В ходе визита Дмитрия Медведева в ПНА было подписано несколько межведомственных соглашений: между министерствами сельского хозяйства, информационными агентствами и Олимпийскими комитетами Российской Федерации и Палестинской администрации. Значимой особенностью визита Дмитрия Медведева стало то, что он провел переговоры только с Махмудом Аббасом. Хотя Россия – единственная страна «ближневосточного квартета», которая пошла на контакты с движением ХАМАС, пригласив его лидеров в Москву, а за день до начала визита Дмитрия Медведева его помощник вновь подчеркнул, что «международное сообщество должно учитывать и позицию движения ХАМАС в той части, в которой эта группировка отражает мнение своих избирателей», в этот раз президент встретился только с председателем ООП Махмудом Аббасом[143]. В ходе своего визита в Дамаск в ноябре 2010 года Дмитрий Медведев встречался и с главой ХАМАСа Халедом Машалем; в этот раз подобных встреч не было.
В отношении ближневосточного урегулирования в целом Дмитрий Медведев, по сути, повторил те идеи, которыми сегодня руководствуется едва ли не вся мировая дипломатия: необходимость создания независимого Палестинского государства как условие успеха урегулирования; требование к Израилю заморозить строительство на Западном берегу реки Иордан как условие возобновления палестино-израильского диалога; а также призыв к «ближневосточному квартету» действовать сообща, объединив усилия[144]. Не менее традиционным стало предложение российского президента о проведении в ближайшем будущем международной конференции по Ближнему Востоку в Москве, которая, однако, по мысли Дмитрия Медведева, должна быть созвана лишь в том случае, если она сможет принести реальные плоды[145].
В Израиле визит президента России в ПНА фактически оказался проигнорированным. После принесенных президентом еврейского государства Шимоном Пересом 4 января извинений за срыв визита Д.А. Медведева в Израиль из-за забастовки, объявленной профсоюзом работников дипломатического ведомства, наблюдатели могли надеяться, что встреча, в том или ином формате, между руководителями России и Израиля все же состоится. Сценарии предполагались самые различные: от кратковременного посещения Дмитрием Медведевым Иерусалима до встречи с израильскими руководителями при пересечении границы на контрольно-пропускном пункте у моста «Алленби». Однако ничего подобного не произошло: ни президент Шимон Перес, ни министр иностранных дел Авигдор Либерман, ни какие-либо иные высокопоставленные лица из канцелярии премьер-министра или иных ведомств с российской делегацией не встретились.
В самом Израиле поездка Дмитрия Медведева в Иорданию и в ПНА осталась практически незамеченной. Накануне визита никаких сообщений в израильских ивритоязычных газетах об этом не появлялось. Позднее одна из крупнейших газет Израиля Jerusalem Post, комментируя итоги переговоров Дмитрия Медведева с Махмудом Аббасом, ограничилась лишь замечанием: «Нет ничего необычного в том, что иностранные лидеры посещают с визитом Израиль, но не заезжают в ПНА, обратное же – посетить ПНА, не побывав в Израиле, – необычно»[146]. Никаких комментариев со стороны премьер-министра или публичных заявлений министра иностранных дел также не последовало.
Бастующие работники МИДа Израиля, вопреки ожиданиям, не стали чинить российской делегации препятствий в ходе визита. Для профсоюзного комитета МИДа Израиля отмена визита Дмитрия Медведева не спровоцировала ожидаемого политического скандала. Яаков Ливне – один из профсоюзных лидеров, по долгу службы непосредственно занимающийся отношениями с Россией, выражал уверенность в том, что если визит Д.А. Медведева будет сорван, то это станет событием столь экстраординарным, что требования сотрудников МИДа будут услышаны и удовлетворены Министерством финансов: «В нашем государстве все работает только так. Сначала мы пошумим, несколько недель нас будут игнорировать, а после того, как будет сорван визит Медведева и мы оскандалимся на всю планету, нас заметят и начнут вести переговоры», – говорил в начале января Яаков Ливне[147]. Председатель трудового комитета министерства иностранных дел Израиля Ханан Годер говорил то же самое: «Я согласен с вами в том, что забастовка МИДа неизбежно наносит ущерб внешней политике страны. Нам больно, что так происходит. Но трудовой конфликт продолжался целый год, и в израильской реальности без скандала ничего добиться нельзя. Пока ты не причинил ущерб – тебя никто не замечает»[148].
Постфактум можно сказать, что ожидаемого эффекта профсоюз дипломатов не достиг: ни министр иностранных дел А. Либерман, ни премьер Б. Нетаньяху не вмешались в конфликт. Вероятно, опасаясь создания прецедента, который может вызвать цепную реакцию забастовок в госсекторе, ни один из них не обратился к министру финансов Ювалю Штайницу с просьбой удовлетворить требования бастующих. На позицию высшего руководства не повлияло и то, что в связи с забастовкой работников МИДа, израильский представитель при ООН Мирон Реувен не будет присутствовать на ежемесячном заседании Совета Безопасности ООН, посвященном проблемам Ближнего Востока, и не сможет, таким образом, донести израильскую точку зрению на рассматриваемые вопросы[149]. В результате забастовка дипломатов продолжалась до 24 января, и достижения бастующих оказались весьма скромными. Министерство финансов, управление профессиональных организаций Федерации профсоюзов и совет работников МИДа пришли к соглашению, которое коснется около девятисот сотрудников этого ведомства (как дипломатов, так и административных служащих). В рамках соглашения заработная плата работников увеличится на 3 процента, а также будут увеличены суммы, выплачиваемые при поездках за границу – на 6 процентов за те, что имели место в прошлом, и до 15 процентов за поездки, которые будут в будущем (в зависимости от степени сложности условий в стране). В феврале 2011 года работникам также будет выплачен единоразовый подарок в сумме 3000 шекелей (около 830 долларов). Договор останется в силе в течение ближайших трех лет. На него распространяется действие соглашения о заработной плате в общественном секторе, которое было заключено между Федерацией профсоюзов и Министерством финансов в 2010 году, в том числе – пункт о постепенном повышении зарплаты государственных служащих на 6,25 процента[150].
Визит Д.А. Медведева на территории, контролируемые ПНА, не привел, да и в существующих условиях не мог привести, ни к кардинальным переменам в отношениях России с арабским миром, ни к прорыву в палестино-израильских или тем более шире – арабо-израильских отношениях. Отмена визита президента любой страны принимающей стороной – всегда чрезвычайное происшествие, и отмена второго в истории визита в Израиль действующего президента России, естественно, – не исключение. К чему приведет отмена визита президента России в Израиль, сказать пока трудно; хотелось бы надеяться, что нанесенный профсоюзом работников МИДа Израиля ущерб не окажется фатальным. Каковы бы ни были тенденции отношений Израиля и России с каждой из частей распавшегося палестинского образования, две страны связывает слишком многое в общественной, экономической, культурной и иных сферах, чтоб этим можно было пренебречь. Нет сомнений, что последствия этого неожиданного скандала будут негативными, хотя в настоящий момент невозможно сказать, насколько долгосрочными.
Хочется надеяться, что те мероприятия, которые должны были произойти в ходе визита – в частности, окончательная передача России Сергиевского подворья, – не будут отложены и отменены, чтобы у российской стороны не возникло сомнений в искренности намерений израильского руководства. Хочется верить, что будут крепнуть и экономические, и политические связи на разных уровнях, что российские руководители «в отместку» не сократят до минимума число визитов в Москву израильских государственных деятелей высокого ранга. Уже 16 февраля представитель канцелярии президента Израиля Шимона Переса передал Дмитрию Медведеву новое официальное приглашение посетить еврейское государство; хочется рассчитывать, что оно будет принято и визит состоится в скором будущем. Кстати, в 2012 году планируется и визит в Израиль патриарха Московского и всея Руси Кирилла (Владимира Гундяева) – официальное приглашение было передано ему 4 октября 2010 года, а 2 марта 2011 года повторено лично послом Израиля в Российской Федерации Дорит Голендер-Друкер, которую патриарх принял в своей рабочей резиденции. Учитывая нынешний статус главы РПЦ как фактически одного из высших руководителей российского государства, успех этого визита будет иметь значение, выходящее далеко за рамки собственно внутрицерковной и даже межконфессиональной политики. При соблюдении этих условий можно надеяться, что нанесенный профкомом работников Министерства иностранных дел Израиля ущерб двусторонним отношениям удастся свести к минимуму.
