Читаем без скачивания Последний воздушный пират - Пол Стюарт

В голове у Плута начало проясняться, когда странная, давящая на сознание атмосфера Сумеречных Лесов ослабила хватку. Мальчик пытался рассмотреть, что таится во мраке за проходом через летучее дерево.

Прежде всего он ощутил массу всевозможных за пахов. В смешении ароматов жареного соснового кофе и скворчащих на огне тильдячьих колбасок, запаха кожаных изделий, фимиама курильниц и удушающего дыма масляных ламп он учуял ещё что-то. Пахло чем-то отвратительным, наподобие прогорклого, протухшего жира. Тошнотворная вонь то усиливалась при новом порыве ветра, то стихала, но избавиться от неё было невозможно.

Плута передёрнуло.

— Всё будет хорошо, — прошептала Магда, беря мальчика под руку. — Только нам надо держаться вместе. Нам нужно попасть на Центральный Рынок.

Плут кивнул. Его раздражали не только запахи. После того как он чуть не лишился рассудка в сумятице Сумеречных Лесов, все его чувства были обострены. В воздухе витала жирная копоть, он даже ощущал её привкус во рту. Мальчик слышал каждый вскрик, каждый писк, рёв приказов и щёлканье плётки, каждый душераздирающий, отчаянный вопль… И конечно же, он смотрел во все глаза.

— Я никогда ничего подобного не видел, — пробормотал Плут, когда они свернули на одну из многочисленных дорожек, вившихся между деревьями, которая вела их дальше и дальше в городскую толчею.

Огни. Краски. Лица. Движение. Куда бы Плут ни бросил взгляд, на него лавиной обрушивались странные, волнующие кровь зрелища. Город напоминал огромное лоскутное одеяло, и Плут получал всё новые и новые впечатления.

Толстолап в клетке. Грифон на цепи. Стреноженный гнилосос. Афиши о заключении пари и столики для азартных игр. Бродячие торговцы, предлагающие амулеты и обереги. Пара шраек, щёлкающих костоломами. Ещё две охранницы — одна с массивной, утыканной шипами палицей наперевес. Оживлённо спорящие о чем-то дуркотрог и гоблин-утконос. Потерявшийся крошка — лесной тролльчонок, со слезами зовущий мать. Продавцы кожи и бумаги, мелочные торговцы со свечами, бондари с бочонками. Съестные лавки и киоски с напитками, где предлагают такие деликатесы, о которых Плут и слыхом не слыхивал. Что такое «жабий шейк»? Или «хотброд»? А каков, интересно, на вкус «Хрумхрымсов чай»?

— Нам сюда, — сказал Стоб, указывая на вывеску над головой.

По шаткой зигзагообразной лестнице они спустились на три пролёта вниз и попали на оживлённую подвесную дорогу, петляющую между деревьев. Груженные товарами купцы и разносчики, гоблины, троги и тролли текли бес прерывным потоком туда и обратно. Дорога то резко уходила вниз, то поднималась, раскачиваясь и угрожающе треща под ногами. Плут испуганно ухватился за перила.

— Не смотри вниз, — прошептала ему Магда, понимая волнение Плута.

Но Плут не смог удержаться! Он остановился, чтобы заглянуть в разверзающуюся бездну. Вглядываясь в чернильную мглу, под собой он увидел три уровня, а на самом дне лежал лес. Он гудел и шевелился, как будто почва была живой. Вздрогнув, Плут осознал, что земля была покрыта копошащейся массой крохотных оранжевых существ.

— Вжик-вжики, — запинаясь, пробормотал он.

Хотя до сих пор Плут не встречал ни одного из них, он читал об этих маленьких чудовищах в диссертации Варис Лодд. Эти твари охотились стаями и могли за одну секунду сожрать даже огромного толстолапа, да так, что от бедняги не останется и следа: ни клока шерсти, ни зуба, ни косточки. Плут содрогнулся, подумав, что весь огромный город — Восточный Посад, — должно быть, щедро снабжает кровожадных санитаров объедками, если столько прожорливых тварей скопилось внизу. У Плута закружилась голова оттого, что он слишком низко перегнулся через край, и он ещё крепче вцепился в перила.

— Пошли, точильщик ножей, — гадко ухмыльнулся Стоб. — У нас нет времени глазеть по сторонам.

Грубо толкнув мальчика в спину, он зашагал дальше по дороге. Магда, подхватив дрожащего Плута, поспешила вслед за ним.

Чем ближе они подходили к Центральному Рынку, тем шире становилась дорога, хотя толкотня на ней была такая же, что и прежде. Все вопили, пихались, мяли друг друга, продираясь в разных направлениях, и вскоре троим Библиотечным Рыцарям пришлось протискиваться вперёд, работая локтями.

— Держитесь вместе, — крикнул Стоб, добравшись до узкого входа на рынок.

— Сказать легко, а сделать трудно, — проворчала Магда, когда напирающая толпа чуть не раскидала их в разные стороны. — Возьми меня за руку, Стоб, и ты, Плут, тоже.

Стоб прокладывал путь, а Магда и Плут пробивались сквозь толпу вслед за ним. Ворота были уже недалеко. Теперь им приходилось передвигаться мелкими шажками — оголтелая публика теснила их со всех сторон. Они прорвались сквозь арку и оказались на другой стороне.

Плут вздохнул с облегчением, когда поток слегка поредел и давка прекратилась. Он глянул на товарищей и улыбнулся. Они добрались до Центрального Рынка!

Центральный Рынок, построенный на широченной платформе, которая крепилась на стволах со спиленными кронами, был открыт всем ветрам. До небесного купола, казалось, можно было дотронуться — лишь руку протяни, а звёзды над головой ярко сверкали в отблесках огня пылающих жаровен, над которыми вращались вертела.

Плут вытащил из кармана кусочек коры — документ, вручённый ему шрайкой, и внимательно изучил его.

— Ну, что теперь? — оглядываясь по сторонам, спросил Плут.

— Сначала мы должны найти повозку, — сказала Магда, — а потом.

— Что потом? — настойчиво спросил Стоб.

— Не все сразу, — ответила Магда, сдвинув брови. Она осмотрелась, и произнесла: — Нам туда.

Они пошли по гудящему Центральному Рынку. Чего там только не было! И печенье, и варенье, и соленья! И жареное, и пареное, и перченое, и мочёное! И верченое, и толчёное! И пряденое, и краденое! Ну буквально всё: от граблей и топора до золота и серебра!

Путешественники миновали душегубцев, разложивших на прилавках изделия из кожи и одежду из шкур ежеобраза — налетай, выбирай, — лесных троллей, торговавших в палатках дровами, гоблинов-лудилыциков и гоблинов — владельцев скобяных лавок, и все они шумно торговались, менялись баш на баш и наперебой расхваливали свой товар. Когда путешественники подошли к стоянке, они увидели бесконечный поток повозок с возницами-шрайками и гружённых доверху тачек, прибывающих из Сумеречных Лесов. Кучера размахивали пылающими факелами, чтобы отогнать вжик-вжиков и не дать им взобраться на шаткие мостки, ведущие к платформе Центрального Рынка, где на транспортной стоянке владельцы с нетерпением дожидались своих фургонов.

Плут с изумлением глазел на расползшуюся в разные стороны стоянку. Атмосфера здесь была напряжённой, и вокруг распространялось зловоние. Перед мальчиком раскинулось море тележек, повозок, вагончиков; ломовики рвали постромки, а дородные угрюмые шрайки присматривали за скопищем колымаг в ожидании, пока хозяева их разберут. Воздух то и дело оглашался нестройными воплями протеста.

— У меня спёрли половину моих товаров! — надрывно кричал гоблин-утконос.

— А у меня пропали два ежеобраза! — жалобно скулил дуркотрог.

— Пошлина шраек! — хохотнула одна из охранниц. — Может, в следующий раз вы сами поедете с вашей повозкой через Сумеречные Леса? Нет? Не хотите? — И она противно защёлкала клювом.

— Типичный грабёж! Шрайки всегда так делают, — простонал гоблин, тащившийся вслед за Плутом. — И только потому, что Сумеречные Леса им не страшны, они думают, что можно обобрать нас до нитки!

Магда сверилась с кусочком коры и по каракулям, нацарапанным на ней, определила нужный участок.

— Сюда! — радостно воскликнула она, подзывая товарищей. — Это здесь!

Стоб и Плут присоединились к ней в тот момент, когда она протягивала талон замызганной шрайке с унылой физиономией, которая застыла у ограды опершись о столб.

— Вам туда! — махнула та когтем.

В углу, под навесом, стояла крохотная разбитая колымага с впряжённым в неё худосочным, облезлым живопыром.

— Но это не наша повозка! — попыталась возразить Магда. — Наша была четырехместная, с ежеобразом…

— Хотите — берите, хотите — нет, — глумливо усмехнулась шрайка. Она зевнула и принялась изучать свои когти.

— Конечно, они её берут, мадам, — и тысяча благодарностей! — послышался чей-то писклявый голосок. Небольшого роста шрайк-самец, одетый в какую-то рвань, подошёл к Магде и взял её под руку.

— Но… — пробормотала Магда.

— Никаких «но», деточка, — пропищал шрайк. — У нас тут и без вас забот полон рот, так что нечего отнимать драгоценное время у нашей добрейшей начальницы.

Он низко поклонился охраннице и утащил Магду в сторону. Стоб и Плут последовали за ним.

— А в чём, собственно говоря, дело? — спросил Стоб, хватая худосочное существо за жидкое крылышко и освобождая Магду от вцепившихся в неё коготков.