владыке. Ему не обязательно даже касаться тебя, чтобы узнать, насколько все плохо.
— Я поняла, — тихо сказала Хесса. — Спасибо, наверное?
— Это все, что тебя волновало? — Сардар сомневался. Все сказанное завело их совсем не туда, куда он надеялся. Теперь от нее пахло усталостью и печалью.
— Хотела сказать, что у нас почти ничего не было. В смысле… Он не…
— Я знаю.
— Но это неважно, так?
— Для кого? — Сардар, почуяв наконец настоящую причину выматывающего разговора, поднялся и сел, вглядываясь в ее лицо. Теперь Хесса отводила взгляд, даже прятала, и ничего хорошего это не предвещало.
— Для тебя? — она усмехнулась, будто через силу. — Не для меня же.
— Хватит, — сказал Сардар, теряя терпение. — Ты хочешь прямого ответа, так спроси! Спроси уже ради всего, плевать ли мне, что Асир не успел тебя трахнуть. Спроси, было бы плевать, если бы успел!
— Было бы? — Она вздернула подбородок, взглянула прямо. Но Сардар уже не мог сосредоточиться на запахах. К горлу подступала злость. Не на Хессу, на себя. За тупое бессилие, за неспособность оставить все как есть или, наоборот, изменить одним махом. Неподходящее время для порывов. Да и станет ли когда-нибудь подходящим?
А еще начинало отвратно стучать в висках, стоило только вспомнить ту проклятую ночь. И ярость, которую едва контролировал к концу разборок в Шайтаре, и глухое отчаяние при мысли, что не успеет вернуться вовремя. И белое, звенящее, опустошительное бешенство к концу бесконечной скачки до столицы и дворца. Каким чудом он сдержался и не набросился на владыку с порога, Сардар до сих пор не понимал. Знал только, что если снова придется это пережить, никому, кроме Асира, он не сможет ее доверить. Даже если на этот раз все закончится полноценной вязкой.
— Нет, — он выдохнул, медленно вдохнул, стараясь утихомирить эмоции и привести в порядок мысли. — Думаешь, я несся бы сюда, как псих, будь мне плевать? Так понятно?
Хесса кивнула и как-то разом обмякла. Ткнулась лбом в плечо, и Сардар притянул ее ближе, вдохнул знакомый запах волос. Сердце все еще колотилось, взбаламученное воспоминаниями. Но с этим уже можно было жить и соображать.
— Я знаю, ты ждала меня. Но если такое случится снова, не вздумай опять тянуть до последнего. Твою вязку с другим я приму. Это необходимость, а не прихоть, ясно? Не знаю, что ты опять там надумала, но в случившемся никогда не было и не будет твоей вины.
— Ты так объясняешь, будто я вообще ни вшивого мерина не понимаю в жизни.
— А ты понимаешь? Точно? Никогда бы не догадался.
Хесса тихо фыркнула, потерлась носом о шею и отстранилась. Губы изгибались в незнакомой, мягкой и какой-то хулиганской улыбке.
— Может, объяснишь заодно на пальцах или чем-нибудь другом, как не сдохнуть от перевозбуждения в третий день течки рядом с кродахом, которого хочешь? Вы же не бросите девушку в беде, господин первый советник?
Глава 9
Когда-то невероятно давно — даже не в прошлой, а в позапрошлой жизни — анха из трущоб пошутила при маленькой девочке, что секс в нужное время с нужным кродахом здорово прочищает мозги. Лин тогда не поняла и удивилась, а когда спросила у Альды, та ответила резко:
— Забудь. Шутка была не для тебя.
Но странное и непонятное умеет застревать в памяти надолго, и Лин запомнила.
А теперь вот подумала, что Альда была права. После близости с Асиром (пусть даже ее нельзя назвать полноценным сексом) все, что тревожило, грызло изнутри и делало предстоящий день сложным и пугающим, волшебным образом стало или понятным и простым, или не таким уж важным.
И наряд выбрала без всяких сомнений. И о своем соответствии «высокому обществу» окончательно перестала волноваться. Зато вдруг появились сомнения там, где раньше и не думала бы сомневаться — пить или нет умиротворяющий отвар. Но ведь есть Асир, и можно посоветоваться с ним.
— Мне пить это? — она достала флакон. — Как ты считаешь?
— Не сейчас. Помнишь, что чувствовала вчера перед десертом?
Лин кивнула.
— Почувствуешь снова — пей. Надолго его не хватит. Я не стану возражать, даже если ты запрыгнешь ко мне на колени посреди чаепития, владыки тоже вряд ли станут. Ты гораздо интереснее халвы и пастилы. Но лучше все же до этого не доводить.
— А я только хотела сказать, какая это заманчивая идея.
— Вижу, скоро и фонтан на площади перестанет тебя пугать.
— Может быть, — Лин не стала сдерживать улыбку. Сейчас ей море было по колено. И, похоже, Асиру нравился такой ее настрой. — Раз уж он не пугает тебя, как я могу бояться с тобой рядом?
— Никак. Твой владыка запрещает тебе бояться. А теперь одевайся. И, кстати, о владыках. Есть что-то, о чем ты хочешь узнать до того, как мы спустимся? Сегодня будет меньше лишних людей. И больше — опасной болтовни. Самое время размяться перед приездом Вахида. Боюсь, с ним тебе тоже придется знакомиться лично. Если не передумаешь. Он уже в Имхаре. Лалия не вернется так быстро.
Лин медленно покачала головой.
— У меня есть вводные на всех, кроме Назифа. Мне нужно знать о нем что-то важное? А остальные… я не успела составить личное мнение, не было возможности. Даже не знаю, о чем спросить. Просто подстаховывай меня, получится? К тебе ведь можно сбежать, если я растеряюсь? Это не сочтут оскорблением?
— Скорее забавной странностью, — Асир фыркнул. — Пытаюсь вообразить, как ты посреди разговора бежишь ко мне за советом, и не могу.
— Ну не настолько же прямолинейно, — Лин рассмеялась: и правда, смешно прозвучало.
— О Назифе лучше спроси Сардара. Они общались несколько раз, когда мы бывали в Шитанаре. Это неожиданный поворот. Но скорее выгодный и приятный. Если, конечно, ему позволят вернуться отсюда владыкой, а не очередным шитанарским мучеником или лишенцем.
Лин кивнула. Похоже, ничего срочного или важного о новом человеке в раскладе Асир и сам не знает. Иначе не отсылал бы ее к советнику, с которым она сможет пообщаться без лишних ушей разве что поздним вечером. Если к тому времени ее снова не отправят в сераль.
— Я просто буду держаться поближе к тебе. Чтобы ты заметил, если вдруг сделаю или скажу что-то не то. Ну,
