она подскочила, раскинула руки и, улыбаясь во все тридцать два белых зуба, бросилась на шею к Сергею. Тот опешил, но сумел на полпути перехватить жадные до обнимашек ручонки.
— Яна, ты, что здесь делаешь?
— Сереженька, я приехала в гости, так давно не видела тебя, соскучилась, — начала слащавым голосом девушка, которую Сергей назвал Яной, только сейчас Ника поняла, что это его бывшая невеста, в глубине души коготок ревности царапнул по живому.
— Яна, мы, кажется, все выяснили еще год назад, я очень прошу тебя не приходить больше сюда.
— Ну, что ты такой злой, кто прошлое помянет тому и глаз вон, может, стоит переговорить с глазу на глаз, — она видимо не ожидала столь холодного приема.
Но Сергей прошел в свой кабинет и демонстративно закрыл перед ее носом дверь, ключ в замочной скважине повернулся, надежно преграждая девушке вход.
— Ну что, обезьяна деревенская, рада, он все равно будет мой, теперь я богатая, у меня есть деньги, а Красавины не дадут ему жениться на нищенке, — обернувшись, зло прошипела Яна, красивое лицо исказилось, и стало видно, сколько усилий приложили к ее внешности пластические хирурги.
— Простите, Яна, не знаю как вас там по отчеству, но я здесь работаю помощником руководителя, а не богатых женихов ловлю, так что если у вас нет деловых вопросов, прошу освободить помещение.
Яна зашипела от ярости, она не привыкла получать сдачи, накинув модную шубку на узкие плечики, она прошествовала к двери.
— Мы еще посмотрим кто кого, Золушка деревенская.
И она вышла, громко хлопнув дверью.
Ника тяжело опустилась на стул.
— Ну, вот почему мне все так не везет, — думала она. — Почему все женщины пытаются уличить меня в каких-то корыстных интересах. Почему столько злобы и ревности. Может лучше уйти из центра, пойти работать на кафедру, там одни женщины старые девы. Ревновать точно не к кому, на всю кафедру один мужчина, и то ему уже семьдесят лет.
На этой грустной ноте она начала разбирать бумаги. Сергей вел переговоры по телефону и не выходил из кабинета почти до самого вечера.
Только когда часы показали шесть вечера, Сергей закончил переговоры и собрался домой.
— Ника, давай я довезу тебя до дома.
— Спасибо, Сергей, но мне хочется прогуляться, я пойду пешком.
— Ник, ты прости за безобразную сцену с Яной, она совсем свихнулась.
— Тебе не за что извиняться, Сергей, а от нее я извинений не жду.
— Да, Яну просто понесло, полгода назад умер ее богатый престарелый муж в Италии, с тех пор она возомнила себя чуть ли не королевой и захотела вернуть меня, теперь добивается всеми правдами и неправдами.
— Я уже это поняла, Сергей, может нам стоит рассказать всем, что мы не пара, просто работаем вместе, а то меня твои невесты просто сожрут с потрохами.
— Ника, нет, мы оставим все как есть, а я постараюсь оградить тебя от них.
Как не настаивал Сергей, в этот вечер Ника пошла домой одна. Она шла не торопясь, вдыхая весенний воздух, шлепая по лужам, рассматривая набухающие на деревьях почки. Мрачные мысли ее покинули, она просто шла и наслаждалась хорошей погодой. Дни стали длиннее, солнце ярче, и она радовалась этим весенним дням.
На перекрестке она остановилась вместе с толпой таких же пешеходов. Толпа людей старалась не подходить к краю, так как пролетающие мимо автомобили не тормозили и обдавали зазевавшихся пешеходов водой из луж. Ника встала чуть в стороне, дожидаясь зеленого сигнала светофора. Вот светофор мигнул, и загорелся смешной зеленый человечек, который на табло двигал маленькими ножками. И она ступила на пешеходный переход. Где-то взвизгнула, резко стартуя, машина. Ника шла быстрым шагом, желая быстрее перейти дорогу, и в этот миг краешком глаза увидела быстро приближающуюся красную машину. Удар. Боль! И вот ее уже подбросило в воздух, стукнуло о капот. Где-то вдалеке страшно завизжала женщина. Машина резко затормозила, отбрасывая Нику в сторону. Все её тело пронзила страшная боль. Она закрыло голубое небо, заставив его почернеть. Где-то рядом верещала женщина, и раздавался гул голосов. Вот кто-то склонился над ней, ее трогают, но это только усиливает боль, по лицу текут слезы.
Через минуту все звуки перекрыл вой сирены скорой помощи…
Глава 21
Ника очнулась на больничной койке.
Вокруг белые стены, попискивают и мигают огоньками приборы, на соседних койках лежат такие же горемыки, от стоек тянуться тонкие трубочки к венам, капает раствор. Она огляделась по сторонам, свет, что лился из окон, играл солнечными зайчиками на полу, кто-то стонал на дальней койке, больных не было видно, ширмы закрывали койки друг от друга. Сколько она уже здесь, Ника даже не представляла, какой сегодня день.
Голова сильно болела, во рту был металлический привкус, как будто кто положил ей монету под язык, в глазах немного двоилось, сильно тошнило. Нога была помещенная в лангету, забинтованная и заклеенная сверху пластырем нещадно болела. Она с трудом вспомнила, как попала сюда, и что этому предшествовало. Аварию совсем не помнила, а вот ссору с очередной девушкой Сергея, Яной, очень хорошо помнила. Девушка была взвинчена, агрессивна, импульсивна. Могла ли она наехать на Нику? Однозначно! В порыве обиды, чтобы убрать со своего пути конкурентку. Да!
Ника задумалась, сколько еще придется терпеть от претенденток на сердце и руку Сергея. И в памяти всплыли моменты, когда девушки из окружения Красавиных делали ей гадости, но это все мелко и подло. Та, что пошла на преступление, шла ва-банк. Она должна обладать стальными нервами и просто каким-то бесстрашием, либо высоким покровительством. Ника перебирала в памяти всех девушек, что встречала у Красавиных, но ни одна из них не подошла, ни одна бы не пошла на такое преступление.
Все эти девушки с большим удовольствием тыкали в лицо Ники ее происхождением, подчеркивали к месту и не к месту, что у нее нет образования, денег и манер, и только благодаря Красавиным ее терпят в обществе. Мстили, мелко пакостили, но пойти на убийство точно не могли.
Кто же ты, убийца? У Ники не было врагов, по крайне мере она сама так думала. И все же некто неизвестный ей попытался ее убить.
Через несколько минут в палату заглянула медсестра, увидев, что больная очнулась, она позвала доктора. Доктор, молоденький дежурный врач бегло ее опросил, посмотрел, помахал перед носом молоточком, посмотрел ее снимки и сказал, что завтра ее переведут в палату, обнадежив, что с ней все будет хорошо. И она не так уж сильно пострадала при такой
