– Вряд ли вы дозвонитесь до этого Катеринича. Он такой же чудак, как наш Огуранчик. Но Огураныч – пессимист, всё и всегда у него плохо, а Катеринич – оптимист: у него всегда всё на пять с плюсом. Поэтому он дома почти не сидит: ищет работу, бегает на выставки, встречается с девушками. Живчик.
Пока Оля говорила, Вокс листал записную книжку. Пальцы его нервно подрагивали, ноздри продолжали свое броуновское движение.
– О! Нашел! Записывайте, пожалуйста!
В голосе Вокса продолжали звучать нотки обожания. Он млел от Лилии Горной, кидал на нее молниеносные обжигающие взгляды, время от времени мимолетно улыбался, то и дело напружинивался, все своим видом показывая, что готов ради гостьи на все. И причина была не только в том, что Лилия привлекательная очаровательная женщина, здесь примешивалось тонкое профессиональное чутье: как специалист радиоэфира Виктор Вокс сходил с ума по неповторимому, густому, как засахаренный мед, голосу гостьи.
Телефон был продиктован, а затем немедленно набран. Приложив трубку к уху, Лилия Горная внимательно что-то послушала, а потом – рассмеялась от души.
– Оля, дорогая! Вы оказались совершенно правы. У Катеринича на автоответчике записана известная детская песенка «От улыбки станет день светлей». Причем поет он ее дуэтом с Сашей Огурановым…
Красавец Анатолий Сергеевич взглянул на часы, сделал круглые удивленные глаза, встал и взял с соседнего стула свою папку.
– Прошу прощения, дорогие друзья, но мне пора бежать. Через сорок три минуты у меня состоится деловая встреча. Вить, если клиент созреет, я тебе обязательно позвоню, – пообещал он.
– Ты – к гомеопатам или в зоопарк? – живо поинтересовался Вокс. – Гомеопатам скидки не предлагай, они богатые, только строят из себя бедных родственников… Понимаете, – обратился он к Лилии Горной, – моя радиостудия – коммерческое предприятие, если мы выходим в эфир, то оплачиваем его. Точнее не мы, а наши спонсоры. Одна из задач рекламных агентов – выгодно продать радийное время.
Виктор Вокс давал гостье пояснения почти по-родственному.
– У каждого своя жизнь и своя радиокухня, – медово проговорила госпожа Горная и тоже захотела встать, чтобы уйти. Время эфира ее программы «Перья и судьбы» неумолимо приближалось. Интуиция Лилии Горной спала, не хотела подсказывать ответы теперь уже на два вопроса: убил ли Огуранов сто пятнадцать человек и чье бездыханное тело лежало под лестницей радиостудии «Бим-бом»?
Никто из присутствующих не обратил внимания, как она незаметно посмотрела на свои часики, через зеркальце пудреницы: этому приему Лилия училась целый месяц у главного редактора информационных программ «Утреннего брыся», прозвище которой в курилке было АБВ. Звали АБВ Алевтина Борисовна Ветрова.
– Погодите, погодите, – внезапно лихорадочным шепотом взмолился Виктор Вокс. – Через пару минут у нас с вами будет возможность поговорить конфиденциально.
Анатолий Сергеевич, хмыкнув и сверкнув черными глазами, исчез за дверью, Аля и Оля удалились в аппаратную: так называлось помещение, где стояла записывающая аппаратура, где монтировались рекламные ролики и диски.
Внезапно с места сорвался и Виктор Вокс.
– Одну минуточку, подождите меня, не уходите! – крикнул он.
Хлопок дверью.
«Наберу-ка я участкового, – решила Лилия. – Работа работой, а ночевать мне все-таки дома, в собственной постели, в двух метрах от посторонних луж крови».
– Алло! Артур Сергеевич! – бодро крикнула она в трубку. – Ну как? Ну что там?
– Да никак, Лилия Дмитриевна. Можете спокойно работать. Не приезжайте.
– Вам что-то удалось узнать?
– Не что-то, а все. У меня рядом с опорным пунктом в соседнем подъезде живет человек, второй Менделеев. Он химик, я иногда ему подкидываю срочные задания, чтобы было как в детективах с Шерлоком Холмсом. Цените, Лилия Дмитриевна, не поленился я, пошел к вашей дверке, сделал соскребы из подозрительных луж, отнес своему химику. Через пару минут он вынес заключение, что это говядина.
– Какая говядина?
– Вы разве не знаете, что такое говядина? – удивился Артур Сергеевич. – У вас под дверью кровь коровы.
– Ой, спасибо, товарищ Зозуля! – обрадовалась радиоведущая. – С меня причитается.
– Да ладно уж, – милостиво проворчал участковый. – Заходите, будем рады.
В этот момент дверь радиостудии «Бим-бом» с треском распахнулась, и на пороге возник Виктор Вокс, держащий руки за спиной.
– Это вам! – внезапно выпалил он и резко протянул Лилии ветку тополя с заморенными листьями. – Простите, магазин «Цветы» закрыли на обед, а то бы я преподнес вам букет алых роз! – Хозяин студии плотно затворил дверь. В его движениях проглядывалось что-то зловещее. – Дорогая, необыкновенная, неотразимая, единственная… Мадам! – продолжил он, медленно подбирая слова. – Выслушайте меня как чуткая женщина несчастного мужчину. Не торопитесь с выводами. Умоляю, ответьте «да». Про «нет» – забудьте! От вашего ответа зависит моя жизнь и благосостояние окружающих меня людей. Я надеюсь, мы поймем друг друга… М-м-м…М-да…
Лилия Горная слушала путаную речь Виктора Вокса с королевским достоинством: глаза ее смотрели прямо и честно, спина оставалась прямой, плечи расправлены.
– Милый Виктор, – мягко заметила она, – такое впечатление, что вы пытаетесь предложить мне руку и сердце. Но это совершенно безнадежно: восемь лет назад на приглашение выйти замуж я ответила «да». Так что смелее пробирайтесь к истинной сути дела! Чем быстрее вы соберетесь с мыслями, тем скорее мы придем к общему решению.
– Вы думаете, я не догадался, кто вы?! – страстно вопросил Виктор Вокс. – Несравненная Лилия! Божественная госпожа Горная! Радиознаменитость Лилия Дмитриевна Горная! Я хочу пригласить вас ведущей одной из наших коммерческих радиопрограмм. Она будет выходить пять раз в неделю, каждый выпуск по тридцать минут. За каждую программу я буду платить вам…
Вокс написал на бумажке цифру и быстро подсунул ее под нос радиоведущей «Утреннего брыся». Та не спеша взяла ее и вгляделась в написанное. Со стороны казалось, что двое взрослых людей играют в шпионские страсти. Лилии осталось после ознакомления с информацией скатать бумажку и проглотить.
– О! – издала гортанный звук удивления госпожа Горная. – Это не хухры-мухры.
– Естественно, наша радиостудия имеет дело только с солидными фирмами и тугими кошельками, – поспешно заверил Лилию господин Вокс.
– Виктор, милый вы человек, деньги в нашей грешной жизни, конечно, все, но не главное, – проговорила Лилия Горная. – О чем же будет эта коммерческая радиопередача?
Виктор Вокс забегал из угла в угол. Он страшно нервничал, лоб его покрылся испариной. Ноздри трепетали так, что напоминали паруса крошечной бригантины, терзаемые штормовым ветром.
