Денег, чтобы купить доски и другой материал для починки у него не было, но Ланс решил эту задачу уже известным ему способом. Он сделал за плотника некоторое количество мелкой работы и получил в уплату все необходимое. Лодку, подложив под днище несколько бревен и накинув на сломанный бушприт петлю из каната, Ланс оттащил на открытое место на самом краю обрыва, где ее было удобнее чинить, и откуда потом легко будет отчалить.
- Я назову тебя "Надежда", - сказал он лодке, принимаясь за первую пробоину в ее днище, - Я помогу тебе снова полететь, а ты поможешь мне вернуться домой. Я очень на это надеюсь.
Отец часто намекал Арту, что ни воздухоплаватель, ни воин из него по-настоящему не получится. Как ни крути, он сын простой деревенской рыбачки. Ланс другое дело, он с любого боку дворянин. Держать шпагу, сидеть верхом, на балах танцевать ему даже учиться не надо. Все это дано ему от рождения, с молоком матери, можно сказать. Поэтому Арт не удивился тому, что его учеба в полку летучих гусар проходила не блестяще. Теоретические занятия, уроки по изучению повадок драконов давались легко. Да и успехи в фехтовании оказались куда значительнее, чем могли предположить отец и сам Арт. Но вот Жоржета! Она решительно не хотела дружить. После каждого занятия на драконьем тренажере все тело Арта было в синяках. Столько раз слететь с Жоржетиной спины на пол, сколько это проделал Арт, не удалось еще никому из кадетов. Арт уже перестал реагировать на смешки сокурсников. Он понимал, что все безнадежно.
- Пойду-ка я отсюда, - сказал он однажды, в очередной раз растянувшись на матах.
Арт встал, отряхнул на себе черную форму и направился к выходу, ведущему в казармы.
Остальные курсанты, притихнув, смотрели, как он уходит.
- Давайте прервемся, - сказала им капитан Леодеграсс и взглядом показала, что все должны выйти.
- Вот что, Арт, - сказала капитан, возникнув на пути юноши и плечом загородив ему дорогу, - Я, возможно, не самый старый инструктор. До твоего курса я обучила только лишь три выпуска кадетов. Но все они стали летучими гусарами без страха и упрека. И ты никуда не денешься.
Капитан Леодеграсс действительно была очень молода. Глядя на нее сейчас, Арт впервые подумал, что ей, возможно, столько же лет, сколько ему самому. Просто опасная жизнь летучего гусара наложила на ее внешность и поведение свой отпечаток. Решительное выражение в больших темных глазах делало ее юное, покрытое золотистым загаром, лицо старше. Как и волевая складка в уголках ярких пухлых губ.
- По-моему, Жоржета с вами не согласна, инструктор, - вздохнул Арт.
- Значит, нужно хорошо постараться, чтобы ее переубедить, - капитан упрямо встряхнула пышными каштановыми волосами, - Наверное, ты из тех людей, которым ничего не дается легко. Потому что дается больше, чем другим, - она решительно хлопнула Арта по плечу, - Приходи сюда после занятий.
- Да, инструктор, - без особого воодушевления ответил Арт.
- Выше нос, - усмехнулась капитан Леодеграсс, - Кстати, меня зовут Гвен.
Когда вечером Нимвэй заглянула в казарму проведать Арта, ни в комнате, ни в столовой его не оказалось.
- Он в пещере с летным тренажером. Занимается дополнительно, - объяснила Кристана.
Нимвэй прошла через нижнюю террасу, она вела как раз к одному из входов в пещеру, где была установлена Жоржета. Уже вечерело, сиреневые тени рваными лоскутами висели на склонах скал, чередуясь с оранжевыми отблесками заката. Чаша ущелья почти до краев была полна туманом, а на другой его стороне, на вершинах самых высоких скал, залитые последними лучами солнца виднелись замки драконов. Они четко вырисовывались на фоне бледнеющего неба, и над их башнями уже зажигались первые звезды. В проемах окон и арках дверей глаз мог различить темные пятнышки, которые иногда двигались. Это были драконы, с недоступной высоты своих поднебесных жилищ наблюдавшие за миром людей. Глядя вверх, Нимвэй задержала шаг. Ей почудилось, что на одном из опасных обрывистых выступов виднеется белоснежная фигура с перепончатыми крыльями, которая не сводит с нее прозрачных, как льдинки, глаз.
За квадратными проходами в пещере виднелся свет вечерних фонарей. Вниз, в тренировочный зал, спускалась лестница в шесть ступеней. Ступив на нее, Нимвэй услышала негромкий механический шум работающего тренажера. А еще голоса и смех.
- Ну, разве я не куль с мукой?
- Нет, уже гораздо лучше - мешок с картошкой. Ты делаешь успехи на глазах. Давай-ка еще.
И снова смех. Нимвэй остановилась на верхних ступеньках, держась за металлические перила, и посмотрела вниз. В продуваемом ветром зале на кожаных ремнях и тросах покачивался из стороны в сторону механический дракон. Арт сидел на его спине и повторял движения черного кожаного корпуса, стараясь не упасть. Рядом стояла стройная девушка с пышными волосами, собранными в узел, одетая в форму летучего гусара с нашивками командира звена. Она держалась за рычаг управления тренажером, переключая скорости и изменяя угол наклона, и командовала перемещениями Арта на драконьей спине.
- Влево, еще влево. Старайся быть не седоком на драконе, а продолжением его тела, тогда все получится. Вот уже лучше.
Арт снова скатился на пол.
- Разве? Я же упал.
- Но гораздо увереннее, - рассмеялась девушка.
Они оба выглядели довольными и веселыми. Нимвэй стояла на лестнице, и ей не хотелось спускаться. Впервые в жизни она вдруг почувствовала себя чужой и одинокой. Постояв еще немного и поглядев смеющихся Арта и Гвен, она тихо ушла.
ОБМЕН
Больше трех недель пролетело незаметно. Ланс почти каждый день ходил на склон холма, чтобы поработать над починкой "Надежды". Конопатил швы, заделывал пробоины, штопал паруса, менял снасти. Ему удавалось посвящать своему тайному занятию по нескольку часов в день, потому что от работы в садах и на полях Локсли-мэйнор он был практически свободен. Вместо этого на плечи Ланса легли заботы няни. Он и Кош почти не разлучались. Ланс даже спал в Круглой гостиной на кушетке рядом с колыбелью дракончика. Он научился готовить травяные смеси для вскармливания и разогревать бутылочки с ними, следить, чтобы маленький дракон соблюдал распорядок дня, во время ел, спал, гулял и не простужался.
Кош рос быстро, как и положено дракону. Он был еще невелик, чуть больше кролика, но уже бегал. Пока еще он делал это неуклюже, мог резво пробежать несколько метров, потом голова или хвост перевешивали, он терял равновесие, падал, начинал плакать и проситься на ручки. Когда Коша поднимала Марианна, Дина, Золотинка или Айс, он продолжал жалобно скулить до тех пор, пока его не брал к себе Ланс. Только на руках у юноши дракончик успокаивался и снова начинал играть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
