Опыт научил ее всегда прислушиваться к голосу интуиции, не важно, насколько абсурдными могли показаться его предупреждения. Джен остановилась, чтобы разобраться в ситуации и отделить интуитивные догадки от обычных фантазий.
Она взглянула на другой берег ручья и сразу нашла решение: она находилась слева от русла, как и на пути к озерцу. Значит, она просто находится на другом берегу! Отсюда и разница!
Ее малютка птенец, согретый теплом родительских тел, ее белая магнолия, сомкнувшая лепестки в преддверии ночи, — все это сейчас на другом берегу. Все до смешного просто!
Джен рассмеялась от осознания своей глупости. Теперь, когда она прошла самый тяжелый участок пути, до хижины она сможет пробежать даже в темноте. Да, она побежит по песчаному берегу, и ее одежда высохнет. Но стоило девушке сделать первый шаг, как смех тут же угас, сменившись недоумением и ужасом.
Почва опустилась под ее ногами, и Джен забарахталась на месте, пытаясь отпрыгнуть назад. Песок связывал ноги, затягивал вниз. Девушка чувствовала, как проваливается все глубже. Страх сковал тело, и прежде, чем крик ужаса сорвался с губ, она поняла жуткую правду.
Она попала в зыбучие пески.
Зыбучие пески! Все поглощающий предательский кошмар, из которого мало кому удалось выбраться.
Испуганной девушке, стремящийся только вырваться из этой страшной ловушки, минуты осознания своего бедственного положения показались вечностью. Земная поверхность, несколько мгновений назад представлявшаяся прочной, невинно гладкой и безопасной, превратилась в гибельный омут. При малейшем движении тело все сильнее увязало в песке.
Ночной ветер разнес дикий крик по всему лесу. Ее крик. «Не паникуй! — приказала себе Джен. — Не сопротивляйся, не двигайся, от этого песок только засосет тебя глубже». Ужас сжал горло, словно петля, заглушая крики.
— Ник! Ник! — изо всех сил надрывалась девушка, не осознавая, что ее умоляющий вопль был не громче шепота.
Все происходило так быстро… Джен удвоила усилия, пытаясь повернуться, выбраться назад, и вот уже кошмарная возможность оказаться погребенной под толщей песка становится реальностью.
В ее досягаемости не было ничего, за что можно ухватиться и выбраться из песка. «Не паникуй. Думай быстрее! Соображай! Должен же быть какой-то выход…»
Да, из зыбучего песка можно выбраться. Она это знала. Кто-то однажды рассказал ей, как Ник… Нет, не он. Но кто? Кто?.. Мейсен Олбени. Много лет назад…
— Если вы когда-нибудь попадете в зыбучие пески, главное — не теряйте голову.
В этот миг перед путешественницей пронеслась вся ее жизнь. Она вновь увидела Мейсена. Сквозь годы долетел его старческий, сухой, слегка грубоватый голос:
— Чтобы выбраться из такого песка, надо нырнуть в него! А затем плыть, плыть и плыть… пока можете!
Нырнуть с головой?
Инстинкт самосохранения взбунтовался против подобной идеи. Воронка в песке затягивала девушку все глубже, медленно и непрерывно. Она уже не могла высвободить и правую ногу. Новый приступ страха навалился на Джен, стоило ей взглянуть вниз. Она уже по бедра ушла в песок!
Джен с похожим на всхлип вдохом набрала в легкие воздуху и заставила себя броситься вниз.
Никто и никогда не оценит сверхчеловеческую смелость, понадобившуюся ей для этого прыжка в бездну. Желудок сжался в комок, сердце бешено колотилось, удавка страха сжала горло, а на глаза навернулись слезы отчаяния, когда девушка попробовала приподнять голову над поверхностью песка.
И тут зародился первый проблеск надежды. Она выставила руки вперед и оттолкнулась ногами, словно пытаясь поплыть брассом. Невероятно, но ее ноги и руки двигались абсолютно свободно.
Джен сфокусировала взгляд на черном силуэте дерева, растущего впереди. Она должна до него добраться. Как далеко до него? Десять, двенадцать, пятнадцать футов? Келли плыла изо всех сил, но ни на дюйм не продвигалась вперед. Она оставалась на месте! Какой-то путь в никуда! Через несколько минут девушка начала выдыхаться…
— Ник, — чуть не плача, позвала она. — Ник! Помоги мне! Пожалуйста, Ник!
В глазах потемнело, потом замелькали яркие круги… Она уже не видела дерева. Вымотанная и опустошенная, Джен опустила руки.
— Ник! Боже, пожалуйста, пошли мне его…
Девушка медленно тонула. Ник ни за что не найдет ее. Она больше не боялась. «Пожалуйста, Боже, только не так. Не таким образом…» — молила она.
— Джен! — Голос донесся издалека, глухой, словно крик в ночном кошмаре. — Джен! Какого черта, где ты?
Звук шагов и хруст сучьев под ногами долетел до слуха девушки. Это не сон! Это Ник! Настоящий! Вера в спасение придала ей сил.
— Ник! — заорала она. — Я здесь! Осторожно, здесь зыбучие пески!
— Джен, продолжай кричать, — откликнулся мужчина. — Где ты?
— Здесь. У ручья.
— Какого ручья? — Голос удалялся.
— Здесь только один ручей. — Келли уже надорвала голос до хрипоты. — Ради бога, смотри под ноги!
— Здесь очень темно, ничего не вижу. Держись, Джен! Я иду!
— Поторопись, Ник! Скорее…
Если он не поторопится… И как он собирается ей помочь? В темноте он сам попадет в ловушку. Они оба погибнут!
— Джен! Ты все еще… о господи!
Она по-прежнему ничего не различала в темноте, но в следующий миг блеснул свет фонарика, и девушка увидела Ника: бледное, напуганное лицо, исказившееся в гримасе ужаса.
Он осторожно продвигался вперед, освещая фонариком каждый дюйм почвы под ногами, и остановился лишь от ее душераздирающего крика:
— Это там, Ник! Осторожно, не попадись! Ты ни за что не выберешься! — Глаза Джен горели, как два огромных уголька на фоне белого, изнуренного лица.
— Все в порядке. Скоро это окончится. — Голос мужчины успокаивающе подействовал на путешественницу. — Просто продержись еще минутку.
Он снял свой пиджак (ее пиджак, заметила Джен) и рубашку, быстро связал их рукава. Затем ловко скрутил вещи в подобие веревки, оказавшейся на удивление длинной.
— Видишь ли, мне часто приходилось импровизировать, чтобы спуститься вниз, — лукаво пояснил он и резким движением натянул «веревку», проверяя ее на прочность. — Будь готова ухватиться за конец, когда я брошу эту штуку.
В первый раз он промахнулся на целый фут, и девушка, бешено размахивая руками, попробовала поймать рукав в воздухе. Песок затрясся и забулькал, когда она попыталась подползти ближе к Нику.
Лицо мужчины было таким же бледным и напряженным, как и ее. Рэдферн принялся шарить взглядом по земле, а затем засунул руку в карман, оторвал нитку, быстро запихнул что-то в рукав и завязал с двух сторон.
