и Эйдан. Да, что происходит?
— Что за сборище? — наконец, выговорила я, встряхнув головой. Мой вопрос проигнорировали. Отлично. Недовольно хмыкнув, я села на кресло, согнув ноги под себя. Кресло стояло напротив кровати. Оно было массивным мягким. Я облокотилась на подлокотник и оглядела их по очереди. Что же им нужно от меня?
— Камилла… — неуверенно начала Мелиса, я насторожилась, но постаралась не показать вида. — Доктор Беррингтон сделал заключение… — тихо проговорила она. Но сейчас ее слова в моих ушах звучали, как через микрофон. Мое сердце остановилось в ожидании. Надеюсь, он написал на бумажке, что я совершенно здорова, хотя сама понимаю, что это не возможно. Но и перестать надеется, не могу.
— Ну, — нетерпеливо простонала я, нервно постукивая пальцами по подлокотнику кресла. Глубоко вздохнув, Мелиса продолжила.
— Ты не совсем здорова. У тебя психическое расстройство, — неохотно выдавила она. Я выпрямилась на кресле, гордо подняла голову.
— Я здорова! — уверенно произнесла. — Ваш доктор спятил! — немного помолчав, я продолжила. — Это ведь еще не все да? — догадавшись, бросила на них строгий взгляд.
— Камилла, тебе назначили лечение. Чем раньше мы ее начнем, тем скорее ты выздоровеешь и начнешь нормальную жизнь… — проговорила Мелиса, комкая простынь.
— Ты вообще себя слышишь? — возмутилась я. — Ты сейчас хочешь сказать, что я живу не нормально? — обратилась к ней вставая с места и надвигаясь на нее. Ее слова меня сильно задели. Эйдан среагировал быстрее меня и встал между нами, огородив мне путь.
— Камилла, смотри мне в глаза. Видишь все хорошо, — прошептал он, заглядывая мне прямо в глаза. Его голос вынуждал довериться. — Камилла, тебя будет лечить одни из лучших врачей Америки, он специально приедет к тебе. Мы как можно чаще будем навещать тебя. Там у тебя будет все, что пожелаешь… — проговарил Эйдан, улыбаясь уголками губ, словно это должно меня обрадовать.
— Нет, — прошептала я, еле слышно. Мой голос куда-то пропал. — Я не хочу жить среди душевнобольных, — произнесла чуть громче. Удушающие слезы навернулись на глаза. Я сдерживала их из последних сил. — Вы же не отдадите меня им? — с надеждой посмотрела в глаза обоим по очереди. Мелиса смотрела куда угодно, но только не на меня.
— О, нет. Они же не серьезно? — пронеслось у меня в мыслях. Нервно запустила пальцы в волосы. Мелиса снова меня предала и после этого еще хочет, чтобы мы оставались сестрами? Да ни за что в жизни! Предательница!
— Камилла, ты хочешь снова стать такой же, как раньше? — странно поглядывая на меня, обратился Эйдан. Я недоуменно перевела на него взгляд. — Для этого тебе придется, некоторое время побыть там. Я обещаю, что тебе дадут отдельную палату, и никто не посмеет тебя потревожить лишний раз… — в его тоне было что-то такое, что действовало на меня, странно. Мне хотелось подчиниться ему. Была бы я животным, смогла бы объяснить, но мы люди и это уму непостижимо. У животных все просто — слабый подчиняется сильнейшему, а здесь другая ситуация. Я тряхнула головой, отгоняя это чувство, но не помогло.
— Камилла? — позвала меня Мелиса, делая медленные шаги в мою сторону. Я отстранѐнно посмотрела на нее и попятилась назад. Черт, да это же они со мной что-то сделали, чтобы упрятать в психиатрическую клинику, чтобы, наконец, избавиться от меня, догадалась я.
— Стой, где стоишь! — вытянула я руки вперед, останавливая ее. — Я все поняла, вы решили от меня избавиться! Вот только я не понимаю, в чем был смысл привозить меня сюда?! Я возвращаюсь домой! — строго выговорила и обернулась к двери.
— Ты, никуда не пойдешь, — произнес в полголоса Эйдана. От него снова исходила, невидимая сила, что заставляла меня сжаться внутри и подчиниться ему.
— Вы меня не остановите! — возразила я, стиснув зуб и направляюсь к двери.
— Камилла! — Его голос пронзил меня на сквозь, я замерла в дверях не смея пошевелиться. Невидимая сила удерживала меня на месте. Я хотела уйти, но не могла. — Ты! Никуда! Не пойдешь! — четко выговорил каждое слово Эйдан, словно почувствовав надо мной некую власть.
— Отпусти меня, — взмолилась я, не выдерживая неприятные ощущения.
— Нет, — отозвался невозмутимым тоном.
— Что ты делаешь со мной? Мне же больно, — возмутилась я, обхватывая себя за плечи.
— Не сопротивляйся и не будет больно, просто прими это как должное… — серьезно произнес Эйдан, подходя ко мне ближе. О чем он, черт возьми? — Подчиняйся, — тихо приказал хриплый голос.
— Нет, — помотала отрицательно головой. Вот еще!
— Эйдан, что происходит? — ошеломленная происходящим, обратилась к мужу Мелиса, но тот лишь жестом руки попросил ту помалкивать.
— Камилла, ты меня слышала! — чуть громче продолжил Эйдан. Я впилась ногтями в свои плечи. Внутри меня нервные импульсы волнами пробегали по телу, посылая мне невыносимую боль. Но откуда она появилась? Как они на меня воздействуют? Магия? Чушь собачья. Почему мое тело подчиняется ему, лишь разум мой союзник в борьбе против них, не позволяет, отчаянно борется с ним. — Камилла! — прорычал он и боль усилилась.
— Ааа! — простонала я, оседая на пол и зажимая голову обеими руками голову.
— Подчиняйся!
— Ка-а-ак? — простонала, обессиленная.
— Расслабься, ты должна принять меня, как своего вожака. Боль отступит, как только ты расслабишься и примешь меня, как альфу… — он повернулся к Мелисе. — Мелиса, держи ее крепче.
Мелиса подбежав ко мне со спины, обхватила за плечи, прижала к своей груди. Я не сопротивлялась, не было сил. Боль пронзала меня все новой и новой волной.
— Камилла, слушайся Эйдана… — тихо проговорила Мелиса.
— Я не могу, — тело говорило одно, а мозг совсем другое. Противоречие, да еще ментальное давление Эйдана выматывали меня, сводили с ума. В конечном итоге мой мозг не выдержал и я проваливаюсь во тьму. Только и успела услышать крик Мелисы.
— Эйдан, хватит!
Глава 18
Мелиса:
— Что, черт возьми, происходит?! — гневно набросилась на Эйдана, уложив Камиллу на кровать. Она спала, крепким сном. Под глазами появились темные круги. Бедняжка вымоталась. Мне больно на нее смотреть, аж сердце обливается кровью. Не такой жизни я для нее хотела. Это все моя вина. Как искупить вину перед ней?
— Она… — Эйдан замаялся, но потом продолжил. — Ее кровь, она с каждым днем меняется. Становиться все больше похожая на нашу. Мой волк реагирует на нее, как на самку оборотня. Он чувствует ее желание подчиниться, быть принятой в стае. Мой волк лишь пытается заставить ее принять его, как своего альфу. Просто она сама еще этого не понимает. Ее тело реагирует на меня, а разум отказывается принять очевидное, оттуда у нее и обморок — ее
