Читаем без скачивания Летучие мыши появляются ночью - Павел Вежинов

Димов отвлекся от своих мыслей, только переступив порог квартиры доктора Станкова. Доктор сидел в одной рубашке возле круглого низкого столика вместе с тремя мужчинами, одетыми более опрятно. Все четверо усиленно шлепали картами – обыкновенный белот. По традиции доктор отвел Димова на кухню, но, к сожалению, на этот раз там не было бутербродов.

– Ничего, – сказал Станков. – Совсем ничего примечательного.

– Меня интересует, не страдал ли Кушев какой-либо неизлечимой болезнью.

– Например?

– Рак, скажем… Или сердце.

– Нет, – сказал доктор. – Он был здоров как бык.

– Из чего стреляли?

– Из девятимиллиметрового парабеллума. Эксперт утверждает, что удары бойка по капсюлям гильз одинаковы и характерны. То есть оружие было не совсем исправное, возможно, что после четвертого выстрела произошла осечка.

Димов рассказал ему о своем посещении преподавательницы техникума Замфирской.

– Замфирская? – переспросил Станков без особого интереса. – Я ее знаю. Очень замкнутая, нелюдимая женщина… И необычайно властная.

Но, услышав всю историю, озадаченно почесал затылок.

– Очень интересно! – пробормотал он. – Никогда не ожидал от нее ничего подобного. Выходит, что женщина действительно загадка, как говорят простаки. Ты абсолютно прав – такие, как она, не каждый день встречаются.

Подумав немного, он добавил:

– Только одно мне не ясно: как она не поняла, с каким зверем имеет дело.

– Со зверем? – удивленно спросил Димов. – А ты не преувеличиваешь?

– Нисколько! – убежденно сказал Станков. – Послушай, Димов, ты можешь читать по лицам и в глазах живых людей. Я же умею читать по лицам мертвых. С мертвого лица сходит притворство, маска, вообще все внешнее. На мертвом лице, как на экране, постепенно начинает появляться внутреннее, глубоко скрытое. Я очень внимательно рассмотрел этого типа, так драматично распростертого на полу.

– И что ты увидел?

– Я же тебе сказал – зверя!

– Выходит, что убийца вроде бы сделал благодеяние человечеству.

– Пожалуй, да, – усмехнулся доктор.

– Но тогда оставим его в покое!

– Э нет, это уж другое дело. Иногда менее сильный зверь поедает более сильного.

– Во всяком случае, я впервые встречаюсь с сентиментальным зверем, – задумчиво произнес Димов.

Доктор заморгал и снова почесал затылок.

– Таких вообще не существует, – сказал он. – А не притворялся ли он?

– Какое тут притворство, когда он готов был отдать ей все деньги?

Доктор задумался.

– А что, если деньги были нечестными? Где надежнее всего их спрятать?

Димов от неожиданности просто подскочил на стуле.

– Я настоящий идиот! – воскликнул он. – Как такая простая мысль не пришла мне в голову!

Он поспешил оставить дом доктора. Через час он уже дал распоряжение, опытные финансовые инспектора на следующий же день займутся тщательной проверкой посреднической деятельности Кирила Кушева. Возможные злоупотребления еще не наводили на след убийцы, но все-таки могли что-то подсказать.

Покончив с этим, Димов с удовольствием забрался в «газик», устало опустился на бугристое сиденье. Кто знает почему, но внезапно и остро он припомнил утреннюю сцену – девушка в черной юбке в дверном проеме, две полоски светлой, как луна, кожи между юбкой и небрежно натянутыми чулками. Он даже тряхнул головой, недовольный самим собой. Есть ли смысл во всем этом, если брат ее окажется преступником? Хотя бы на время надо выкинуть ее образ из головы – любой ценой, не то можно поставить под удар все расследование.

10

В участке Димов не застал никого из своих помощников. Подумав немного, он велел привести к нему Кротева. Впервые этот мрачный и упрямый, как мул, алкоголик был тихим. Он смирно сидел на стуле, который ему подали, и безразлично смотрел на Димова. Глаза его были безжизненные – ни отчаяния, ни надежды.

– Послушай, Кротев, если я тебя продержу здесь месяц – гарантирую, что ты вылечишься.

– От чего вылечусь? – глухо спросил Кротев.

– От того, что в вашем крае называют цыганкой – смеси виноградной и сливовой ракии.

– От этого меня никто не сможет вылечить! – все так же глухо сказал Кротев.

– Ну ты еще молод, от всего есть лекарство.

– От всего – да, только не от вашего произвола! – ощетинился вдруг Кротев, хотя в голосе его не было злости.

– Кротев, ты думай, что говоришь! – так же не сердясь, заметил Димов. – Мы пытаемся раскрыть тяжкое преступление, а ты даешь неверные показания. Так что ты искал в Косере?

– Скажу, – нехотя промямлил Кротев.

– Знаю, ты нам скажешь, что был у женщины…

В это мгновение дверь открылась, и в комнату вошел Паргов. Димов сразу почувствовал его возбуждение.

– Так и было…

– И что женщина замужняя, и поэтому тебе неудобно было говорить.

Кротев от неожиданности остолбенел.

– Почему вы так думаете?

– Это обычная ложь.

– Только я не лгу… Это правда.

И Кротев подробно рассказал всю историю. У него есть давнишняя приятельница в Пернике, бывшая официантка. Его связывало с ней даже что-то вроде любви, но она пошла по легкой дорожке. Тогда они расстались. Спустя два года она вышла замуж за пожилого официанта, который во время сезона работал на курортах. Этим летом он был в Созополе, и Кротев решил воспользоваться его отсутствием. Знакомая его жила в Косере, он поехал к ней на рабочем поезде, но на обратном пути опоздал на перникский поезд. Тогда он вышел на шоссе, и вскоре какой-то шофер посадил его к себе на грузовик. Из благодарности Кротев угостил шофера в забегаловке, а потом отправился к своим друзьям.

– А почему ты сразу не сказал правду?

– Я забыл, – мрачно пробормотал Кротев. – Когда перепью, очень часто забываю, что делал в трезвом виде.

Димов записал имена всех, кто мог подтвердить его алиби.

Кротева увезли в арестантскую. Димов вопросительно взглянул на своего помощника.

– Что случилось?

– Совершенно неожиданное! – ответил Паргов. – Мы нашли в Гулеше вязальщицу.

Пожилая бедная женщина берет довольно дешево, словно не знает новых цен. В этом году она связала светлые фуфайки троим из тех, кто ехал поездом. И один из них – Славчо Кынев.

Димов, раскрыв рот, смотрел на Паргова.

– Ты это серьезно?

– Ну конечно, шеф!

– Честное слово, я ничего не понимаю. Значит, у него были причины лгать?

– Может, и не солгал, – неуверенно предположил Паргов. – Может быть, отправил фуфайку брату. У него брат в армии.

– Да, это возможно, – кивнул Димов.

– И вообще глупо подозревать Кынева. Он один из самых серьезных и сознательных людей в селе. Не думаешь же ты, что его случайно избрали в общинный совет?

– Я все могу подумать о человеке, который лжет мне в глаза! – скааал Димов.

– Но мы тщательно расспросили наших доверенных лиц в селе. Никто никогда не видел его в светлой фуфайке. Или ты думаешь, что он надевал ее, только когда убивал? Здесь, безусловно, какое-то недоразумение. Я думаю, что если мы его расспросим, то сразу же разберемся.

Они долго рассуждали об этом. И решили несколько дней подождать. Оставаясь на свободе, Кынев, если он действительно виновен, мог бы себя чем-нибудь выдать. А сейчас, если сразу начать допрос, будет выкручиваться. Скажет, например, что потерял фуфайку. Или что ее у него украли.

– Когда он взял фуфайку? – спросил Димов.

– Десять дней назад!

– Вот видишь!.. Дело становится еще более подозрительным. Разве можно забыть, что ты делал десять дней назад?

Они решили усилить наблюдение за Кыневым и Нестеровым, ни на минуту не выпускать их из виду.

– Хотя едва ли мы чего-либо добьемся, – скептически сказал Паргов. – Я начинаю думать, что все это дело рук кого-то со стороны. Наши, по-моему, не способны на такие сложные преступления. Я проверил все адреса. Единственный посторонний человек во всем районе – Манаско.

– Кто это Манаско?

– Третий, кто в ту ночь играл с ними в карты.

– Да, вспомнил, – сказал Димов. – Мы действительно совсем забыли об этом Манаско… А может, с него надо было начинать? Ты знаешь о нем что-нибудь?

– Ничего особенного… На вид совсем безобидный парень. Главный механик в ремонтной мастерской. Три месяца назад приехал из Софии.

– Из Софии? Какой дурак поедет из Софии в Гулеш? Есть у него рекомендации?

– Какие рекомендации? Механик – дефицитная профессия. Ремонтные мастерские переманивают их друг у друга премиями и наградами, как футболистов. Кыневу как-то удалось заполучить его – говорит, что отличный механик.

– Кто тебе сказал?

– Сам Кынев…

– Нашел кого спрашивать!

– Я тогда еще не ходил к вязальщице. Он дал мне прочитать его заявление и автобиографию. Родом он как будто бы из Требича, окончил техникум. Перечислены и места работы. Вообще все было в порядке.

Димов задумался.

– Завтра рано утром пошли Ангела в Софию. Я хочу все проверить и получить самые точные сведения.