Сарн предложил капитану Барбикэну занять место одного из своих офицеров, которого они потеряли в последнем сражении, но Криспин отверг это предложение.
Сарн принялся его уговаривать:
— Смотри, Барбикэн, я предлагаю тебе должность не просто так. Теперь, когда Морган уехал, ты можешь спокойно плавать со мной. «Вампир»— отличный корабль. Что скажешь?
Криспин улыбнулся и покачал головой:
— Я благодарен тебе, но я пока не собираюсь выходить в море. Одна из причин — эти два паренька. Они еще малы для бродяжьей жизни.
Сарн сделал нетерпеливое движение.
— Мы скоро придем в Порт-Ройял, а это лучшее место, которое ты можешь для них найти. Так что это не причина для отказа. Ты хочешь уклониться, и я знаю почему. Ты не хочешь плавать моим компаньоном, потому что мечтаешь командовать собственным кораблем.
— Я и не отрицаю, что предпочитаю самостоятельность, но, как уже сказал, я не думаю возвращаться к этому занятию.
— Даже ради командования тридцатипушечным кораблем? Это такой шанс, которого не было даже у Генри Моргана, когда он брал Панаму.
Криспин быстро взглянул на Сарна.
— Что за корабль и кто предлагает его?
— Я предлагаю. Это «Санто-Розарио» из Кадиса. Мы взяли его не так давно и отправили впереди нас в Порт-Ройял. Крепкий корабль, и после небольших улучшений его скорость сравняется со скоростью моей посудины. Я откровенен с тобой, Барбикэн! Я хочу отважиться на такое предприятие, которое не под силу одному «Вампиру», а с «Розарио» мы можем сделать более удачную попытку. Я хочу, чтобы этим кораблем командовал человек, на которого я могу положиться, а ты так долго плавал с Морганом, что отлично знаешь его методы. Ты именно тот человек, в котором я нуждаюсь, и я предлагаю тебе место капитана.
— По обычаям «братства», капитан избирается голосованием.
Сарн покачал головой:
— На любом другом корабле. Моим офицером становится тот человек, который может справиться с любым заданием, а не тот, который нравится толпе. Вот почему мне всегда сопутствует успех.
— Да, ты хитроумный командир. Я допускаю это. А что за предприятие ты хочешь провернуть?
Улыбка осветила мрачное лицо пирата.
— Об этом, мой друг, ты узнаешь, когда станешь капитаном «Санто-Розарио», или не узнаешь никогда. Ты можешь не спешить с ответом. Свое решение сообщишь мне, когда мы придем в Порт-Ройял.
— Я подумаю. Но я считаю, что великие дни для пиратов ушли в прошлое вместе с Модфордом и Морганом. Теперь на Ямайке правит Линч, а ему больше нравится торговля. Он скорее будет торговать с испанцами, чем захватывать их города. А ты что, собираешься следовать по стопам валлийца Гарри и закончить свои дни рыцарем?
— Возможно. Морган вместе с титулом получил поддержку при дворе.
Криспин удивленно поднял брови.
— Я полагаю, ты имеешь такую поддержку.
— Да. Как, по-твоему, я получил этот фрегат?
— Я часто удивлялся этому, но сейчас я угадал ответ.
Пират кивнул:
— Ты проницательнее, чем нужно, Криспин Барбикэн. Я все расскажу тебе, но ты должен обещать, что это останется между нами, присоединишься ты ко мне или нет — все равно.
Криспин дал требуемое обещание больше из любопытства, ибо он так много знал о Рандольфе Сарне, что не хотел иметь с ним дел, хотя, возможно, другие на его месте были бы менее разборчивы.
Сарн начал свой рассказ:
— Сэр Томас Модфорд был не единственным английским джентльменом, который симпатизировал пиратам. Хотя не всякий бы в его положении давал такие поручения, которые Модфорд давал Моргану. Но человека, на средства которого был построен «Вампир»и который поставил меня командовать им, интересует только испанское золото, и если мы нарушим закон, то он обладает достаточным влиянием — и достаточным умом, чтобы предотвратить наказание. Я слышал, что он может купить даже английское правосудие.
— У тебя есть доказательства его силы?
— Я знаю его имя, и мне не нужно других доказательств. Он сын своего отца, а всем известно, как близко к трону стоит лорд Генри Крайл.
От этих слов капитан Барбикэн чуть не выронил трубку и пронзительно взглянул на Сарна. Пират усмехнулся и продолжал:
— Да, да, есть чему удивиться. Возможно, ты не знаешь, что Гедеон Крайл — владелец плантации недалеко от Порт-Ройяла! Он был на Ямайке четыре года назад, и тогда я познакомился с ним. Остальное получилось легко.
— Я слышал в Англии некоторые разговоры о лорде Генри Крайле. Он не родственник маркиза Ротердэйла?
— Брат. Старый маркиз в изгнании, и лорд Генри управляет землями и состоянием. Это является доказательством того, что его сын может помочь нам.
— Что представляет собой этот Гедеон Крайл?
Сарн ухмыльнулся.
— Дьявол! — коротко сказал он. — Горбун с голосом, которым можно очаровать самого Сатану. Он был очень популярен в окрестностях Порт-Ройяла, но это только маска. Его отец — почти что маркиз Ротердэйл, но я ставлю свою жизнь, что Гедеон получит этот титул во что бы то ни стало и ни перед чем не остановится. Я скажу тебе, Барбикэн, что если и существует человек, которого я боюсь, то это Гедеон Крайл.
Приход Жан-Пьера прервал их беседу, но Криспин узнал более чем достаточно. Он понял, что завлек своих юных подопечных в ловушку. Криспин ничего не знал о Гедеоне Крайле, но сам факт, что он сын лорда Генри, был достаточно красноречив. Если горбун способен напугать Палача, он должен быть большим специалистом по части зла.
Клятва, которую он так опрометчиво дал пирату, мешала Криспину рассказать Фрэнсис и Джонатану о сотрудничестве их кузена с капитаном Сарном, к тому же он прикинул, что Гедеон Крайл уже покинул Англию и помешать его появлению на Ямайке невозможно. После некоторых раздумий Криспин решил раскрыть тайну «братьям»в случае жизненной необходимости. Но на следующий день произошел случай, который временно отвлек его внимание.
Утром впередсмотрящий обнаружил предмет, который был похож на корабельный баркас, и «Вампир», изменив курс, немного приблизился к нему. Когда они подошли ближе, человек, сидящий в лодке, вяло взмахнул рукой; его слабость свидетельствовала о том, что он провел в море долгое время.
Вскоре, когда черный фрегат вплотную подошел к маленькой лодке, они увидели в ней четырех человек, хотя только один из них подавал признаки жизни. Остальные неподвижно лежали на дне лодки и не пошевелились даже тогда, когда с борта «Вампира» спустили веревочную лестницу.
Человек, который еще подавал признаки жизни, оказался меднокожим метисом, худым и выносливым, но крайне истощенным. Его лицо сильно осунулось, губы потрескались и распухли. Когда его положили на палубу и поднесли к губам кружку с водой, он начал жадно пить, пока по приказу Сарна у него не забрали кружку.
