занимаются эвакуацией своих граждан из Судана, – не очень уверенно ответил секретарь. – Но мы найдем его.
Председатель кивнул:
– Я лично хочу поговорить с ним. Пускай придет, как только получит мое сообщение. Если будет такая необходимость, пошлите за ним мой личный вертолет. Но сделай так, чтобы о его визите ко мне никто не знал. Тебе все ясно?
– Да, я понял, – чуть наклонил голову секретарь и вышел.
* * *
Через двадцать пять минут в кабинете председателя собрались на срочное секретное совещание начальник разведки, чиновник, отвечающий за внутреннюю безопасность в стране, и начальник полиции. Все они заметно нервничали. Оно и понятно, бои шли уже в центре города, и спецназовцы Судана хотя и с большим трудом, но пробивались к Дворцу Республики все ближе. Не дожидаясь вопросов и приказов, начальник разведки начал докладывать:
– Наши агенты в Международном аэропорту столицы не смогли сразу после инцидента с захватом заложников связаться со мной. Все произошло быстро и неожиданно для всех находившихся в здании порта людей. Операция была явно спланирована заранее. Наши люди заметили неладное только после того, как были взорваны вышка связи и подстанция, а сама территория аэропорта была оцеплена силами ОАС и силами быстрого реагирования, – торопливо говорил он, боясь, что его прервут.
Но все, включая председателя, молчали, и он продолжил доклад, едва переведя дыхание:
– Наши агенты несколько дней, еще с самого начала конфликта, находились в аэропорту и наблюдали за ситуацией. Мы не могли вмешиваться в ход событий. За безопасность важных объектов отвечают другие. – При этих словах он посмотрел на начальника полиции и главу службы безопасности.
На них посмотрел и председатель Переходного военного совета.
– Что скажем? – поинтересовался он, переводя свой тяжелый взгляд с одного лица на другое.
– Как уже сказал начальник разведки, операция с захватом заложников, по всей видимости, была заранее спланирована, – взялся отвечать главный по внутренней безопасности. – А если это так, то почему разведка не узнала об этом и заранее не предупредила нас об опасности? – Он насмешливо посмотрел на начальника разведки, довольный тем, что перевел все стрелки ответственности на него и его организацию.
– Мои полицейские четко исполняли инструкции по охране территории, прилегающей к аэропорту, – решил высказаться и главный полицейский Судана. – Но они должны были постоянно отвлекаться на боевые действия. В их задачу входил вывод населения из активной зоны конфликта и предотвращение мародерства, а не охрана прибывших в аэропорт представителей власти и города.
– Вот только не надо при мне играть в пинг-понг. Кажется, так англичане называют игру, когда маленький шарик перекидывают с помощью ракеток друг другу, – недовольно проворчал председатель и снова посмотрел на главу разведки: – Почему разведка вовремя не выявила планы ОАС по захвату столь важных для нашей политической карьеры персон? Я не имею в виду мэра Хартума и полковника Ариф Ясина, я имею в виду советника из Египта.
– У нас были сведения, что в горы Марры, в один из лагерей повстанческого движения, прибыл какой-то человек из Америки, – ответил начальник разведки.
– Что значит – какой-то человек из Америки? – прищурившись, спросил председатель. – То, что кто-то прибыл из самой Америки, вы знали, а кто именно и зачем, вы узнать не удосужились?
– Южный Дарфур, как и остальные четыре провинции этого региона, находятся на особом положении… – начал свою оправдательную речь главный разведчик Судана.
– Это я и без вас знаю, – прервал его глава Переходного совета. – Мне интересно, почему у вас до сих пор не налажена работа с местным населением? Почему, зная, что все эти вилайяты выступают явно или тайно за выход из Республики, ваше ведомство до сих пор не имеет там своих шпионов и агентов? Ладно, этот вопрос мы обсудим позже. Сейчас я хочу знать все, что известно о заложниках на данный момент. Куда их повезут и кто именно причастен к их захвату?
Он выжидательно посмотрел на подчиненных.
– Судя по тому, что мне известно на данный момент, к операции по захвату заложников могла быть привлечена американская военная разведка. Чиновник из Халаиба, который должен был участвовать во встрече советника, по какой-то неизвестной нам причине не был взят в заложники. Он рассказал, что слышал чисто американскую речь, которая отличается от английской…
– Не нужно лишних слов, докладывайте по делу, – нервно прервал главу суданской разведки председатель.
– Он также расслышал некоторые клички или, как это еще называется, позывные, которыми, как известно, пользуются американские военные, а в частности – разведка и спецназ. Слоник, Фокс, Мичиган… Но, похоже, специалистов из американских ведомств было больше. Наши агенты засекли по крайней мере еще двух белокожих снайперов, которые снимали охрану египетского советника, отстреливая ее с крыши аэропорта…
– Черт-те что творится… – пробормотал под нос председатель и, заметив, что докладчик замолчал, сказал: – Продолжайте.
– Руководили операцией по захвату еще двое. Именно к ним, когда они стояли у выхода на летное поле, по словам нашего агента, подходил один из участвующих в захвате аэродрома и переодетый в форму армии Судана, англоязычный белый. Но американцы они или англичане, мы не знаем. Всех заложников отвезли к складскому помещению аэропорта на правительственных автомобилях. Но потом эти машины вернулись, из чего можно сделать вывод, что всех захваченных в плен пересадили на другой транспорт.
– Грузовик? – вопросительно посмотрел на главу разведки председатель.
– Вполне возможно. Взлетающий вертолет был бы слишком заметной целью и для наших ребят, и для сил быстрого реагирования. В той заварушке, которая сейчас началась в аэропорту, любой взлетающий в воздух объект был бы сбит одной из сторон. По всей видимости, спецназ Судана был не в курсе этой операции.
– Почему вы так решили?
– Едва автомобили с заложниками отъехали от египетского самолета, именно они первыми ударили минометным огнем по взлетной полосе и попали как раз в то место, где только что стояли машины. По всей видимости, они подумали, что это кто-то из наших армейцев прорвался на аэродром под прикрытием правительственных авто, и решили по ним ударить.
В кабинет вошел помощник председателя Совета и, наклонившись к начальнику, что-то прошептал ему на ухо. Тот кивнул и сказал:
– Пускай заходит.
Секретарь вышел и через секунду ввел в кабинет военного в камуфляжной форме. Присутствующие в кабинете председателя хотя и были удивлены этим неожиданным для них появлением, но виду не подали.
– Николай! – Председатель с широкой улыбкой пошел навстречу русскому и крепко пожал ему руку. – Проходи, садись, – указал он на стул рядом с начальником службы безопасности. – Представлять вас не надо, вы все и так знакомы, – оглядел он своих подчиненных, которые
