- Что такое, командир? - удивилась Гвен.
- Подожди, Гвенивер, - Дэвидсон показал капитану Леодеграсс, что она должна ждать снаружи, так же, как и Гейвен.
Гвен и староста вышли из тренажерной пещеры, и полковник с Артом остались одни рядом с Жоржетой. По уставу полагалось ждать, пока старший заговорит первым, но Арт был так возмущен, что не стал дожидаться, когда Дэвидсон пустится в объяснения.
- Вы не допускаете меня к экзамену, полковник? - рассержено воскликнул он, - Почему? Я ведь сдал все зачеты и сделал это лучше многих. А теперь вы решили меня отстранить? У вас нет оснований думать, что я не готов.
Полковник выслушал сбивчивую обиженную речь Арта, не перебивая, как всегда хмуро и сосредоточенно глядя на юношу.
- Да, Пендрагон, ты многого достиг, благодаря упорству, которого тебе не занимать, - дождавшись, когда Арт выговорится, сказал Дэвидсон, - Это похвально. Но я чувствую в тебе все тот же страх, что и в самом начале. Он мешает тебе. Победи страх.
- Каким же образом? - сердито поинтересовался Арт.
Слова полковника казались ему нелепыми, он был уверен, что Дэвидсон придирается.
- Победи страх, - повторил полковник, - Посмотри на мир глазами драконов. Поднимись на скалы и проведи ночь в одном из их жилищ.
- Это вы так шутите? - Арт чуть не потерял дар речи, услышав подобное.
- Тогда я допущу тебя к экзаменам, - сказал полковник, повернулся и зашагал к выходу из пещеры, давая понять, что разговор окончен.
Белый дракон вдруг вынырнул из тумана, поднявшись в воздух. Он сложил крылья, плавно снизился и опустился на выступ скалы прямо перед Нимвэй. После нескольких недель походов в лощину и бесполезного ожидания альбинос сам прилетел, словно хотел предложить продолжить знакомство. Он сел на большой камень в нескольких шагах от дороги, ведущей из Гнезда в сторону туманных низменностей, и опустил большие крылья. Склонив голову на бок, дракон смотрел на Нимвэй и не двигался, позволяя и ей себя разглядывать.
Нимвэй не испугалась, она скорее обрадовалась появлению странного белокожего дракона ночи. Выждав минуту, чтобы снова не испугать его, девушка шагнула навстречу.
- Здравствуй, - сказала она, с почтением кланяясь, как полагалось при встрече с драконом, - Ты вернулся. Лапа уже не болит? Я рада. Как же ты пролетел сквозь туман?
Был час заката, Серое ущелье одевалось в сумерки. Лучи солнца гасли, касаясь тумана, который подбирался к дороге. Может, дело было во времени суток, а, может, в том, что дракон был белым, подумала Нимвэй. Он ничего не ответил на ее приветствие и поклон, и только продолжал смотреть своими прозрачно-синими глазами. Смотреть не со злобой, скорее с любопытством. Нимвэй порылась в сумке.
- У меня есть пирожок с мясом. Хочешь?
Она сделала еще шаг, протягивая угощение. Дракон оживился, в его взгляде обозначилась заинтересованность.
- Это жареная зайчатина, - улыбнулась Нимвэй, держа пирожок на ладони, - Иди сюда.
Солнце зашло за гребень скалы. Туман начинал подниматься со дна ущелья, клубясь за спиной дракона. Словно отодвигаясь от него, дракон подвинулся к Нимвэй. Он спустился с камня, на котором сидел и сделал неуловимый шажок вперед. А потом вдруг быстро прыгнул, схватил пирожок, чиркнув по ладони шершавым языком, и проглотил с громким чавканьем. Нимвэй вздрогнула, потом рассмеялась.
- Вот ты какой шустрый! А у меня есть еще.
Запуская руку в сумку, она улыбнулась. Белый дракон прищурил свои прозрачные глаза и почти улыбнулся в ответ. Вдали раздался громкий щелчок. Воздух похолодел от наступившей тишины. Нимвэй и дракон оба замерли, растеряно глядя друг на друга. Между ними, наплывая из низины, пополз туман. В его зыбкой глубине пронеслись хриплые крики. Белый дракон отшатнулся назад, также хрипло крикнул, оттолкнулся лапами от земли и улетел.
В тумане заметались тени. Нимвэй застегнула сумку и оглянулась туда, где дорога заканчивалась у входа в Гнездо, выдолбленного прямо в скале. Два летучих гусара в черной форме, охранявшие вход, собирались опустить защитные железные ставни. Они помахали руками, призывая Нимвэй поспешить и укрыться в Гнезде. Девушка повернула в сторону ворот и ускорила шаг. Сзади вдруг налетел порыв ветра и оглушительный сиплый рев, переходивший в шипение. Нимвэй оглянулась. На камень, где недавно сидел белый дракон, из тумана вылетел его черный взрослый собрат. Он раскинул крылья, сразу заслонившие собой полнеба, и раскрыл хищную пасть, предвкушая добычу. Глаза дракона горели красным огнем. Нимвэй бросилась бежать. За спиной она слышала рев. Тени, скользящие по земле со всех сторон, говорили о том, что драконов уже несколько. Они ссорились из-за добычи, которую каждый хотел забрать себе, били друг друга крыльями и отталкивали. Только это позволяло Нимвэй бежать дальше.
Летучие гусары у входа в пещеру достали пневматические арбалеты, но не решались стрелять в драконов, боясь поранить девушку.
- Скорей! - кричали они, целясь, но, не спуская курки.
Нимвэй бежала изо всех сил. Конец дороги и ворота в скале были уже рядом, как вдруг хлесткий удар крыла по спине сбил Нимвэй с ног. Она упала лицом вниз, поспешно перевернулась на спину и увидела нависающего над ней воздушного ночного дракона. Он раскинул крылья, изогнул шею, собираясь схватить девушку. Его собратья были неподалеку, нетерпеливо переступали лапами, глядели жадно. От ворот на дракона посыпались арбалетные стрелы. Одна из них скользнула по его черному чешуйчатому боку, чиркнув острием. Дракон взревел от боли, замахал крыльями, поднимая ветер. Другие драконы зашипели, устремляясь вперед.
Нимвэй зажмурилась, лежа на земле, потом рывком вытащила из-под одежды висящий на цепочке драконий хризопраз. Она выставила вперед ладонь, на которой лежал подаренный бабушкой камень, и зеленоватое сияние полилось во все стороны, прогоняя вечерний полумрак. Вокруг Нимвэй стало светло, как днем. Огромный черный дракон отшатнулся с гортанным хрипом, похожим на крик боли. Другие драконы подхватили этот мучительный вопль. Объятые необъяснимым ужасом они метнулись к краю скалы и один за другим бросились в туман. Воздух, растревоженный их хриплыми голосами, еще долго звенел, осыпая скалы осколками эха.
- Что вы себе думаете, юная госпожа, отправляясь гулять в такой час?
Полковник Дэвидсон нервно расхаживал по своему кабинету. Гусары, охранявшие вход, привели к нему Нимвэй и доложили о происшествии. Он был очень рассержен.
- Я не гуляла, а собирала травы и уже возвращалась в деревню, - объяснила Нимвэй.
Она сидела на стуле возле письменного стола полковника, держась рукой за лоб, на котором после падения обнаружилась ссадина. Оправдываться Нимвэй не собиралась, потому что знала, что виновата.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
