Он подталкивает меня к кровати. Я чувствую, как мои бёдра упираются в неё. Кирилл разворачивает меня спиной к себе и наклоняет вперёд. Он спускает мои трусики до колен, и я чувствую, как его член упирается между моих ног.
— Повернись и смотри на меня. — командует он. — хочу смотреть на твоё лицо, когда трахаю тебя.
Эти грязные слова ещё больше возбуждают меня, и я чувствую, как кровь приливает ко мне внизу живота. Я поворачиваюсь и смотрю в его возбуждённое лицо. Он трётся о меня, размазывая влагу, но не проникает внутрь.
— Какая ты мокрая. Всегда готова для меня, да? — Кирилл усмехается.
Он продолжает тереться о вход, отчего я всё больше желаю ощутить его внутри. Я слишком долго этого ждала. Теряя остатки самоуважения, я подаюсь ему навстречу, но он слегка отстраняется.
— Так сильно хочешь меня? — слышу победную ухмылку в его голосе.
Зачем он мучает меня? Знает ведь, что хочу. Ему просто нравится ещё больше унижать меня? Чувствую его руку в своих волосах. Он хватает меня и тянет, от чего острые жгучие волны пронзают всё моё тело.
— Попроси меня трахнуть тебя. — шепчет он мне на ухо.
Не могу отделаться от ощущения собственной развратности и слабоволия. Даже в этот момент нашего единения он пытается доказать, что владеет мной.
В голове проносятся цитаты из его романа. Из «Подчинения». Хорошо знакомые строчки сами всплывают в памяти. Ему нравилось «чувствовать трепещущее тело под собой, не способное ни справиться, ни оттолкнуть, податливое и сговорчивое, тело, которым обладаешь и проникаешь, доставляя удовольствие и немного боли». Я пытаюсь отогнать непрошенные мысли о собственной глупости и доверчивости. Мои лепестки очень сильно пульсируют, а всё тело пронзает дрожь возбуждения. Мне это нравится? Мне нравится подчиняться ему? Меньше всего сейчас хочу сейчас анализировать свою мотивацию, и, повинуясь волнам порочного возбуждения, накатывающим на меня с огромной силой, стону:
— Пожалуйста… сделай это.
— Сделать что? — я вижу, как жадно он вглядывается в моё лицо.
Я кусаю свои губы и шепчу:
— Трахни меня.
Без лишних слов, он надевает презерватив и резко входит в меня на всю длину. С моих губ срывается крик. Я чувствую себя наполненной им, и это прекрасное ощущение проникает в каждую клеточку моего тела. Сжимая мою попу обеими руками, он яростно насаживает меня. Я содрогаюсь от его толчков, быстрых и жадных. Он раздвигает меня изнутри, врезаясь всё глубже. Я выпячиваюсь ему навстречу.
— Тебе так нравится, да? Жёстко и быстро? — он говорит сбивчиво и хрипло.
Я не могу ничего ответить и лишь стону в ответ. Не могу поверить, что это вновь происходит между нами. Его страсть передаётся мне наэлектризованными потоками в месте соприкосновения наших тел. Я пытаюсь приспособиться к его неистовым движениям, стараясь сохранить хотя бы часть сознания трезвым, не раствориться в этих толчках. Это получается плохо, и меня уже уносит в блаженное море наслаждения, которое расплавляет меня горячим и острым жаром.
Одной рукой он держит меня за волосы, фиксируя голову в нужном ему положении. Моя голова повёрнута набок, щека лежит на прохладной шёлковой простыне. Я прикрываю глаза, чувствуя покалывание в набухшем клиторе. Будто читая мои мысли, пальцы Кирилла оказывается там и начинают двигаться по кругу в самой чувствительной точке.
— Открой глаза. Смотри на меня. — шепчет он сквозь стиснутые зубы. Как властность в его голосе может сочетаться с мольбой?
Я повинуюсь и смотрю в его сумасшедшие, одержимые желанием глаза. В этот момент он входит в меня особенно глубоко, и я ахаю от потрясения. Его пальцы продолжают массировать меня в такт толчкам, и я вглядываюсь в его лицо своими широко распахнутыми глазами. Содрогаюсь от растущего напряжения и чувствую, что не могу больше сдерживаться. Я тону в нашем единении. Мой мучитель, мой герой, так близко ко мне сейчас, что я не могу различить, где проходит граница между нашими телами. Мне кажется, что мы слились и стали единым целым.
Его пальцы продолжают порхать по складкам, надавливая и поглаживая. Остро. Дико. Каждый раз, когда он выходит из меня, я снова и снова подаюсь ему навстречу, поражаясь, насколько пряным может быть удовольствие. Я чувствую, как его палец перемещается назад, всё дальше и дальше… Он упирается в упругое колечко и трётся об него указательным пальцем, слегка надавливая. Я понимаю, чего он хочет, и не могу противостоять его желанию.
— Какая чудесная маленькая дырочка — хрипло шепчет он. — Когда-нибудь я и её попробую. Ты же не будешь против, девочка?
От этих грязных слов сильнейший разряд удовольствия пронизывает меня изнутри, и я начинаю извиваться, ощущая, как Кирилл тоже доходит до предела. Он бьётся в меня особенно сильно, лишь усиливая мой оргазм, и стонет моё имя.
Без чувств я падаю на кровать и не могу пошевелиться. Рука Кирилла лежит на моей спине. Он притягивает меня к себе. Моя спина утыкается в его горячую грудь. Мы лежим так какое-то время, и я чувствую невыразимую лёгкость и умиротворение. Я знаю, что эти чувства скоро пройдут, отступят под натиском тёмных и мрачных раздумий. Тем драгоценнее для меня сейчас эти минуты блаженного забытья. Мне не хочется слишком быстро возвращаться с небес на землю.
ГЛАВА 10. НАДЕЖДА
КИРА
— Ты скучала по мне? — голос Кирилла возвращает меня в реальность.
Я не знаю, что ему ответить. «Скучала» — это слишком простое слово, чтобы описать то, что происходило со мной всё время, начиная с момента нашей последней встречи. Боль, смятение, отвращение, разочарование… И снова боль. Она не прекращалась ни на секунду, как бы я не старалась её унять или залить алкоголем. Что ему ответить? Я не могу подобрать нужные слова, поэтому просто говорю:
— Да.
Я не могу так просто признаться ему, что моя душа почти умерла без него, потому что всё ещё не уверена, стоит ли ему доверять. Точнее, я уверена, что не стоит. Но эта привязанность, эта наша одержимость друг другом сильнее меня, сильнее разума и голоса Лии в моей голове, назойливо твердящего мне, что я должна быть твёрдой и последовательной в своих действиях. Что мне следует подождать, пока он уснёт и хладнокровно пронзить его сердце ножом для колки льда. Наверное, только так я смогу покончить с этой опутавшей нас связью…
— Я тоже. — шепчет он мне на ухо, и я чувствую боль в его голосе.
Готова ли я простить его предательство? Готова ли я снова полюбить его? Или, быть может, я никогда и не переставала это делать? Он сделал меня такой несчастной, он лишил меня всего… И вот, после одного его «прости меня» я уже готова снова пустить его в свою жизнь? О, Боже, да что со мной не так?!
Кирилл проводит пальцами по моим волосам, перебирает пряди. Его ласковые поглаживания не дают сосредоточиться на правильных мыслях. Мне очень хочется сейчас просто лежать с ним и ни о чём не думать. Но я ощущаю, как лавина невысказанных переживаний накрывает меня. Я не могу позволить себе плакать при нём.
Сажусь на кровати, сбрасывая его руку со своей головы.
— Мне нужно в ванну, — говорю я, пытаясь выглядеть спокойно.
— Полежи со мной ещё, — он берёт меня за запястье и тянет к себе. Мне очень сложно противостоять ему. Рядом с Кириллом мой разум затуманивается, и граница между «правильно» и «неправильно» начинает стираться. Нет, именно из-за этого одурманенного состояния со мной произошли все те ужасные события в прошлом году. Я вздыхаю. Аккуратно высвобождаю руку и встаю, натягивая трусики.
Он тоже садится и натягивает боксеры.
— Кирилл, мне нужно немного личного пространства. — стараюсь звучать спокойно.
— Зачем? — он встаёт и подходит ко мне.
Он что, и правда не понимает? Я уже стала забывать, насколько он помешан на контроле.
