которых она не замечала, вылезли вперёд и неприятно поразили.
- Вот ведь обидушка-а-а, - злосчастье тотчас откликнулось на Лидины мысли. – Времечко никого не щадит, старость всё ближе да ближе.
- Ты поплачь, поплачь с нами, - притворно всхлипнула кручина. – О долюшке своей незавидной поплачь... о невезении...
- А ну – цыц! – доля прищёлкнула пальцами, и сестрицы умолкли. – Что-то не о том ты задумалась, Лида. Уж не ошиблась ли я? Верно ли считала твою судьбу?
- Ошиблась, ошиблась! – охотно подхватила недоля. – Со сна ещё не то примерещится! Нельзя её отпускать, сестрица! Влипла – так пущай остаётся.
- А вот мы и посмотрим, - доля слегка помрачнела. – Что же молчишь, Лида? Скажи хоть слово. Я жду.
- Я.. я... – Лида с трудом отвела взгляд от своего двойника. – Не ожидала себя увидеть вот так... поэтому растерялась. Я пойду! Конечно, пойду! Спасибо вам!
Доля кивнула, и заполошино пёрышко тотчас выскользнуло из руки, зависло на уровне Лидиного лица.
- За ним и пойдешь. Перо к деревне выведет, - доля смотрела внимательно, будто ожидала от Лиды чего-то ещё.
И Лида не подвела – направилась в сторону Николая.
- Освободите его. Пожалуйста! Ему нужно помочь!
- Шла бы ты куда собралась! – разозлилась недоля. – Раз отпустили – так вали. Иначе можем и передумать.
- Без Николая не уйду! – как не хотелось Лиде сбежать из логова жутких сестриц, чувства удерживали, не позволяли отмахнуться от нуждающегося в помощи человека.
- Волколаком озаботилась! – мерзенько хихикнула кручина.
– Перекидня пожалела! – подхватило за ней злосчастье. – А, ну, как зубищами тебя прихватит – что тогда запоёшь?
- Не прихватит! - у Лиды вдруг сбилось дыхание. От предсказания злосчастья ей делалось страшно, ведь как поведёт себя волколак невозможно было предугадать.
- Струхнула! Спужалась! – довольно сощурилась недоля. – То верно! К чему тебе лишние потрясения.
- Иди, иди, - запели не в склад остальные. – Иди-торопись! Скоро дорожка скроется, ждать не станет.
Словно в подтверждении этих слов, проход чуть поблёк и сделался мутноватым.
- Скроется, скроется. – недоля принялась приплясывать в нетерпении. – Тогда уже отсюда не выпустит!
- Думай быстрее. Сестра права, - доля всё также смотрела на Лиду. – Я долго не стану удерживать – не воспользуешься шансом, значит на то и судьба.
В ответ Лида рванула сеть – попыталась освободить Николая. Но стащить ловушку не получилось. Упругое крепкое плетение впилось в ладони до крови разодрав кожу.
- Вот же, настырная! – досадливо фыркнув, недоля вытащила из складок платья недоделанную Лидой кукляшку. – Уговорила. Мен на мен. Забирай обратно и уходи.
- Сожги, сожги деревяшку! – забормотали-закивали сестрицы. – Из-за неё всё пошло! Из-за неё ты здесь!
- Вы знали, что лихо... ваша сестра ворует у людей радость? И хранит её в здесь, в вашем... доме? – выпалила Лида доле в лицо. И снова невольно вздохнула, когда от печальной ответной улыбки обозначились очередные морщинки на лице.
- Знаю. Всё знаю. Так должно, и так будет всегда. Добро не существует без зла, а радость без печали. В тени добродетели прячется грех. Они уравновешивают друг друга.
- Но... – Лида запнулась, не зная, как возразить, а доля повторила опять. – Если идёшь – уходи. Сделай свой выбор, Лида.
- Забирай, забирай кукляху! - недоля сунула чурбачок Лиде в лицо. – Выгодный обмен.
- Оставьте фигурку себе, – отмахнулась от неё Лида. – Мой выбор - Николай!
- Но как же... – заверещали сёстры, когда доля присела на корточки перед безучастным волколаком. – Не отпускай его, оставь для нас! Для нас!
Доля словно не слышала их. Теперь она выглядела в точности как волколак, и только взгляд был осмысленным, не отрешённым. Подхватив сеть зубами, она легко отбросила её в угол, а после боднула оборотня, пробуждая от заклятки.
Тот встряхнулся, приподнялся на разъезжающихся лапах...
- Отправишься с ней! – доля вернула прежний облик, неприметной обычной женщиной поднялась с колен. – Пойдёшь, куда поведёт. Следом за ней пойдёшь, понял?
Волколак покорно опустил голову, а потом медленно направился к Лиде.
Пёрышко тут же скользнуло в успевший сузиться проход, и Лида взглянула на оборотня, приглашая следовать за ним.
Под разочарованные завывания сестёр они одновременно протиснулись в коридор, и когда Лида обернулась, чтобы поблагодарить долю, позади обнаружилась только глухая стена. Проход снова закрылся.
До деревни добирались медленно. Лиде приходилось то и дело останавливаться, с тревогой вглядываться в бредущего позади Николая.
- Идём же! Пошли! Попробуй быстрее! – уговаривала она спутника, опасаясь, что доля может передумать.
Волколак шёл пошатываясь, опустив к земле угрюмую морду. Иногда останавливался, вздыхал тяжело и садился на снег. И тогда Лида опасливо приближалась, легонько трогала его понурую голову, и от жёсткой шерсти саднило ладонь, словно от наждака.
- Пойдём. Просто иди за мной. Пожалуйста! Так надо! – снова и снова просила она, и Николай нехотя поднимался.
Лида прозевала, когда началась метель. Она завивалась вокруг, плескала снегом в глаза, норовила перемести тропу, сбить с дороги, запутать. И только рыжий огонёк заполошиного перышка мигал спасительным маячком сквозь белую шевелящуюся мглу.
Постепенно Лида упустила из виду и его. Глаза заволокла пелена. Воздух смёрзся в груди, не давая возможности ни выдохнуть, ни вдохнуть. Тело сделалось лёгким, практически невесомым. Захотелось упасть на снег, зарыться поглубже и замереть.
Она и правда упала – только на что-то грубое, жёсткое. Под щекой закололо, резкий мускусный запах проник в нос.
Но она почти не ощутила его – провалилась в безмятежное забытье...
В голове что-то потрескивало и жужжало. Чёрные мошки стайкой вились возле лица. Лида вяло отмахнулась от них, но они не отстали, напротив – опустились на щёки, завозились, защекотали лапками.
Вскрикнув, Лида распахнула глаза и некоторое время таращилась в пустоту. Постепенно та обрела очертания – Лида узнала и комнатёнку, и печь.
- Очухалась! – облегчённо прогудело из-под бороды, и Лида попыталась отвести её от собственного лица.
- Проснулась, Тиша? Вот радость-то! – прочирикал знакомый голосок. – Да не лезь так близко! Ей же щикотно!
– Очухалась! – Тихон послушно отстранился. - А я уж не ждал.
От радости домовые обнялись, а потом заполоша скомандовала:
- Принеси ей попить, Тиша. Там на печи мой отвар.
- А Николай? Где Николай?? – Лида вспомнила
