Стефания со своими стражниками.
Я тихо и грязно выругался.
Да уж, Даня.
Просто отлично. Передо тобой два трупа, перчатки в крови, а позади неудовлетворенная жизнью и твоим происхождением фараонша.
Прямо джек-пот сорвал!
И да простит Фортуна мой французский, но в этот раз удача не просто повернулась к тебе спиной. Она показала тебе черную дыру в своей заднице.
Едва я успел ужаснуться стечению обстоятельств, как услышал резкий окрик за спиной.
— Оставайтесь на месте и не двигайтесь! Я — королевский дознаватель Стефания Загорская! Представьтесь, кто вы?
Я подкатил глаза.
— Геральт из Ривии, блин! Зачем такие вопросы, Стеф? Ты же знаешь, что это я!
Обернувшись, я уже хотел было сказануть еще что-нибудь, но мгновенно умолк.
Потому что на фоне сумеречного неба и серой стены, подсвеченной надвратными факелами, я увидел повернутый ко мне спиной женский силуэт верхом на лошади.
Стеф была без сопровождения. И обращалась она сейчас вовсе не ко мне, а четверым всадникам в черных плащах, мчащимся прямо на нее.
— Я сказала — стоять!!! — уже со злом крикнула она, и над головой девушки засветились два сложных конструкта.
Тут картинка перед моими глазами поплыла.
Над первыми двумя всадниками блеснули призрачно-бледные символы. В одно мгновение они оказались прямо перед Стефанией. И прежде, чем их обдало огненным потоком, резко передвинулись ей за спину, будто телепортировались.
И тут я понял — им нужна вовсе не госпожа дознаватель.
Они пришли за мной!
Глаза всадников засветились красными огнями. Кони, хрипя и фыркая, тоже наполнились тусклым светом.
И теперь я отчетливо видел, как в разрывах шкур блестят белые кости, и как на бегу вздымаются ребра, туго обтянутые голой кожей…
— Даня, берегись! Это некроманты!.. — вскричал Лёха, сверкнув глазами.
Глава 7. Ночь, улица и призыватель Даня
Я бросился с дороги в сторону скользящим прыжком, мягко приземлился и проехал подошвами сапог по натоптанной гладкости, скрытой под рыхлым снегом.
И в ту же секунду на заснеженной мостовой вокруг мертвецов появилось голубоватое пятно. Оно зашипело, как брошенная в воду головешка. Снег внутри пятна мгновенно осел, превращаясь в воду на гладких булыжниках. Мой конь, с ржанием метнувшийся в сторону, упал замертво. Тела убитых полыхнули сине-фиолетовым огнем. Их лица почернели, а глаза тут же засветились яркими синими точками.
Нечто подобное я уже видел в исполнении Лёхи. И я понял — покойники сейчас встанут.
— Ай-йя! — выкрикнул один из некромантов, с усилием налегая на поводья, чтобы на скаку повернуться ко мне, но мертвый жеребец не боялся порвать губы и промчался мимо.
Второму всаднику удалось совладать со своим транспортом лучше — он плавно завернул коня в противоположную сторону, чтобы сделать круг и, сбавив темп, вернуться ко мне.
Стеф, обжигая двух других наездников потоком огня, обернулась ко мне.
— Беги в город, как только сможешь! Я здесь справлюсь! — крикнула она мне.
— Она здесь не справится, — проговорил Лёха. — Некромагия устойчива к огню!..
Я не ответил.
Потому что в любом случае никуда бежать не собирался.
В голове отчетливо вспыхнула мысль, что нельзя дать подняться покойникам, и я ринулся обратно на дорогу, выхватывая по пути свой меч.
Не то чтобы я вдруг стал невозможно крутым и с титановыми яйцами, но страха в этот момент почему-то не было.
Я отслеживал действия всех четверых врагов и на уровне инстинктов понимал, что нужно делать.
Подскочив к бедному королевскому посланнику, я направил всю свою энергию в руки, плечи и спину. Хорошо замахнувшись, рубанул старика поперек туловища. Клинок вонзился в тело, разрубая кости, и через мгновение нижняя и верхняя части беспомощно задергались, не в силах подняться.
Женщина успела только сесть.
С разворота я снес ей голову, а потом обратным ударом перебил хребет, и она тоже рухнула вниз.
Взглянув на Стеф, я увидел, что ее конь отступает боком, в то время как она сама снова и снова пытается поджарить двух оскалившихся некромантов на мертвых жеребцах. Оранжевый огонь опалял гривы и развевающиеся обрывки плащей, но наполненные синим сиянием тела оставались невредимыми.
— Пошли прочь! Прочь, я сказала! — со злом кричала им Стеф, но остановить не могла. — Сейчас сюда примчится стража, и тогда!..
— Да пока твоя расторопная стража примчится, мы все тебя отыметь успеем, включая жеребцов! — прохрипел один из некромантов.
Сука.
Думаешь, ты — самый страшный на свете?
Нет, урод. Самый страшный на свете — я. И сейчас мы посмотрим, кто кого отымеет!
Собрав всю свою злобу в единый горячий сгусток в груди, я, повинуясь инстинкту, не стал рисовать долгих узоров. А просто выставил третий палец, от которого в воздухе тут же появился сияющий отпечаток, и громко выкрикнул:
— Флюгегехаймен!!!
Прямо передо мной возникло светящееся облачко, из которого на белых лебединых крыльях вылетел однозначный в своей простоте и ужасающий размерами предмет. Он выстрелил, как пушечное ядро из анекдотической пушки — по параболе.
Вот уж не знаю, кому в итоге там прилетело, некроманту или бедняге-коню — их тылы были отвернуты от меня. Но некромант вдруг вскрикнул, жеребец заржал — и, упав на землю, перекатился на спине, расплющивая своего седока.
Его приятель, громко выругавшись, шарахнулся в сторону. А сверху над ним птицей счастья закружило мое созданье.
— Заканчивай этот курогриль, просто воткни меч им в глотку! — крикнул я обалдевшей Стефании, которая от таких лебедей в небесах даже огнем поливать перестала.
— Сдохни! — услышал я поблизости истошный крик.
Не поворачивая головы, я отпрыгнул от источника звука, уклоняясь от удара черной глянцевой цепи.
Обернувшись, я увидел, что один из моих противников спешился. Над его головой завис темный сгусток, похожий на обрывок грозовой тучи. И из этого облака, как маятники, тянутся две блестящие черные цепи с тяжелыми шипастыми булавами на концах.
— Слабаки! — прохрипел Лёха. — Сраный третий разряд, если оценщику денег дали!..
Я метнулся вправо от некроманта, уклоняясь от просвистевшей над головой колючей хрени. Потом — влево, и снова вправо. Оправленный в металл Лёха опасно раскачивался у меня на бедре, то подскакивая, то ударяясь об ляжку. Огоньки его глаз вспыхивали попеременно то синим, то красным огнем.
Некромант, ухмыляясь, потянулся к ножнам за мечом…
— Да стой ты, не телепайся, как рыба об лед! — крикнул мне Лёха. — Сейчас я покажу этим салагам, как следует исполнять обмолачивание!
— Ага, вот прямо
