Маркиз крепко спал всю ночь, а проснувшись рано поутру, вновь обдумывал, что теперь делать.
Наконец он решил рассказать все Доркинсу, поскольку понятия не имел, где и как искать этот Панзер-Хаус. Ведь нельзя просто бродить и разыскивать это здание, а тем более спрашивать о нем у барона или у кого-то из слуг.
Маркиз отпер дверь и стал ждать, когда Доркинс придет его будить.
Когда камердинер, наконец, появился, маркиз сказал:
— У меня хорошие новости, Доркинс. Ты должен очень внимательно выслушать то, что я сейчас скажу. Это крайне важно.
—Я всегда внимателен, милорд.
Маркиз рассказал, что ему удалось выяснить, где прячут Уотсона, — тот помещен в Панзер-Хаус.
— Вы уверены, что он там, милорд? — спросил Доркинс.
—Да, уверен, — отозвался маркиз. — «Панзер» переводится как «оружие», и, поскольку немцы обожают музеи, думаю, что это какое-то хранилище старинного оружия, которого у них предостаточно.
Доркинс посмотрел на него, потом сказал:
— Ваша правда, милорд. И я знаю, как смогу помочь.
Маркиз удивился.
— Как? — коротко спросил он.
— Когда мы были в Каусе, я подружился с камердинером кайзера. Он славный малый, и мы несколько раз выпивали с ним вместе.
— Камердинер кайзера?! — пробормотал маркиз себе под нос.
— Однажды мы болтали, — продолжал Доркинс, — и он кое-что рассказывал о машинах на борту яхты кайзера и о том, что Его Величество очень интересуется пушками на наших боевых кораблях.
Маркиз поджал губы. Он не мог поверить, что кайзер заставляет собственного камердинера шпионить на Королевском флоте.
— В разговоре выяснилось, что Франц — так его зовут — страстно увлекается старинным оружием. Ваша милость знает, что в замке скопилось немало оружия, которое ваши предки — в том числе и тот из них, что был графом, — добыли в битве при Эгинкорте, а может, в каком-то другом бою.
— Я знаю, что ты имеешь в виду.
—Я пообещал Францу, что если он приедет в Лондон, я покажу ему это оружие. И он тоже пообещал, что покажет мне старинное оружие, если я приеду в Берлин.
— Это значит, — воскликнул маркиз, — что ты сможешь выяснить, где находится Панзер-Хаус, и, если повезет, даже попадешь внутрь?
—Думаю, что могу это устроить, милорд, — уверенно ответил Доркинс. — Франц простоват, но, полагаю, он сдержит свое слово.
— Только, ради всего святого, будь осторожен в разговоре с ним, — предупредил маркиз. — Если они заподозрят, что мы ищем Уотсона и знаем, где он, они тотчас перевезут его в другое место.
—Я понимаю. Можете мне верить, милорд. Самое сложное — встретиться с Францем.
Маркиз на мгновение замолчал.
—Я раздумывал, как можно снискать расположение кайзера, и то, что я узнал вчера вечером, навело меня на мысль предпринять нечто такое, что раньше мне и в голову не пришло бы.
При этом маркиз имел в виду разговор с баронессой о странной слабости императора к женским рукам. Обдумывая ночью сложившуюся ситуацию, маркиз вспомнил, что у Симоны руки нежные, изящные, с тонкими длинными пальчиками, которые были прекрасным дополнением к ее незаурядной внешности, а руки графини, хотя и довольно приятной формы, но вполне обыкновенные. Пока он об этом размышлял, в голове его сложился четкий план действий.
Спустившись к завтраку, маркиз, к своему облегчению, застал в столовой только барона.
—Доброе утро, маркиз, — приветствовал тот гостя. — Я вижу, вы встали рано. Все наши дамы еще спят.
— Наверняка они устали после вчерашнего фантастического вечера, — с улыбкой ответил маркиз.
Барон долго распространялся о том, что нынешней молодежи не хватает выносливости предков.
Маркиз пропускал мимо ушей эти рассуждения, обдумывая, что скажет барону, когда тот позволит ему вставить слово. Такой шанс представился в конце завтрака, когда барон позвонил в колокольчик и велел принести фруктов.
—Я думаю, — начал маркиз, — что будет невежливо, если я сегодня же не засвидетельствую своего почтения Его Величеству. Он ведь так ревностно следит за соблюдением протокола и может счесть неучтивостью откладывание визита на завтра или послезавтра.
— Конечно, конечно! — согласился барон. — Я прикажу приготовить карету, чтобы отвезти вас во дворец, как только пожелаете. Император, как правило, свободен по утрам, а на день у него может быть запланирована сотня разных дел.
— Вы очень добры. И поскольку у меня есть послание к Его Величеству от лорда Белгрейва, думаю, мне следует взять с собой Симону.
Было заметно, что барон был бы не прочь узнать, какое же послание лорд Белгрейв мог передать Высочайшему, но он был слишком хорошо воспитан, чтобы задавать подобные вопросы.
Когда мужчины уже заканчивали завтрак, в столовую вошли Каролина и Симона.
—Я думал, вы сегодня решили завтракать в постели, — воскликнул барон, увидев девушек.
— Ни в коем случае, папа! — весело ответила Каролина, целуя отца. — Мы с Симоной не хотим тратить время на то, чтобы валяться в постели, ведь нам предстоит увидеть и сделать столько интересного!
—Я только что договорился с нашим другом маркизом, — объявил барон, — что сегодня утром Симона должна сопровождать его во дворец.
Каролина удивилась.
— Зачем ей это? — спросила она. Барон посмотрел на маркиза.
— Рано или поздно мы обязаны нанести этот визит, поскольку император очень строг в отношении протокола. Поэтому нам лучше сделать это сегодня утром.
— В таком случае мы, конечно, должны поехать, — согласилась Симона. — Вы имеете в виду, что следует отправляться тотчас после завтрака?
— Как только вы закончите, — улыбнулся маркиз.
Он отметил, что Симона отлично контролирует себя и не задает бесчисленных вопросов, как поступило бы большинство женщин. Вместо этого она постаралась поскорее закончить завтрак.
Каролина умоляла маркиза не задерживаться во дворце дольше необходимого.
— В Берлине столько потрясающих мест, которые я хочу показать Симоне, — объяснила она. — Моей подруге будут ужасно скучны все эти поклоны, расшаркивания и реверансы.
— Я с вами согласен, — отвечал маркиз, — но, боюсь, нам придется через все это пройти.
Симона допила кофе и встала.
— Я поднимусь в комнату, переоденусь и буду готова, как только вы скажете.
—А я тут же прикажу подать карету, — сказал барон и позвонил в колокольчик.
Поднимаясь по лестнице, Симона думала над тем, что происходит: почему маркиз решил встретиться с кайзером, зачем ему нужно брать ее с собой? У нее создалось впечатление, что он приехал в Берлин как частное лицо, и в таком случае нет нужды отправляться во дворец с официальным визитом.
