Исчезла шея, голова слилась с грудью, раскрылась чудовищная, полная острых мелких зубов пасть. Выпуклые глаза переместились на края громадной головы, не моргая уставились в пространство – тусклые, состоящие из одних бездонных черных зрачков.
– Мертвые глаза, – прошептала Виолка.
Прежнего, просто уродливого, человека сменила жуткая тварь – чудовище приняло свой настоящий облик. Виолка лихорадочно оглянулась на пиратов, была готова умолять их о помощи, но все они отвернулись в сторону. Виолка закричала, когда превратившийся в акулу-молот капитан Мертвый Глаз, командир «Адского пса», принялся запихивать ее голову в свою жадно раскрытую голодную пасть.
Глава 4
Парламентер
– Оставь его, Флинт! – крикнул Гектор, стремительно входя в тронный зал в сопровождении Ринглина и Айбела. Шаги Гектора гулко отдавались по мраморному полу, развевалась на ходу магистерская мантия, пока он шел к толпе, собравшейся перед возвышением, на котором стоял трон. Охранники-угры и Вороны поворачивались, когда Гектор приближался к ним, верлорды посмеивались над бароном из Редмайра, когда он протискивался между ними. В центре толпы возле лежащего на полу солдата стоял их командир, лорд Флинт. Он уже частично трансформировался, раскрыл над беспомощным солдатом свой черный клюв, высоко занес ятаган. Крылья только-только начали раскрываться на спине Флинта, когда Гектор оттолкнул его и повалил на пол.
Вороны дружно, как один, повернулись к Гектору, теснее сомкнулись вокруг своего собрата, сердито закаркали в унисон. Ринглин и Айбел выступили вперед, подхватили избитого солдата и оттащили его за спину своего хозяина.
Находившиеся в зале угры моментально перестроились и окружили Гектора, прикрывая его с боков.
– Как ты посмел тронуть меня? – воскликнул лорд из Райвена.
– И снова трону, и что-нибудь хуже могу сделать, обещаю! – крикнул в ответ Гектор, показывая Воронам свой поднятый вверх черный кулак. Вороны с ужасом уставились на него, прекрасно понимая исходящую из этого кулака угрозу.
Расталкивая в стороны своих, действовавших из лучших побуждений, собратьев, Флинт пробрался вперед. Он был самым сильным из Воронов, и если боялся Гектора, то в отличие от своих товарищей никогда этого не показывал.
– Почему ты защищаешь его? Он парламентер от лордов-медведей. Единственным нашим ответом Генрику и Бергану станет голова этого глупца, которую мы отрубим и сбросим с городской стены!
– Убийства не будет, – сказал Гектор. – Этот человек пришел к нам с белым флагом как парламентер. Мы сохраним ему жизнь, мы же не монстры.
Моргая своими темными, остекленевшими птичьими глазами, Флинт с подозрением наблюдал за тем, как Гектор обернулся к безоружному солдату. Правая щека парламентера покраснела и опухла после удара Флинта. Лорд-кабан изобразил на своем лице улыбку и протянул солдату свою здоровую руку. Солдат руки Гектора не принял, поднялся на ноги самостоятельно, отряхнул свой серый плащ и коротко кивнул головой.
– Капитан Рейбен Фрай, – сказал Гектор, огорченный тем, что парламентер не принял его руки. Парламентера Гектор узнал сразу, ему всегда нравился этот лучник. – Рад видеть вас, хотя меня весьма огорчают обстоятельства, при которых происходит наша встреча.
– Теперь уже генерал, милорд, – сухо поправил его Фрай.
– О, примите мои поздравления, генерал Фрай! Вы всегда были прекрасным воином и вполне заслужили свое звание.
– Я прибыл с устным посланием от герцога Бергана, милорд, – сказал стурмландец, игнорируя похвалу Гектора.
– Что он просил передать? – вмешался в разговор Флинт. – Наверное, что-то вроде «Мы готовы сдаться»?
Собратья Флинта рассмеялись вместе с ним, Гектор же, по-прежнему не сводя глаз с генерала Волчьей гвардии, поднял вверх руку, требуя тишины.
– Говорите, Фрай.
Парламентер прокашлялся, затем продолжил:
– Герцоги из Айсгардена и Брекенхольма обращаются к вашему милосердию и просят предоставить им безопасный выход из долины. Они предпочли бы проход к северу от горы Стракенберг, через перевал Уайтпикс Уэй, желательно под покровом ночи.
– А почему же не к югу? – ехидно спросил кто-то из Воронов, и все остальные дружно захохотали и закудахтали.
– Наши люди обессилели, милорд, – ответил Фрай, не обращая внимания на веселящихся Воронов. – Если они будут оставаться на позициях, то погибнут, даже несмотря на то, что прекрасно знают эти земли. Они измучены, они голодают, многие больны. Гарантируйте нам безопасный выход отсюда, и мы тихо уйдем.
– А где гарантия, что вы не нападете на Айсгарден, когда окажетесь рядом с ним? – спросил Гектор. – Следуя по перевалу Уайтпикс Уэй, вы будете проходить буквально мимо городских стен.
– Мы больше не представляем для вас угрозы, – сказал Фрай, сердито указав рукой на юг. – Наша армия наполовину мертва. Если вы откажете нам в проходе к горной стурмландской дороге, это станет для нас смертным приговором.
– Я не отказываю вам в проходе, Фрай. Но я требую от герцогов лишь одного – повиновения. Они должны преклонить передо мной колени, поклясться быть верными и покорными мне. Они должны признать меня лордом Айсгардена. Безопасный выход из долины я гарантирую им только после этого.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
