Читаем без скачивания Летучие мыши появляются ночью - Павел Вежинов

– Ну ладно, бай Спас, можешь идти.

Великан встал и словно бы заполнил всю комнату.

– А моего соседа почему забрали? – спросил он.

– Для проверки, немного погодя выпустим.

– Неплохой парень! – не очень уверенно пробормотал великан. – Только вот много разных людей к нему ходит. Правда, работа у него такая.

И не торопясь вышел. Димов оставил Наско сторожить Нестерова, а сам вместе с Пырваном отправился в дом Кушева. Обыск был окончен. Паргов задумчиво курил сигарету.

– Ничего особенного, – доложил он. – Нашел две пули. Одна деформировалась, но та, что ударила в стену, сохранилась целиком. Пожалуй, от парабеллума, но утверждать не могу. Когда рассветет, тщательно осмотрим двор, сейчас темно, не видно. В доме ничего. В сундуке нашли сберегательную книжку. Чистых двадцать тысяч левов. Это немало. Я считаю – если бы он был простым торговым посредником, вряд ли ему удалось бы скопить такую сумму.

– Как сказать. Если торговал крадеными материалами – даже мало, – сказал Димов.

– Во всяком случае, ревизию в кооперации надо произвести.

– У тебя есть какое-либо предположение? – с любопытством спросил Паргов.

– Пока нет… Но, как я тебе уже сказал, не исключено, что были злоупотребления.

И, может быть, из опасения, как бы они не были раскрыты, кто-то убил его.

– М-да! – протянул Паргов.

– Сейчас для меня основная проблема – выяснить: в этих обоих случаях один и тот же убийца или нет. Светлая фуфайка…

– Я говорил тебе о фуфайках. Их носят здесь довольно часто.

– Не так уж часто! – несколько нетерпеливо возразил Димов. – С тех пор как убили Дыбева, все время разглядываю, в чем люди одеты. До сих пор увидел всего две-три фуфайки. Не так много… На основании только простого совпадения серьезную гипотезу нельзя ни опровергнуть, ни подтвердить.

– А что с Янко?

Димов коротко рассказал о допросе.

– Да, достаточно серьезное алиби, – кивнул Паргов. – Жене его – и говорить нечего – не поверил бы. Но бай Спас честный человек, врать не будет.

– А представь себе, что Несторов видел бай Спаса где-нибудь в селе, когда тот возвращался. Потом совершил убийство и вернулся домой. Что ему стоит наврать, будто слышал шум мотоцикла, лежа в постели?

– Знаешь, а это идея! – встрепенулся Паргов.

– Но я не верю, – покачал головой Димов. – Не допускаю, чтобы он мог вступить в такой преступный сговор с женой. Но не это важно. Когда я ему сказал, что Кушев убит, он вздрогнул и искренне – в этом я убежден – удивился.

– Это дело кажется еще запутаннее первого, – пробормотал Паргов.

– А у тебя какое предположение?

– Да никакого… – неохотно протянул тот.

– Говори, говори…

– Это не предположение, а просто самое очевидное, что могло прийти в голову.

Представим, что Кушев был случайным свидетелем убийства. Или каким-то образом узнал, кто убийца. Заставил его признаться, а тот, чтобы спастись, убил Кушева.

Но это, конечно, глупости. Я не думаю, что дело обстоит так просто.

– А знаешь, какое противоречие в твоем рассуждении?

– Да, знаю. Если так – убийца достиг своей цели, и было бы естественно, если бы он моментально скрылся, а не мешкал во дворе.

– Именно! – кивнул Димов.

– Может, убийца хотел ограбить Кушева?

– Слишком большой риск…

– Может, у него была отмычка, чтобы открыть дверь, или второй ключ. Но он услышал шум, поднятый нашим парнем, испугался и убежал.

– Нашли ключ у задней двери?

– Да, висит прямо за дверью.

– Вообще все это пустые домыслы! – кисло заметил Димов. – А нам необходимы факты. Притом проверенные… Пойдем сейчас к Несторову. Мы еще не допрашивали его жену, а говорим, что у него алиби.

Но беседа с женой ничего не дала. Супруга механика была молодая, темноглазая, красивая женщина, хорошо сложенная, на вид очень спокойная. Вероятно, спокойствие ее исходило от уверенности, что муж не может быть замешан ни в каком опасном деле или преступлении. Ее ответы точно подтвердили все, что рассказал Несторов. Кроме того, женщина категорически утверждала, что, когда они погасили свет, было без пяти одиннадцать – она посмотрела на часы.

– Посмотрели и заснули? – спросил Димов.

– Я всегда еще минут пять-шесть не сплю.

– Вы слышали, когда вернулся на «Яве» бай Спас?

– Нет.

Димов заметил, что Паргов все время слушал ее с необыкновенным напряжением, не отрывая взгляда от ее лица. Когда наконец допрос был окончен и они вышли во двор, он тихо сказал:

– Она произвела на меня плохое впечатление. Отвечала так, словно повторяла заученный урок. Эта женщина знает что-то еще, я уверен в этом.

– Уверенность без доказательств ничего не значит, – вздохнул Димов. – Давай начнем обыск.

Но и при самом тщательном обыске не обнаружили ничего подозрительного.

Светлой фуфайки нигде не нашли, хотя в глубине души Димов надеялся ее обнаружить. Когда вышли на улицу, была глубокая ночь. Давно уже перестали петь сельские петухи, над крышами простиралось прозрачное, розоватое небо, такое чистое, словно оно раскинулось над самым праведным уголком земли. Они снова вернулись в дом Кушева, им осталось осмотреть двор. Осмотр длился более часа.

Нигде не нашли ни оторванной пуговицы, ни окурка, ничего, кроме куриного помета и гнилых плодов. И только в конце сделали неожиданное, почти сенсационное открытие. От задней двери дома к маленьким воротам, что вели в тупик, шла узкая дорожка, устланная битой плиткой. Неподалеку от ворот, на расстоянии одного шага вправо от дорожки, стояла водопроводная колонка – труба с грубым краном, на который надевали шланг для поливки. Кран плохо закрывался, и в трубе булькала, вернее, из трубы капала вода, а земля возле нее была влажной, размягченной. И именно на этой мягкой земле они обнаружили ясный отпечаток ботинка, настолько четкий, словно его сделали по специальному заказу. Это был отпечаток обыкновенного ботинка с обыкновенной кожаной подметкой, сорок второго размера.

Было видно, что отпечаток совсем свежий, оставленный этой ночью.

– Опять тот же номер! – сказал Паргов. – А если прибавить фуфайку… Может быть, между этими двумя преступлениями есть связь?

– Связь – не то слово, – согласился Димов. – Хорошо было бы, если б удалось обнаружить на ботинках Нестерова хоть немного грязи.

– Ты веришь, что это возможно? – спросил с надеждой Паргов.

– Нет… Я очень внимательно осмотрел его одежду и обувь. Могу тебе сказать – они совершенно чистые. Конечно, он мог потом вычистить их. Во время обыска вы не нашли никаких других ботинок?

– Нашли, новые, выходные. И одни для езды на мотоцикле.

– Не может быть, чтобы он купил новые ботинки специально для ночного похода. Но что зря говорить, надо проверить…

Тут же проверили, но ботинки Нестерова оказались совершенно сухими, без каких-либо следов грязи. Не было ни малейшего основания думать, что их недавно чистили. Димов вернулся в комнату председателя и велел отпустить механика.

Теперь им осталось одно – допросить заведующего ремонтной мастерской Славчо Кынева. Вместе с Парговым они пошли пешком. Димову сразу же бросилось в глаза, как походили друг на друга два дома – Нестерова и Кынева, – несомненно, они были построены по одному и тому же проекту. Одинаковыми были даже звонки на дверях.

Димов нажал кнопку звонка, и за дверью раздался тот же звон. Спустя немного те же шаги босых ног послышались в прихожей, только на этот раз шаги были более легкими. Дверь открылась, на пороге показалась молодая девушка.

Димов едва не отступил на шаг, столь неожиданной была эта встреча. А девушка была совсем обыкновенная, может быть, немного слишком красивая для какого-то Гулеша. На ней были надеты красная блузка и короткая черная юбочка, черные грубые чулки, явно домашней вязки, были небрежно натянуты до колен, так что между ними и юбкой виднелась довольно широкая полоса неожиданно белой и нежной кожи. На мгновение Димов даже забыл имя человека, которого они искали, и лихорадочно пытался вспомнить. Девушка озадаченно смотрела на него своими немного узкими глазами цвета спелой шелковицы.

– Дома Славчо Кынев? – спросил наконец все еще неуверенным голосом Димов.

– Его нет, он ушел на работу, – ответила девушка. Она не подала виду, что заметила смущение, неожиданно вызванное ею. Лицо ее было прекрасным, с широкими скулами, а разрез глаз был миндалевидным от природы, без какого-либо вмешательства косметики.

– Очень рано! – прошепелявил Димов.

– Он всегда рано уходит, – сказала девушка, и Димов заметил, что она принялась разглядывать его с большим интересом.

– Вы кто ему?

– Сестра, – ответила девушка. – А вы не из милиции?

– Да вроде бы…

– Может быть, вам будет интересно, – сказала она. – Бай Киро последнее время ходил с одной из наших преподавательниц… Зовут ее Надежда Замфирская.

– Действительно интересно! – заметил Димов с чрезмерным энтузиазмом. – Но откуда вы знаете?