Бэби сообщил, что камни он снял с трофейных кубков для вина, все равно половина камней заменена на стекляшки. В ювелирном деле братья не понимали, отличить стекляшку от драгоценного камня не могли.
— Нашим шпагам место в музее.
— В музей еще рано, но на королевском приеме покрасоваться можно.
— Кто тебя к королю пустит, без рода, без племени, без дома.
— Обустроимся, найдем место для дома, повесим шпаги на ковер и внукам покажем.
— Мне не хочется жить в нашем «райском уголке».
— Вот она, Куба, покупай землю и рабов, выращивай сахар и расти детей.
— Ага, сейчас пойдем к губернатору и купим! Ты кто?
— Никто!
— Понимаешь! В Россию ехать надо.
— Нас там встретят с распростертыми объятиями.
— Во всяком случае, там мы дома.
Братья вздохнули и замолчали. В это время затрещал кустарник, и к ним вышел мужчина:
— Бояре, возьмите меня с собой, я слышал, вы про Русь говорили.
— О! Ты откуда взялся?
— Когда ваши люди налетели, я с товарищами в кустах спрятался. Как услышал родную речь, сразу решился выйти.
— Далеко от дома забрался.
— По малолетству и неопытности. Я родом с Колы, с отцом и братьями били зверя у Нарвика. Потом отправились в Берген продавать добычу, там и попался.
— Попался? За что попался?
— Пошел смотреть большой корабль, а меня в нем закрыли. Хотели в Амстердаме продать, я убежал. Прибился во Франции, там меня хотели забрать в солдаты.
— Так и добегался до Америки?
— В Испании на костре хотели сжечь как еретика. Насилу убежал, в Бильбао на корабль записался.
— Не маленький, как же тебя на корабле закрыли? Пьяный был?
— Какой там пьяный! Мне тогда двенадцать лет было.
— Сейчас сколько?
— Тридцать один.
— Двадцать лет по морям бродишь?
— По морям только восемнадцать лет, здесь все испанские порты облазил. Так возьмете? Но в матросы больше не хочу.
— Если согласен, до Нассау возьмем, дальше сам добирайся.
— А товарищей моих возьмете?
— Что за товарищи?
— Один из Венеции. Горшечником был.
— Зови, пусть свою историю расскажет.
История горшечника оказалась проста. Работал на хозяина в гончарной мастерской. Утром проснулся от крика, убили хозяина. Рядом со своей кроватью увидел окровавленный нож. Делать нечего, подался в бега. Во Франции прибился к банде разбойников, но все имеет свой конец. Банду разбили, ему повезло с частью разбойников бежать в Испанию. Там снова принялись за разбой. Только он не хотел во второй раз испытывать судьбу. Выбрал подходящий момент и сбежал в Барселону, где записался на корабль. Проплавал год, сейчас решил вернуться в Европу.
Третий парень — долговязый и худой немец лет сорока — работал в Гамбурге письмоводителем в городской ратуше. Попутно занимался подделкой документов. Когда арестовали его подельников, решил не дожидаться своей очереди. Подался в порт, где нанялся матросом на испанский корабль. Прошло два года, дело о фальшивых документах наверняка уже забыто, значит, пора возвращаться.
Братья повели беглецов к кораблям.
— До Нассау довезем, оттуда корабли ежемесячно ходят в Европу. Дальше свою жизнь устраивайте сами.
— Вы поберегитесь, бояре. Капитан с матросами побежали за подмогой. Здесь четыре мили до деревни.
— Четыре мили? Минимум через полтора часа вернутся, спасибо.
Близнецы взяли с собой сорок моряков, каждому дали по два ружья и алебарду. Заставили надеть доспехи и шлемы. Доспехи трофейные и совсем не те, что показывают в кино и на картинках. Они напоминали фартук от подбородка до середины бедра. Широкие, на всю грудь, стальные пластины собраны по принципу «раковой шейки». Подобная защита для абордажного боя непригодна, но для пехотного строя то, что надо. Шлемы матросы взяли разные, одни предпочли испанские, другие голландские. Разница была в козырьке. Испанский козырек требовал в бою низко опускать голову. Только так можно защитить лицо от пуль. А голландский козырек требовал в бою против кавалерии высоко задирать голову. Одним словом — шлемы на любителя. В испанском и голландском снаряжении поражало то, что стальные доспехи сделаны штампом. Выходит, что Испания и Нидерланды в своем развитии значительно ушли вперед. Обогнали другие европейские страны как минимум на сотню лет.
Через полчаса вышли на дорогу, долго подыскивали удобное для засады место. Наконец выбрали на склоне холма густой, но невысокий кустарник. Спрятаться легко, стрелять удобно, противнику придется атаковать из неудобного положения. Самим не составит труда сбежать вниз. Братья осмотрели место засады и сели на землю рядом с матросами. Ждать пришлось долго, испанцы появились только через три часа. По дороге пылила большая колонна, человек двести, не меньше. Впереди четверо всадников, за ними двадцать воинов в доспехах и с ружьями. Следом чуть меньше сотни моряков. За матросами шагало вооруженное ополчение. По-видимому, ополчение взяли для собственного успокоения. Простые крестьяне держали в руках свой традиционный рабочий инвентарь. Юноши показали на всадников и солдат — первый залп туда. Второй залп по обстоятельствам. Подготовили фитили, дали залп, когда колона поравнялась с засадой. Подождали, когда легкий ветерок снесет в сторону черный дым, затем дали второй залп.
После первого залпа ополчение побежало обратно. Второй залп достался испанским морякам.
— С алебардами, вперед!
Но атаковать было некого, все, кто мог бежать, уже бежали в деревню, и весьма резво. Моряки попросили разрешения «размяться на земле». Братья отпустили два десятка с алебардами. Остальные собирали и переносили на корабль трофеи. Один пинас уже покачивался на волнах, перегрузка другого подходила к концу. На захваченных судах традиционный набор груза, медь и сахар. В каютах капитанов серебро и несколько брусочков золота. Второй пинас стянули на глубоководье перед заходом солнца. К этому времени вернулась «партизанская бригада». На повозках прикатили добро с четырех «фазенд». Непонятно по какой причине, может, от простого озорства, пригнали коров и лошадей. Привезли десяток молодых женщин. Капитан Жак не возражал. Дополнительную добычу погрузили уже в темноте. Маленькая эскадра взяла курс на порт Нассау.
4
Реалии новой жизни
Братья заподозрили неладное в первый же вечер. Приторно ласковые подруги предложили отдать на хранение все свои деньги и драгоценности.
— На корабле с вашими сундуками может произойти все что угодно. Скоро начнется сезон ураганов, вдруг ваш корабль выбросит на рифы?
— Все ваши вещи погибнут, вы останетесь голыми. Наши отцы хранят деньги торгового дома. Им будет нетрудно поставить рядом и ваши сундуки.
— Спасибо, милые, за такую заботу, обязательно принесем.
Они принесли по сундуку, только вместо денег забросили туда скобяные изделия. Бэби гарантировал надежность замков и петель.
— Не волнуйтесь, милорды, я все предусмотрел. Даже через донышко не доберутся. Самому приятно ворье проучить.
Капитан Жак ходил мрачнее тучи, корабли в море не выпускали. Груженый караван из четырех кораблей приказано задержать в порту. Капитан «Быстрого облака» каждый вечер напивался в трактире. Он сразу согласился на предложение коллеги. Но вместо спокойного плавания через океан вынужден торчать в этом порту. За три месяца патрулирования у Багамских островов он смог ограбить только один испанский корабль. Походы в Индию или к островам Тимора значительно выгоднее.
Только матросы радовались продолжительной стоянке. После традиционной тренировки в казарме часть моряков уходила в кузницу. Основная группа отправлялась на другую сторону острова, к неграм. Все награбленное бытовое хозяйство моряки погрузили на телеги и отвезли в негритянскую деревню. На Кубе матросы ловко разобрали реквизированные телеги на составные части и без проблем разместили на палубе. У братьев появились собственные лошади. Каждое утро матрос подгонял к кораблю двух оседланных скакунов. Верхом дорога от склада до казармы занимала считаные минуты. Они стали единственными жителями города, которые постоянно ездили верхом. Сама негритянская деревня разительно изменилась. Бывшие крестьяне разбили поля и огороды. Построили хлев и курятник. Похоже, они отчаянно тосковали по прежней жизни. Рыбаки наплели сетей для всевозможных вариантов лова.
— Милорды, позвольте взять еще одну лодку.
— Разве для невода двух лодок не достаточно?
— На горизонте несколько холмистых островов, хотим туда сплавать и осмотреть.
— Зачем?
— Вы на Кубе горшечника подобрали, так он желает глину найти.
— Вам мисок не хватает?
— Мисок и кружек достаточно, кирпича нет.
— Говорите прямо. Кирпич в городе есть, половина домов сделано из кирпича.
