больше дышать, если не попробует уста этой женщины. Такер опускал голову, пока его губы не коснулись ее. Ему нужна была доля секунды, чтобы увидеть, что она сделает, если ей придется оттолкнуть его.
Натали не сделала этого. Она вытянула шею, чтобы дать ему лучший доступ к ее рту. Он углубился со всем, что у него было.
Поцелуй был сильнее зимних ветров. Он выбил из него дыхание, пока внутри него не пульсировало ничего, кроме нее. Она нахлынула на него, как грохочущая волна, и он пил так жадно, как только мог. Ее собственные губы потянулись к его, умоляя о большем. Каждый раз, когда он отступал, Натали снова тянулась к нему. Как будто она тонула, а его поцелуи были единственным способом выжить. Он позволил своему языку проникнуть в ее рот, встречаясь с ее языком в клубке шокирующей дикости. Раньше они никогда не целовались, но прекрасно знали друг друга. Его рука переместилась с ее бедра на поясницу, и в ответ она прижалась вперед, пока мягкость ее тела не нашла его пульсирующую твердость.
— Да что б меня, — прошипела она низким голодным голосом.
Внутри него усилилось пламя. Ему до боли захотелось провести рукой от ее лица к полной груди. Чтобы исследовать вершинки, которые он чувствовал на своей груди.
«Еще нет», — сказал он себе.
«Да. Сейчас», — зверь внутри встал и бушевал.
«Я должен быть осторожен. Это слишком важно, чтобы из-за спешки все испортить».
Каким-то образом ему удалось отступить. Ее глаза вспыхнули, смотря на него, как пара лун. Наполненные и опасные. Давая повод животному, рвущемуся через его кровь. Все, что мог сделать Такер, — это бороться с этим и попытаться вернуться к разумному курсу. Надеясь, что она последует за ним.
Произошло обратное. Она сбежала. Время осторожности прошло, и он пнул себя за то, что уступил требованию волка внутри себя. Но даже когда Натали выскочила за дверь, он был уверен — он снова ее поцелует. Снова обнимет.
«Здесь не было выбора».
Глава 7
Натали
«Вот черт!»
На следующий день, сидя за маленьким столом в кабинете доктора, Натали покачала головой. Независимо от того, сколько раз она пыталась прояснить свои мысли, ничего не помогало. Каждую секунду воспоминания о том, как она целовалась с Такером пронзали ее мозг. Каждый раз от этого ей становилось жарко и перехватывало дыхание.
Это означало, что последние двенадцать часов она была возбуждена и доведена до отчаяния.
Натали не узнавала себя.
Она никогда не была излишне сексуальной личностью. О, ей вообще-то нравился секс, но мужчины, с которыми она была в постели, никогда полностью не могли удовлетворить ее.
Такер?
Ну, от нескольких его поцелуев Натали превратилась в горячую медсестру. Натали запаниковала после того, как терзала его губы на кухне. Когда он отстранился на мгновение, она убежала. Каким-то образом ей удалось схватить ботинки и куртку. Она уехала к себе домой, просто отлично, новенькая жительница, которая просто засунула язык мэра себе в горло.
Но что за язык…
Он был талантливым и могущественным, как и человек, которому принадлежал.
Натали захныкала и оттолкнулась от стола. От силы ее внезапного движения ее стул громко заскрипел по полу.
— Все хорошо? — спросила Катя с улыбкой на лице.
— Ой. Я в порядке.
Катя улыбнулась еще шире.
— Может ли это иметь какое-либо отношение к ужину вчера вечером?
Натали вздохнула.
— Весь город знает?
— Довольно многие. Ведь никто, кроме других мэров, никогда раньше не бывал в доме Такера. Он очень скрытный человек. Я видела, и не могу понять, почему ты сбежала из его дома. Я предположила, что он сказал что-то, что тебя разозлило, потому что он не самый деликатный человек в городе. Но, судя по твоим покрасневшим щекам и разочарованным вздохам, держу пари, что случилось кое-что еще.
Натали тяжело вздохнула. Натали была новенькой в городе. Неужели она действительно собиралась сказать женщине, на которую работала, что поцеловала мэра?
— Как бы то ни было, у Такера никогда не было отношений, о которых я знаю. Я уверена у него были — партнеры. Но если что-то произошло между вами, важно знать — он этим не занимается. Постоянно. Ты должна доверять своим инстинктам.
Ее инстинктам? Они были фактически недоступны. С того момента, как она оставила Такера стоять на кухне, голос кричал ей, что она облажалась. Другой, гораздо более знакомый голос был таким же громким. Он велел быть осторожной. Натали не хотела, чтобы ее сердце разбил другой могущественный мужчина.
Разобраться было невозможно. Но ее тело болело до мозга костей после того, как она его бросила. Она думала, что это ее гормоны, злились на нее за то, что она не продолжила начатое с Такером.
Может быть это ее инстинкты? Она была слишком смущена и сбита с толку, чтобы понять, что на самом деле чувствовала.
Ей нужно было разобраться в самой себе. Она находилась в Винтерленде ради миссии. Ей нужно было получить ответы, но в течении двух недель ей почти ничего не удалось узнать. Искать было так сложно. Как она могла начать расспросы о чем-то, что казалось абсурдом?
Будет только хуже, если она позволит себе привязаться к одному из мэров, это не упростит слежку.
Разве только сделать по-другому.
Может быть, если бы она проводила больше времени с Такером, он был бы более общительным. Может быть, он даже как-нибудь проговориться насчет оборотней. Если он был главным, то он должен знать, верно?
«Черт, может быть он один из них!» — эта мысль пришла ей в голову прежде, чем она была готова к встрече с ней. «Абсолютно, нет», — решила Натали. И все же семена этой идеи некоторое время кружились в ней. Это могло даже служить объяснением безумного влечения, которые она испытывала к этому мужчине. Возможно, он выпускал в ее сторону всевозможные сексуальные флюиды оборотня, чтобы соблазнить.
«Позволь ему».
Гормоны или инстинкты? Она не знала.
— Он может быть раздражительным, но он хороший человек. Тебе стоит поцеловать его еще раз.
Врач подмигнула, как будто давала рецепт, а не сплетничала о мэре.
— Откуда ты узнала, что случилось?
— Я женщина, Натали. Более того я несколько раз обходила этот квартал. Я могу сказать, что просто мы все связаны, так что позволь мне сказать вот что. Здесь, в Винтерленде, дела обстоят иначе. На свидания не ходят, а отношения начинаются быстро и длятся вечно. Если хочешь поцеловать Такера, то вперед.
Колокольчик над дверью нежно
