— У тебя есть вопросы? — спохватился Джеймсон.
Ее губы приоткрылись, девушка затаила дыхание.
— Что?
Он протянул руку и закрыл за собой дверь, не сводя с нее глаз. Затем кивнул в сторону шкафов с драгоценностями.
— У тебя есть вопросы?
Она опустила взгляд на ящики и ничего не сказала.
— Если я понадоблюсь, ты приходишь ко мне. Поняла?
— Поняла. — Ава хотела уйти, но он снова преградил ей путь. И кивнул в сторону шкафа.
— И что же он тебе показал? — мужчина мог видеть выражение унижения на ее лице.
— Достаточно.
— Достаточно? — Джеймсон внимательно посмотрел на нее. — Возможно, Рори был прав.
— О чем же?
— Может быть, тебе действительно нужно знать, чем мы здесь занимаемся.
Она вздернула подбородок.
— Я знаю, чем ты занимаешься.
Джеймсон ухмыльнулся.
— О, действительно. Это также относится к вещам, которые Рори только что показывал тебе?
— Боже, да. Хотя, почему кто-то хочет получить их… их…, — она указала на его промежность, очевидно подыскивая красивое слово для этого. — Джанк пирсинг — это выше моего понимания.
Джеймсон усмехнулся, зная, что все это заставляет ее нервничать.
— Ради сексуального удовольствия, Ава. Можешь себе представить, кто получит от этого больше всего удовольствия? — когда она отказалась дать ему ответ, он ответил за нее. — Женщина.
Ава ничего не сказала на это, но он не упустил момент, когда ее глаза снова опустились на его промежность. Усмехнувшись, Джеймсон двинулся к шкафу с несколькими ящиками. Это был один из тех пластиковых многокамерных органайзеров, которые вмещали три или четыре дюжины маленьких лотков или ящиков. Это была такая штука, которая обычно держала гайки и болты, или, может быть, бусины для швей.
Джеймсон провел пальцем по ряду, пока не добрался до подноса, который искал, и выдвинул маленький ящик. Затем вытащил крошечный пакет на молнии и поднял его.
— Вот что тебе может понравиться.
Ава нахмурилась, изучая предмет, который он держал в руках. Они выглядели как маленькие серебряные кольца, только одна сторона не совсем сходилась.
— Что это такое?
— Кольца для None пирсинга сосков.
Девушка повернула назад.
— За всю свою жизнь ты не совершила ни одного бунтарского поступка, не так ли?
Она вздернула подбородок.
— Попробуй.
— Хватит ли мне смелости?
— Я предлагаю тебе попробовать.
Ее глаза расширились.
— Эти?
— Да. Эти.
— Что, прямо сейчас?
Джеймсон протянул руку, просунул два пальца в петлю ее джинсов и потянул девушку вперед на шаг, затем он засунул маленький пакетик в ее задний карман.
— Возьми их домой. Надень завтра.
— Ты ведь шутишь, правда?
— Нет. — Он посмотрел на ее встревоженное лицо. Это было не ее конек; она никогда бы так не поступила. Не обошлось и без толчка, а он был как раз тем человеком, который мог подтолкнуть.
— Держу пари, у тебя кишка тонка сделать это.
Девушка сложила руки на груди.
— Неужели?
— Да. — Джеймсон смотрел, как она набиралась храбрости, и не мог сдержать улыбки. Возможно, у нее было больше мужества, чем он думал. Может быть, она удивит его.
— Там, откуда я родом, если ты делаешь ставки, то ты также должен играть.
Джеймсон вздернул подбородок и, прищурившись, посмотрел на нее, размышляя, к чему она клонит.
— Что ты имеешь в виду?
Ава прикусила губу, обдумывая ответ.
Он усмехнулся, когда она, казалось, ломала голову над тем, что, как она знала, у него не получится. Должно быть, она что=то придумала, потому что внезапно уставилась ему прямо в глаза с ухмылкой на лице.
— Держу пари, ты и дня не сможешь прожить без ругани.
Черт побери, его единственная слабость. И она тоже это знала, дерзкая девчонка. Он и так уже засунул столько денег в эту проклятую банку, что мог разориться еще до гала-концерта. Ну, в эту игру могут играть двое, и это будет стоить каждого ругательства, которое ему придется подавить, если он сможет заставить ее расслабиться. И в процессе достать ее.
— Пари. — Джеймсон видел по тому, как Ава сглотнула, а самодовольное выражение на ее лице растаяло, что она никогда не ожидала, что он примет ее пари. В свою очередь, он просто заставил ее, что означало, что ей придется заставить его.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})***
На следующее утро Ава одевалась на работу. Она надела кольца на соски, решив не проиграть глупое пари, которое ей никогда не следовало принимать.
Кого волнует, что Джеймсон считает ее ханжой? Может, так оно и было. Что в этом плохого? Какая разница, если он не думает, что в ее теле есть мятежная жилка? Почему ее это должно волновать?
Только она знала.
И в этом был весь ад.
Ава даже не понимала, почему ее это волнует, просто знала, что по какой-то причине хочет, чтобы Джеймсон был о ней более высокого мнения. Может быть, она хотела сбить его с толку, доказать, что он не всегда был прав, по крайней мере, когда дело касалось ее. Джеймсон думал, что поймал ее на крючок, и, возможно, так оно и было, но будь она проклята, если даст ему это понять.
Нет, Джеймсон не выиграет этот раунд.
Ава закончила одеваться и посмотрелась в зеркало. Даже в лифчике кольца заставляли ее соски гордо торчать, как будто она была в морозилке, ради Бога. Черт бы побрал этого человека. Он знал, что это произойдет, и знал, что сможет сказать, были ли они на ней или нет.
Может, она и могла бы надеть свитер, но сейчас была середина лета. Она будет выглядеть полной идиоткой. Ава примерила дюжину разных топов, но это не имело значения, они просвечивали сквозь все.
Ава закусила губу и посмотрела на свой туалетный столик. Может быть, мягкий бюстгальтер и помог бы, но единственная проблема была в том, что у нее его не было. Она никогда в нем не нуждалась. Ей никогда не требовалась помощь в этом деле.
О, черт бы побрал этого человека! Она накинула поверх топа кардиган и отправилась на работу.
Когда она вошла в «Brothers Ink», было уже одиннадцать утра, а температура на улице поднялась до восьмидесяти с половиной.
В салоне было прохладно, но не настолько. Вскоре Ава начала изнемогать от жары. У нее не было выбора, кроме как снять кардиган. Находясь за стойкой регистрации, большинство клиентов действительно не могли хорошо рассмотреть то, что она носила, в любом случае. Шли часы, и вскоре она совсем забыла об этом.
Около семи вечера Ава встала, чтобы выпить чашку кофе. Поздние часы действительно начинали сказываться, и почти каждый вечер ей требовался весь кофеин, который она могла получить, чтобы дотянуть до вечера. Ава вошла в комнату отдыха и направилась к задней стойке, где стояла кофеварка. На дне кувшина оставался еще дюйм, вероятно, оставшийся с утра. Она бросила его в раковину и начала наполнять стеклянный графин водой.
Джеймсон вошел и подошел к холодильнику. Он открыл бутылку воды и выпил половину, не сводя с нее глаз. Она повернулась, чтобы взять еще одну коробку с фильтрами для кофе, изо всех сил стараясь не обращать на него внимания, но все же подняла глаза и выбросила старую гущу в мусорное ведро.
Джеймсон поднял подбородок, глотая воду, и она увидела, как его глаза опустились на ее грудь. Бутылка опустилась, и он судорожно глотнул воздуха, не отрывая взгляда от ее блузки. Потом она вспомнила — проклятые кольца.
Дерьмо.
Она быстро повернулась и закончила варить кофе. Когда Ава щелкнула выключателем, чтобы начать процесс заваривания, то почувствовала, как Джеймсон приблизился к ней.
***
Джеймсон не мог поверить своим глазам. Она действительно сделала это. Ава действительно носила эти чертовы вещи. Он был так занят сегодня, что совсем забыл об их дурацком пари.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Прежде чем он осознал, что делает, его рука оказалась на ее плече, притягивая девушку к себе. Его глаза снова сфокусировались на ее груди.
