матушка окажется интриганкой и коварной отравительницей.
Впрочем, герцогиня никогда не проявляла материнской любви к сыну. Она не сомневалась: настоящая герцогиня должна быть сдержана в своих чувствах и не обязана много времени уделять ребенку – на это есть многочисленный штат нянек. А когда ребенок подрастет, его плавно передают в руки гувернанток.
Рональд невольно улыбнулся детским мечтам о мраморных львах. Может, выписать себе парочку львят из какой-нибудь южной страны? Воспитать и пусть живут во дворце как коты? Хотя вряд ли львам это понравится. Нет, лучше пусть наслаждаются свободой в дикой природе.
Важный привратник в расшитой золотыми галунами ливрее распахнул дверь и склонился перед Рональдом в низком поклоне.
Красная ковровая дорожка, затканная переплетенными пышными розами и утонченными лилиями, бежала по бесконечной анфиладе комнат и терялась вдали. Зеркала, изящная лепнина на стенах и потолке, позолота, фрески, огромные хрустальные люстры – роскошь дворца отличалась сдержанным вкусом, не била в глаза и вызывала неподдельное восхищение.
Скоро до слуха Рональда долетели звуки рояля – Его Величество любил музицировать. Роялю вторила флейта – новая фаворитка Императора владела этим инструментом безупречно.
Лакеи неспешно и тожественно открыли перед Рональдом двустворчатые двери с хрустальными стеклами в причудливых бронзовых переплетах.
– Герцог Рональд Бриан, – объявил дворецкий, выходя на середину музыкальной гостиной, – покорно просит аудиенции у Вашего Величества.
Вообще-то Бриана вызвал Император и Рональд ничего не просил. Тем более покорно. Но таковы дворцовые ритуалы.
Император завершил музыкальную фразу, звуки последнего аккорда замерли в воздухе.
– Рад видеть тебя, Рональд, – Император поднялся из-за рояля, небрежно махнул рукой фаворитке с флейтой, отпуская ее. – Аделина, мы продолжим через два часа. Тебе не надо так сильно дуть в инструмент. От этого он хлюпает и производит не слишком приятное впечатление. Просто ухо режет. Пока позанимайся и постарайся отделаться от этого неблагозвучного звука. Каков каламбур? – восхитился сам себе Император. – Подай нам вина и сыра, – кивнул он лакею. – После занятий музыкой хочется немного расслабиться и перекусить, – доверительно сообщил Император Бриану.
Император опустился в золоченое кресло с высокой спинкой у небольшого столика, указал Рональду на стул напротив.
– Рональд, мой мальчик, ты знаешь, я считаю тебя почти своим сыном, – начало речи Его Величества не предвещало ничего хорошего.
– Вы бесконечно добры и снисходительны ко мне, Ваше Величество, – склонил голову Рональд.
Похоже, опять кто-то на него нажаловался. Но Рональд уже с месяц не катает белошвеек над городом. На дуэли не дрался. Даже в банальной драке не участвовал. Так в чем дело?
– Слышал, ты не можешь выбрать себе достойную невесту, – Император пригубил вино из тяжелого хрустального кубка.
– Я обязательно выберу, – пообещал Рональд. – Девицы пугаются моей второй сущности и падают в обморок. Я ищу девушку, которая полюбит меня таким, каков я есть.
– Прекрасные слова, – закивал Император. – Слова, достойные настоящего мужчины и истинного герцога. Любовь – основа основ. Уж кто-кто, а я это знаю, – усмехнулся любвеобильный Император. – Можешь больше не утруждать себя. Я нашел тебе идеальную невесту. Ты не только обретешь красавицу-жену, но и поможешь Империи упрочить государственные связи.
Рональд едва не подавился сыром:
– Ваше Величество, но я пока не собирался…
– И не благодари, – широко улыбнулся Император, допивая вино. – Знал, что ты оценишь мою заботу.
Глава 21
О, боги! Император искренне верит, что осчастливил Рональда подобным известием? Бриану хотелось развернуться и уйти. Даже не уйти – бежать из дворца без оглядки, расправить крылья и унестись прочь в морозное утро. Но такие фокусы с Императором даром не пройдут.
– Бенедикта – принцесса крови, младшая дочь короля Азелии Иллариона Великолепного. И, что большая редкость у принцесс, она редкая красавица. Тебе крупно повезло, – доверительно вещал Император. – Илларион Великолепный души в ней не чает. Бенедикта – его любимая и единственная дочь.
Удивительно, что правитель могущественного государства придумал себе титул, подходящий для фокусника из дешевого балагана – Великолепный. Титул Илларион Неподражаемый или Непревзойденный тоже подошел бы.
Император позвонил в серебряный колокольчик. Лакей внес резную треногу и поставил ее перед Рональдом. Герцог подавил вздох сожаления. Другой слуга важно и торжественно водрузил на треногу портрет, закрытый тонкой тканью.
Император эффектно сдернул драпировку:
– Ну, какова? Хороша, не правда ли? – восхитился правитель. – Само совершенство. Какие пропорции, какие глаза! Глаза трепетной лани! А губы! Это не губы, это лепестки нежной розы!
Девушка на картине была не просто красива, она была прекрасна – белоснежная кожа, алые в меру полные губы, огромные черные глаза, осененные пушистыми ресницами, идеальной формы темные брови, пышные светлые волосы. Ангельский взгляд и мраморная грудь, открытая в пределах приличия.
– Да, красивая, – не стал возражать Рональд.
Он видел много потрясающих женщин, и Бенедикта не произвела на него особого впечатления идеальной внешностью. У мадам Козимиры белошвейки тоже прекрасны как богини.
Рональд подошел к портрету, провел ладонью вдоль полотна картины. Изображение заколебалось, по нему пробежала легкая рябь.
– Уже проверяли, – махнул рукой Император. – Да, грудь художник немного увеличил, и волосы у нее от природы не волнистые, а прямые. Это завивка. Остальное все натуральное. Даже невинность не восстановлена. А это в наши дни большая редкость. Тебе в невесты достается настоящая девственница, насверленный жемчуг, как говорят на востоке. Бриллиант чистой воды, – нахваливал Бенедикту Император как купец нахваливает товар на рынке. – И что большая редкость у природных блондинок – у Бенедикты темные глаза. Это придает пикантности ее облику.
Фон вокруг головы Бенедикты тревожно пульсировал темными разводами.
– Аура плохая, – опустил ладонь Рональд. – Принцесса практикует черную магию.
– Аура нормальная, ну, небольшие черные пятна, и что? – пожал плечами Император. – Каждая женщина немного ведьма. Возможно, принцесса и увлечена оккультизмом. Нынче это модно. Выйдет замуж, у нее появятся другие интересы. Невинная девица не знает, что чувственные удовольствия намного приятнее и интереснее, чем общение с темными силами.
Император на всякий случай накинул на портрет ткань.
– Это не рекомендация, а приказ, – строго посмотрел на Рональда Император. – Нам нужны тесные связи с Азелией. Мой наследник уже обручен, свадьба состоится летом. Другие сыновья – бастарды. Что поделать, если Императрица после старшего сына рожает одних девочек? Я предлагала Иллариону в качестве зятя моего сына от маркизы Камиллы Авелан. Но Бенедикта не желает выходить замуж за побочного ребенка, даже если это сын Императора. В этом она удивительно упряма и недальновидна. Принцесса согласна стать герцогиней, не меньше. Других неженатых герцогов у нас нет. Так что женишься на принцессе. Это приказ, и он не обсуждается. Послужишь на благо Отечества.
– Но, Ваше Величество… –
