хотя бы поначалу, а там, наверное, станет понятнее.
Она подошла к разложенным парадным одеждам.
— Как тебе? Думаю, Лалия бы одобрила.
Наряд был густо-фиолетовым, почти черным — цвета баклажана. Глубокого, теплого оттенка — совсем как ночь здесь, в Им-Роке, и, как ночное небо, вспыхивал и мерцал звездами: блестящий плотный шелк был густо расшит черными крохотными камнями. Дома Лин решила бы, что это стекло, но здесь на украшение шли натуральные, природные драгоценности. И контраст с белыми одеждами Асира будет ярким. Одеваться во все белое, как Лалия, она не имеет права, значит, надо играть именно на контрасте.
А прискорбное, как сказал бы Ладуш, отсутствие парадной прически скроет платок, тончайший, почти прозрачный, похожий на дымку вечернего неба с россыпью мерцающих звезд. Страшно подумать, сколько стоит такая роскошь. Но Лалия наверняка сказала бы, что думать нужно не о ценности, а о впечатлении.
— Не знаю, как Лалия, а я одобряю. Но тебе нужна личная шкатулка с драгоценностями. Скажи Ладушу. Анха владыки в одном халасане вместо украшений — это еще более странно, чем анха на официальном приеме вообще без одежды. Меня бы устроило, но приверженцы традиций не поймут.
— Что-то нужно с этим сделать прямо сейчас? — быстро спросила Лин. — Хотя вчера я уже была… неправильной?
— Вчера ты была необычной, но не единственной. Сегодня и так будешь сиять, как прилавок столичного ювелира. Но завтра найди что-нибудь подходящее.
— Хорошо. Я поговорю с Ладушем, — отговариваться всякими «не люблю», «не умею носить» или «Лалия сказала, что мне не пойдут кольца» ей и в голову не пришло. Форма одежды — парадная. Все, точка. Придется научиться.
Она завязала пояс — тщательно, перед зеркалом, проверив, чтобы узор лег ровно. Флакон отправился в потайной кармашек на поясе — не зная, и не заметишь. Накинула платок.
— Я готова. Пора?
— Идем. — Тяжелая ладонь Асира опустилась на спину. Скользнула ниже и замерла на пояснице. — И помни, ты можешь уйти в любой момент. Мир не рухнет, что бы там тебе ни говорили Лалия или Ладуш.
Лин слегка удивилась, когда свернули не к парадным залам, а в сад. Но это было приятное удивление — градус официоза среди роз и фонтанов снижался, и она почувствовала себя уверенней. Хорошо еще, что это был не тот садик, в котором она проводила время с Асиром и где он брал ее в последнее утро вязки, а то слишком яркие воспоминания заставили бы опустошить флакон Ладуша раньше времени.
Здесь уже прогуливались Акиль со своим советником и Назиф — один. Общаться владыки не спешили. Лин помнила, что с прежним владыкой Шитанара Акиль «близко дружил» — согласно мудрости «держи друзей близко, а врагов еще ближе». Стало интересно, почему не торопится «сдружиться» и с этим. Присматривается? Или это Назиф определил дистанцию? Возможно, оказался проницательнее своего двоюродного деда и чует в соседе не друга, а врага?
Пока длились приветствия, Лин ловила на себе изучающие, оценивающие взгляды. Не слишком приятно. Но нервничать было некогда, потому что агент Линтариена занялась тем же — изучала и оценивала гостей. Самих по себе и их реакцию на анху Лин — тоже.
Акиль давил на инстинкты, причем и анхи, и агента. Обе стороны Лин реагировали на него одинаково: «Опасен! Соблюдать крайнюю осторожность». Внутренний зверь был согласен.
Советник Акиля, неприметный клиба в довольно скромном на вид наряде, рядом со своим владыкой терялся почти до состояния невидимки. Из образа выпадал только взгляд, острый и быстрый. Лин показалось, советник Ияд ощупал ее одним взглядом с головы до ног. Проверил, не прячется ли под одеждой оружие, оценил степень тренированности, наверняка и флакон в поясе заметил и теперь будет следить, не подольет ли коварная анха отравы или приворотного зелья его господину.
В участок бы им такого, Каюм с руками бы оторвал.
В беседке был накрыт стол к завтраку, но никто не спешил садиться. Только когда Акиль и Асир, взяв по чашке кофе, отошли к фонтану, на одну из скамей опустился Ияд. Лин задумалась, куда ей себя деть — подходить к опасному советнику не хотелось, а знакомиться «поближе» с Назифом казалось рано. Пусть лучше он первым подойдет.
Но почувствовать себя глупо, стоя в одиночестве посреди сада, она не успела: появились Сардар с владыкой Харитии, а за ними Ладуш с Нариманом. От их вида Лин не сдержала улыбку: очень уж яркий контраст. Худощавый, порывистый Сардар, как всегда, в темном, рядом с разодетым в пух и прах, пухлощеким, словно хомяк, харитийцем, и пестрый, быстрый в движениях Ладуш с мощным, тяжеловесным и медлительным баринтарцем, словно тропическая птица в компании медведя. Они здоровались с Асиром, но потом Сардар подвел харитийца к Лин.
— Госпожа Линтариена, — он неожиданно склонился в поклоне и, выпрямившись, дернул уголком губ. — Приветствую.
— Поистине красота прекрасной госпожи спорит с самыми изысканными цветами этого сада, — подхватил харитиец.
«Он издевается!» — Лин почему-то вспомнились розы щек и опыляющие их мотыльки поцелуев. К ее сожалению, издевался, возможно, Сардар, но владыка Джад был убийственно серьезен в своих цветистых комплиментах. И отвечать нужно было так же серьезно.
Лин попыталась представить, что ответила бы на такое Лалия.
— В этом саду умелый садовник, — улыбнулась она, стрельнув глазами в сторону Асира. — Приветствую вас, владыка Джад, советник Сардар. Прекрасное утро, не правда ли?
Кажется, Сардар и Ладуш сговорились, потому что следующую гору любезностей на нее обрушил Нариман. Даже стоять рядом с ним было неловко: приходилось задирать голову. А Ладуш тем временем незаметно отошел к Ияду.
Слава предкам, расшаркивания длились недолго: Нариман явно искал случая поговорить с Джадом, и Лин послужила только предлогом для того, чтобы подойти и наконец затеять этот разговор. Сгрузив на ее голову пристойное количество славословий, баринтарец вдруг обратился к харитийцу с небрежным: «А вот, к слову о садах, не желаете ли обсудить…» Сардар, воспользовавшись моментом, ухватил Лин под локоть и потянул в сторону.
— Если станет совсем невмоготу их терпеть, подмигни, что-нибудь придумаем.
— Пока что я, кажется, здесь нужна только для мебели, — тихо ответила Лин. — Хотя меня это устраивает. Но, может, нам нужно подойти к вашему… родственнику? Нехорошо, что он один.
— Назифа должен был занять Ладуш, но его заинтересовал другой объект, — Сардар прищурился. — Пойдем. С ним не нужно расшаркиваться.
И правда, новый владыка Шитанара выглядел
