В целом можно отметить ряд важных особенностей, положительно отличавших переговоры Москвы и Иерусалима.
Если в аналогичном диалоге с Европейским союзом Россия уже в течение долгого времени добивается уступок от Брюсселя, который демонстрирует скорее сдержанность, а часто и нежелание облегчать бюрократические процедуры, то в случае с Израилем значительную мотивацию к отмене виз продемонстрировали обе стороны. У многих граждан России есть родственники, друзья или коллеги, эмигрировавшие в Израиль в советский или постсоветский период. Российское телевидение цитировало следующие слова премьер-министра Израиля: «Мы находимся в постоянной связи с господином Путиным, – сказал Эхуд Ольмерт. – Знаю, что он теперь премьер-министр, я уверен, что мы будем продолжать наше сотрудничество. Рад сообщить, что через 90 дней россиянам больше не надо будет делать израильские визы. Путин много раз мне говорил: не забывайте, что Израиль – это немного Россия»[165].
Ярким свидетельством подхода Владимира Путина, согласно которому «Израиль – это немного Россия», стала его встреча с живущей ныне в Израиле Миной Моисеевной Юдицкой, бывшей его учительницей немецкого языка в школе. Как известно, значительную часть своей профессиональной жизни Владимир Путин проработал в Восточной Германии, поэтому уроки немецкого оказались для него очень полезными. Она эмигрировала в Израиль из Советского Союза в 1973 году и с тех пор не встречалась со своим бывшим учеником, сделавшим за эти годы головокружительную карьеру. В 2005 году Владимир Путин стал первым главой Советского Союза/Российской Федерации, посетившим Израиль. Глава российского государства посетил Храм гроба Господня, Русскую духовную миссию в Иерусалиме, мемориальный комплекс Холокоста «Яд ва’Шем», побывал у Стены Плача, встретился с высшими руководителями Израиля. В ходе этого визита В.В. Путин на протяжении сорока минут один на один встречался с М.М. Юдицкой.
Встреча с президентом России стала поворотным моментом в жизни пожилой женщины: после отъезда из Израиля президент России распорядился купить для своей бывшей учительницы новую квартиру. Для пожилой женщины проживание в ее прежней квартире становилось все более трудным, поскольку ей приходилось преодолевать более пятидесяти ступеней без лифта. Хотя, по ее словам, ни во время групповой встречи президента России с живущими в Израиле уроженцами России – ветеранами Второй мировой войны, ни в ходе беседы с глазу на глаз бывшая учительница не просила В.В. Путина, через некоторое время после завершения визита по поручению президента для нее была приобретена новая квартира. Ей было предложено на выбор несколько вариантов, в том числе и «огромная и шикарная», с ее точки зрения, квартира в Тель-Авиве. Принимая во внимание свои скромные запросы, Мина Моисеевна остановила свой выбор на небольшой квартире. Оформление всех документов, равно как и вопросы, связанные с переездом на новую квартиру, были решены максимально удобно для пенсионерки. «Никаких документов не пришлось оформлять, все сделали за меня», – подчеркнула М.М. Юдицкая в интервью. Покупка новой квартиры для бывшей учительницы стала ярким жестом президента, который, по словам Мины Моисеевны, «не забывает тех, кто сделал ему что-то хорошее»[166].
Эта история наглядно показывает не только отличия политической культуры России от политической культуры Израиля – страны, буквально помешанной на идее борьбы с коррупцией и жестком контроле трат государственных служащих (крайне сложно представить, чтобы кто-то покупал квартиру учительнице премьер-министра Израиля по его поручению в другой стране), но и то уникальное человеческое измерение в отношениях двух стран, которого в принципе нет в отношениях России ни с одной другой страной мира. Для Владимира Путина ветераны Великой Отечественной войны – это его ветераны (и глава Совета Федерации Сергей Миронов, бросив все дела, в ходе своего визита в Израиль поехал 8 ноября 2010 года в Ришон-ле-Цион, чтобы поздравить с 92-летием ветерана войны Бориса Заманского – единственного полного кавалера ордена Славы еврейского происхождения, дожившего до наших дней[167]), а его учительница остается соотечественницей, пусть она уже более тридцати лет живет в другой стране и не имеет российского гражданства. Отмена визового режима во многом была проявлением именно этого человеческого измерения, столь нечастого в формализованных международных отношениях.
Заинтересованность в отмене виз проявляло и израильское руководство, в особенности – представители партии «Наш дом – Израиль», значительное большинство избирателей которого – выходцы из СССР/СНГ. Немаловажен был и экономический аспект. В отличие от жителей западных стран, крайне восприимчивых к телепередачам, в которых демонстрируются сцены межнациональных вооруженных конфликтов, «натренированных» северокавказскими трагедиями жителей России не так легко смутить визуальной реальностью арабо-израильского противостояния. В условиях обострения конфликта с палестинцами ежегодный поток туристов в Израиль из стран Запада резко сокращается, что наносит удар по экономике страны, в то время как поток российских туристов увеличивается. По данным, которые привел генеральный директор Министерства туризма Израиля Ш. Цемах, «если в 2004 году их количество составило около ста тысяч человек, то в 2007 году – уже около двухсот». Израильские эксперты высказывали мнение, что в случае отмены виз численность туристов, приезжающих из России, должна вырасти еще в два раза. Эти прогнозы полностью сбылись: в 2009 году Израиль посетили более 400 тысяч россиян (правда, 31 % из них побывали в Израиле лишь с однодневным визитом, вернувшись после этого в отели на территории Иордании и Египта или на теплоходы), что составило около 15 % от общего числа туристов[168]. За период с января по март 2010 года Израиль посетили более 113,8 тысячи туристов из России (рост 103 % по сравнению с тем же периодом 2009 года). В апреле 2010 года был достигнут результат, о самой возможности которого несколько лет назад невозможно было подумать: россияне впервые в истории заняли первое место по количеству туристических поездок в Израиль (55 292 человек за месяц), обогнав по этому показателю даже американцев (54 905)[169]. Общий поток туристов из России в 2010 году достиг 560 тысяч человек[170]. С точки зрения туристской индустрии Израиля отмена виз с Россией оказалась мерой исключительно благоприятной. В определенной мере этот успех является и следствием усилий Министерства туризма Израиля (открывшего в России свое представительство и запустившего серьезную рекламную кампанию на русском языке), главой которого в настоящее время является уроженец Москвы Стас Мисежников, прекрасно владеющий как ивритом (он живет в Израиле уже 28 лет), так и русским языком.
Второй важной особенностью российско-израильского диалога по визовой проблематике стали очень сжатые по международным меркам сроки, в течение которых стороны пришли к соглашению и уточнили все процедурные детали, позволившие реализовать его. Первая израильская делегация, куда входили представители Министерства туризма, Министерства внутренней безопасности и Министерства иностранных дел, прибыла в Москву для предварительных обсуждений в сентябре 2005 года. Уже в сентябре 2007 года израильское правительство, несмотря на возражения министра внутренней безопасности Ави Дихтера, опасавшегося наплыва в Израиль криминальных элементов в случае отмены виз, проголосовало за данный проект и уполномочило МИД вести переговоры о деталях его конкретного осуществления[171]. Министры иностранных дел Израиля и России Ципи Ливни и Сергей Лавров официально подписали соглашение об отмене виз 20 марта 2008 года. Оно вступило в силу 20 сентября 2008 года, то есть ровно через три года после первого, посвященного этому вопросу, визита израильской делегации в Москву.
Следует отметить также политическую волю высшего руководства Израиля, которое довело начатые переговоры до конца, несмотря на значительные опасения ряда министров. Вышеупомянутый Ави Дихтер представил на заседании правительства отчет полиции, в котором утверждалось, что около половины всех нелегальных иммигрантов приезжают в Израиль из стран бывшего Советского Союза, и особенно из России и Украины. Аналогичное опасение высказывал и министр внутренних дел Израиля Рони Бар-Он, опасавшийся роста числа нелегальных трудовых мигрантов вследствие отмены ограничений на передвижение граждан. Тем не менее вопреки высказывавшимся опасениям членов своего правительства премьер-министр Эхуд Ольмерт все же довел решение данного вопроса до однозначно положительного для российско-израильских отношений решения.
