Дар громко расхохотался и презрительно посмотрел на Крона.
— Он сражался! — выкрикнула Йорка, наливаясь краской. — Он…
— Сражался с комарами? Да? — рассмеялся Оке.
— Заткнись, старый козел! — заорала на него Йорка. — Это вы под Хотором сражались с комарами! А мы с ним взяли крепость Сиуз!
— Что?
Головы всех Бессмертных повернулись к Крону.
— Это правда?! — тихо спросил Оке. Крон пожал плечами.
— Ты говорил, что скоро Совет Бессмертных, — ответил он. — Там я все и расскажу. Вернее, там МЫ с Йоркой все расскажем. А пока… Пока я хочу спать. Где я могу отдохнуть?
В глубоком молчании Крон прошел в один из домов, куда его проводили кочевники, лег на деревянную кровать, покрытую облезлой от времени медвежьей шкурой, и блаженно закрыл глаза. Он очень устал за последние дни. С тех пор как Крон взял на себя ответственность за судьбу сопровождаемых им людей, он постоянно находился в нервном напряжении. Увы, несмотря на все его заботы, до места добрались лишь пятеро. Пятеро из тридцати человек — капля в море. Но если бы не «песня смерти», которую он опять стал слышать, и тех не удалось бы спасти.
«Песня смерти»… Крон уже начал подзабывать все, что с ней было связано. Например, то, что после «песни» всегда испытываешь некоторую усталость. Ведь все окружающие предметы, оружие и даже сама одежда делаются как бы чужими, непослушными. Приходится преодолевать их непокорность, ломать их сопротивление, словно плывешь в густом киселе, с трудом двигая руками и ногами. И это всегда немного утомительно. А сейчас, после сумасшедших событий последних дней, у Крона ныли все мышцы тела. «Хорошо бы отдохнуть пару дней», — подумал он.
Краем уха Крон услышал, как на улице о чем-то ожесточенно спорят Оке с Йоркой, и подумал, что ни Оке, ни Йорка нисколько не переменились за эти годы. Как и все остальные Бессмертные. Да и сам Вечный Город остался прежним. Таким, каким он был еще при Лике.
Вообще, в последние годы Лик постепенно стал превращаться в легенду, почти как старик Лаоэрт. Но если от Лаоэрта осталось только имя, которое теперь носит самый главный инксийский город, то Лик оставил по себе иную память. Взять хотя бы металл.
До Лика все здешние люди и понятия не имели о том, что это такое. Но с появлением Первого Бессмертного огненные молнии ударили в скалы Андирских гор, после чего там обнаружились странные кусочки блестящего оплавленного камня. Много лет спустя сам Лик, посетив эти места, обратил на них внимание. Он попробовал использовать эти гладкие камни в качестве наконечников для стрел. И тогда же выяснил, что они поддаются ковке. А потом понял, что и сами люди, без помощи небесных молний, могут изготавливать подобное, и вскоре по всем селам начали возникать кузницы. Кремниевые наконечники для стрел, каменные топоры и деревянные мечи с обсидиановыми лезвиями ушли в прошлое, их заменил металл, постепенно превращавшийся в крепкую сталь.
А город Лик начал строить незадолго до появления Сагора, когда Бессмертных по степям насчитывалось уже около двадцати человек. Всех объехал Лик, с каждым переговорил, и никто не отказался участвовать в этой его затее. Долго строили Бессмертные Вечный Город, сами строили, хотели жить все вместе, отдельно от остальных людей. Огородили большой участок в глубине Сиузских гор и принялись за работу. Многие люди конечно же им помогали — по своей воле, без принуждения. Тесали камни, возводили стены.
Всего-то домов в Вечном Городе десятка четыре — пять. Почти все они террасами лепятся на склоне горы, лишь несколько стоят внизу, по кругу, образуя площадь. Небольшие дома с низкими плоскими крышами. Каждая стена — цельный каменный брусок с прорубленными в нем окнами или дверью. Бруски плотно подогнаны друг к другу, щелки не найти. Крыша же — каменная плита, весом своим скрепляющая все строение. Но не все дома такие, в основном те, что внизу и вокруг площади. Верхние же домики вырублены целиком в скале и являют с горой единое целое. Неподалеку, в пределах городской стены, протекает горный ручей, а рядом с ним — участки плодородной земли. Хорошее место выбрал Лик для Вечного Города. Думал, что все Бессмертные поселятся здесь. Да и сами Бессмертные поначалу так же думали. Но характеры у них оказались слишком уж разные.
Лик, он какой был? Нрав у него, конечно же, крутой, но больше всего одиночество ему было по душе. Не рвался он командовать людьми, волю им свою диктовать. Хотел жить тихо-мирно, вдали ото всех. Мастерить что-то, огород свой завести. Но единственные, кто его понимал, это Оке и сам Крон. Остальные…
Эх! Да что говорить-то? Попробуй поживи с одними и теми же людьми в одном поселке ну хотя бы лет сорок! Нет-нет да какой-нибудь спор, ссора какая-то возникнет. А если не сорок лет? Если тысячу? Вот то-то и оно!
Короче говоря, перессорились все Бессмертные между собой. Крон это хорошо помнит. И ссоры, и сражения, и гибель многих Бессмертных, и то, как покидали они с проклятиями Вечный Город. Никого почти здесь не осталось, только Лик, Крон, Ландер, Кинир да Оке со своей Йоркой. Вот и все.
Опустел Вечный Город. Надолго опустел. И только когда появились инксы, вспомнили о Вечном Городе. И люди вспомнили, и сами Бессмертные. Начали возвращаться, собираться вместе, чтобы одолеть врага. Со всех краев вслед за Бессмертными потянулись сюда и охотники, и рыбаки, и пастухи с мастеровыми, и конечно же — кочевники. И сейчас Сиузские горы напоминают громаднейший лагерь.
Не всем в Городе нашлось место, так что большая часть кочевников селилась за стенами, да и много ли им нужно было? Главное — быть поближе к своим командирам, к своим Бессмертным. Ночами все окрестности Сиузских гор озарялись светом костров. Вот и сейчас начали вспыхивать меж скал огни.
Под вечер Крона разбудил Сои — идти на Совет Бессмертных. Конечно, все Бессмертные, кто в Степи был, подчинялись сейчас Оке. Но каждый из них мог сказать свое слово на Совете. К тому же всем было любопытно узнать, как это Крону и Йорке удалось взять крепость?
Совет Бессмертных собрался в одном из домов, что стояли на площади Вечного Города. Дом был просторным, всем хватило места. На длинном дощатом столе лежали мясо, сыр и хлеб, стояли кувшины, но не с брагой, а с простой водой — на Совете пить не положено!
Крон и Йорка рассказывали о том, как им удалось одолеть инксов. Крон даже попытался нарисовать схему сражения на куске кожи. Рассказывал в основном Крон- от Йорки толку мало было, она все время отвлекалась, вспоминая, как она одному инксу башку снесла да как другому кишки выпустила. Оке приходилось на нее постоянно рявкать, чтобы замолчала и перестала хвастаться. Здесь, за столом, тоже не дети сидят.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
