Тут он крякнул, прервался и озадаченно зачесал в затылке.
— А сейчас я словно че Вайлэ цитирую. Прямо хоть сам бери и пиши какую-нибудь книгу. Воспоминания или историческую… впрочем, тут разницы почти не будет.
— А и напишите! — вылез Алек, но старика не получилось сбить с курса.
— Что свойственно молодым людям, конечно, кроме наглости и непочтительности? — он сурово "поглядел" на ученика. — Свежий взгляд на мир. Чистое, незамутнённое восприятие. Умение находить нестандартные решения.
Да! — он энергично кивнул и ненадолго задумался, вспоминая, чьему книжному стилю подражает сейчас. — И что же следует из вышесказанного? — поинтересовался.
Из вышесказанного следовало, что молодым войям должно принимать более деятельное участие в жизни воличей… создать круг войев, который будет заниматься вопросами обучения и разведки.
— Но ведь у нас есть и прознатчики, и отличные учителя! — возразил Александр. — Знающие, умудрённые люди…
— Именно их умудрённость не устраивает меня, — буркнул старик. — Конечно, они будут продолжать делать своё дело. По-старому, как принято. А вы будете придумывать новое. И учиться, вы ведь наши преемники…
И в роли главы этого совета придумщиков нового слепой старец видел одного из своих учеников. Наглого, непочтительного, упрямого, непослушного и вообще наделённого многими добродетелями.
Всё получилось не совсем так, как рассчитывал старик. Молодой вой, не ослушавшись учителя, всё же нашёл лазейку. Объявил его волю друзьям и принял самое деятельное участие в организации совета…
Именно совета. Обычное для мирного времени положение Покона предписывало войям собираться вместе и избирать старших для принятия важных решений, как это делают цеховые мастера. Конечно, во время войны ни о какой демократии речи быть не может, но когда всё спокойно, отчего бы и не собраться-посоветоваться?
Так Алек всё-таки умудрился ускользнуть от ответственности. Но в последнее время всё яснее понимал, что бремени власти ему не избежать. Разношерстная толпа, которую он собрал, самоуправлялась с величайшим трудом, — как лодка с дюжиной гребцов, каждый из которых гребёт в свою сторону. Вместо высокопарного названия всё чаще звучало придуманное Даникой. Иногда собрание выбирало из старших самого старшего, причём почему-то чаще всего верховодить случалось именно Алеку.
Теперь он лишь по привычке отнекивался от высокой чести. А когда Даниэл предложил сходить в Дорлунд, повидать родные места, Алек попался. Большинством голосов общее руководство подготовкой к походу полностью возложили на его плечи.
Конечно, четверо бывших Проклятых помогали другу, но всё-таки ни один из них не был посвящённым войем.
Александр вертелся как угорь на рыболовном крючке. Майнус, присутствующий почти на каждом совете, и не думал помогать ученику, демонстрируя свою обычную насмешливую улыбку. Другие старшие войи, витазы, тоже частенько удостаивали Совет Юных своим присутствием, но не торопились делиться мудростью с "преемниками". Казалось, они откровенно наслаждаются растерянностью молодых людей, которым впервые пришлось решать такие сложные вопросы. На мольбы о пощаде умудрённые жизненным опытом вспоминали пословицу и отвечали, веселясь:
— Вы младенцы? Вот и глагольте истину!
Эти давние события промелькнули в памяти Алека, когда Майнус ответил на поклон — так подчёркнуто учтиво, что молодой вой немедленно заподозрил насмешку. Ну погоди у меня, сединами убелённый мудрый старец… Молодой вой коварно ухмыльнулся, но решил отложить месть на "после", когда обсудят все вопросы. Надо же как-то поднять себе настроение после бесконечных обсуждений и споров.
— Сегодня мы в очередной раз обсуждаем грядущее путешествие в Дорлунд… — скучным голосом начал он.
К его удивлению, споров было немного, и в основном по существу. То ли он в конце концов научился управлять советом, то ли сам совет устал от словоблудия.
Взрослеем, что ли, подумал Алек. Но от детского желания подстроить ответную пакость отказываться не стал. Он покосился на учителя, Майнус задумчиво рисовал посохом узоры на земле и, казалось, вовсе не пытался вникнуть в ход совета.
Кати робко залепетала о списке лечебных трав и зелий, которые необходимо взять с собой. С ней никто не спорил, признавая, что целительнице виднее. Приободрённая, девушка коротко рассказала о травах Дорлунда, раскритиковала работу тамошних знахарей и сборщиков трав. А так же упомянула, что есть уже заметки о том, что именно следует разведать для нормальной организации цеха целителей на чужих землях, буде воличи вдруг пожелают их захватить…
Вот этого у неё никто не требовал и не ожидал. Войи, которым неинтересно было слушать о травах, встрепенулись и с удивлением воззрились на развоевавшуюся девушку. Кати покраснела и беспомощно уставилась на Алека.
Тот и сам хлопал глазами, соображая, с чего это Кати стала такой воинственной, но заметки спросил. Кати передала тетрадь, сшитую из скверной соломенной бумаги, Алек полистал. Написано было толково. Сидевший рядом Джонатам тяжко вздохнул:
— Почему-то мне кажется, что сейчас мой суровый начальник вручит мне ещё одну очень срочную работу.
— Угадал, — и Алек вручил ему тетрадку.
— Вообще-то я люблю написанное слово, — сообщил Джонатам. — Но не в таких же количествах!..
Парень, бывший Проклятый, тоже учился в Имперской школе, но ещё меньше Алека. Друзей среди сверстников у него не было, — Джонатам сильный сердцевед, а кому понравится, что его мысли и чувства для собеседника словно открытая книга?
К книгам Джо и пристрастился.
Потом бывшие учителя едва не вынули ему душу экзорцизмом и поселили в деревне Проклятых. Появление нового Проклятого, побег к воличам… Здесь Джо постепенно "оттаял", и вообще стал душой компаний и покорителем девичьих сердец, но книги любить не перестал.
Во всех посёлках и городках воличей до войны было хорошо если три книгопечатни. За год Джонатам при помощи Влада, Маритэ и Хлои создал в Мечте ещё одну друкарню. Теперь, помимо наставлений о грамоте, по землям воличей ходили ещё и наставления о кузнечном, химическом и лекарском искусствах.
Когда был создан Совет Юных, Алек с облегчением спихнул на друга всю бумажную волокиту. Джонатам стенал и жаловался, но исправно создавал порядок из хаоса. Кажется, это ему даже нравилось.
После тетради с заметками Кати "секретарю" передали записки Влада, в которых тот плакался о недостатке лозоходцев. Людей, обученных смотреть сквозь землю и находить металлы и уголь, после войны требовалось очень много. Алек сделал заметку — что-нибудь предпринять по этому поводу. Потом Влад, откашлявшись, поинтересовался, следовать ли ему примеру Кати и придумать, как нужно создавать на захваченных землях кузницы и рудники.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
