правда. Но для вас ее реакции – тяжелое испытание, это вполне естественно. Как вы успокаиваете дочку?
– Сразу обнимаю и говорю, что с нами она в безопасности, – сказала Клэр.
– Убеждаем, что бояться нечего, – поддакнул Пит.
Внимательно наблюдая за родителями Кэти, Робин отметила: Пит старался говорить за двоих, а вот Клэр явно себя от него отделяла. Их попытки совладать с тревогой дочери были классическими: Клэр словно давала Кэти убежище и пыталась создать для нее ощущение безопасности, а Пит, как и любой отец, больше старался ободрить ребенка.
– Отлично. Мы с вами проработаем некоторые дополнительные упражнения, которые помогут успокоить Кэти, когда ее настигает стресс. Будет здорово, если вы станете действовать как сплоченная команда.
– О чем это ты? – вскинулся Пит. – Естественно, мы так и делаем. Ну, то есть… Я ведь работаю и целый день торчать дома не могу, но в любом случае возвращаюсь как можно раньше – хочу побыть с Кэти, пока она не легла спать.
– Понимаю, – кивнула Робин, – однако я имела в виду другое. У вас разные подходы, и мне хотелось, чтобы вы их между собой обсудили. Нет, подобная разница может оказаться полезной – разные методы дополняют друг друга и в итоге синхронизируются, – однако Кэти не должна почувствовать ваши разногласия.
– Мы в ее присутствии не спорим, – возразил Пит.
Робин кивнула. Дети куда более восприимчивы, чем представлялось Питу, а уж те, кто, подобно Кэти, остро ощущают перемену настроения окружающих, – вдвойне. Наверняка девочка улавливала любую напряженность между родителями, легко считывая возникающие между ними противоречия.
– Знаете, чего я от вас хочу? Каждый из вас должен сейчас поставить себя на место другого. Скажите от первого лица, что чувствует ваш партнер.
– Но… мы ведь планировали обсудить способы помочь Кэти? – спросила Клэр.
– Совершенно верно, и мой вопрос – часть плана. Нам следует сообразить, как работать плечом к плечу, добиться лучшего понимания. Тем самым я получу представление о наилучших подходах к Кэти во время сеансов. Мне следует знать ваши точки зрения и отношение к методам партнера.
В гостиной Стоунов воцарилось долгое молчание, затем Пит откашлялся.
– Ну, Клэр считает…
– Попробуй говорить от первого лица. Как будто ты – Клэр, – предложила Робин.
Пит неловко заерзал.
– Хм… Я считаю, что Пит мог бы забегать домой и днем – немного пообщаться с Кэти. Он не приходит – говорит, она все равно не отвечает, а Клэр… то есть я уверена: Кэти нас слушает и от звука наших голосов успокаивается.
Робин растерянно заморгала. Не ожидала от Пита подобной способности к рефлексии, да еще на первом сеансе.
– И Клэр… в смысле, мне кажется, что Питу стоит попытаться и вообще проявить больше понимания к ужасу, через который прошла Кэти.
Он вновь откашлялся и несколько напрягся.
– Хорошо, – улыбнулась Робин. – Как насчет тебя, Клэр? Что чувствует Пит?
– По-моему, – твердо заявила та, – жена слишком уж носится с Кэти и тем самым подавляет ее. Ставит дочь в полную от себя зависимость.
– Я никогда не говорил… – ощетинился Пит.
– Дай ей закончить, – мягко перебила его Робин.
– Когда мы были детьми, родители над нами не кудахтали, даже если мы сталкивались с проблемами. Они давали нам возможность принимать решения самостоятельно, – продолжила Клэр, насмешливо копируя интонации мужа. – И мы должны поступать с Кэти точно так же, однако Клэр со мной не согласна.
Робин уловила промелькнувшую в глазах бывшей одноклассницы искорку гнева. Впервые та позволила себе выразить раздражение. Что ж, лучше выпустить пар, чем держать его в себе. И все же плохо, что Клэр злится на супруга: эту помеху придется устранять.
– Хорошо, – подытожила Робин. – Давайте пока отложим ваши разногласия в сторону. Я вижу преимущества и одного, и другого подхода, так что, зная ваши точки зрения, смогу помочь Кэти более качественно. Нам же следует продолжить встречи – попробуем добиться синхронизации и работать сообща.
Ни Пит, ни Клэр особого воодушевления не выказали.
– Теперь поговорим о сегодняшнем занятии с Кэти, – продолжила Робин, меняя тему.
– У тебя здорово получилось, – улыбнулась Клэр.
– Рада, что ты так думаешь. Пит, не знаю, рассказывала ли тебе Клэр о сеансе…
– Говорила о жутковатом рисунке.
– М-м-м… да, было и такое, однако это лишь небольшой эпизод нашей встречи. В общем-то Кэти делала невероятные успехи. Ей нужно было ослабить свой страх и наслаждаться обстановкой игровой комнаты, а она еще и выразила свои чувства совершенно потрясающим образом.
– Малышка ведь все еще не говорит, – подчеркнул Пит. – Нам точно есть куда двигаться.
Клэр, сжав челюсти, повернулась к мужу, явно намереваясь что-то сказать, однако Робин ее опередила:
– Она пока передает мысли через игры и рисунки. Что касается перенесших психологическую травму детей, рассказ о пережитом – далеко не главный способ выражения эмоций. Ролевые игры и творчество – лучший метод совладать с проблемой.
– Ладно… – Пит пожал плечами. – Можешь предположить, когда Кэти начнет разговаривать?
– Невозможно прогнозировать, насколько быстро наступит улучшение, и я уже сказала Клэр: надо набраться терпения.
– Ты хочешь встречаться с Кэти раз в неделю?
– Пока начнем так, а дальше посмотрим – в зависимости от эффекта.
Пит кивнул и нахмурился. Смотрел он куда-то мимо камеры, и у Робин вдруг закралось подозрение: не на экран ли телевизора? Она терпеть не могла подобную особенность онлайн-встреч. Сколько раз приходилось видеть, как люди отвлекаются от диалога. Кто-то стучит по клавиатуре, другие незаметно двигают мышку… Могут даже сидеть в соцсетях!
– Робин… я хотела спросить о рисунке, – заговорила Клэр.
– Да?
– Может, Кэти пыталась изобразить то, что творил с ней похититель? Вдруг он ее пытал?
Пит вздрогнул и вновь перевел взгляд на дисплей.
– Не стоит делать поспешных выводов. Рисунок может означать что угодно. Насколько я поняла, медицинское заключение не указывает на вероятность пыток.
– Да, правда, – согласилась Клэр. – Такого рода шрамов у Кэти нет.
– Она была здорово исцарапана, когда ее нашли, – вставил Пит, – но почти все уже зажило.
– В любом случае порезов не было, – возразила Клэр.
– Ну да, скорее ссадины.
– Возможно, о них Кэти и хотела рассказать, – предположила Робин. – Ведь все ее царапины кровоточили.
С другой стороны, похититель мог угрожать ей ножом или на ее глазах нанес рану другому пленнику. Впрочем, не исключено, что они неверно интерпретируют рисунок и на нем вовсе не кровь…
– Когда мы сможем сказать наверняка? – настаивал Пит.
– У меня нет уверенности, что сможем вообще. Конечно, вас угнетает неизвестность. И все же у нас сейчас иная цель.
– Зачем тогда нужен такой подход? Что толку заставлять девочку погружаться в вспоминания, если мы все
