отказалась, — пробормотала под нос, понимая, что сейчас будет орать. Возможно, звукоизоляцию сделали в разы хуже двери, тогда у меня шанс.
— А-а-а! — заорала я. — Откройте! Я требую! Я не виновата! Меня подставили! Даже не провели допрос! Не смейте не проводить элементарных процедур!
— Что за процедуры? — вдруг раздался откуда-то слева веселый голос.
Я подпрыгнула от неожиданности. Завертела головой по сторонам.
Пусть. Только стены да тюфяк. Будь окно, можно было бы решить, что кто-то туда заглядывает, но… его нет.
— Кто здесь? — хрипло спросила я.
Кошмар, что делать, если это какой-то шпион? Правда, мне и скрывать нечего. Но как-то очень неуютно резко. Потому что у меня ни метлы, ни тазика. Не то чтобы последний хорошо помог, но всё равно согласитесь: женщина с тазиком выглядит куда внушительнее, чем без него. Это сразу наводит на мысль, что не нужно к ней приближаться с дурными намерениями.
— Не надо меня бояться, — снова раздался тот же голос. — Пытаться рассмотреть тоже. Видишь ли, я сейчас невидим. Всему виной королевские маги, которые наложили эти проклятые чары. Сюда как спускаешься, так всё. Потом себя в зеркале не можешь найти.
— А вы кто? — осторожно поинтересовалась я.
Не то, чтобы стало спокойнее, но, по крайней мере, оно не пытается на меня наброситься.
«Или попытается попозже», — тут же пришла неутешительная мысль.
— Зови меня Драас, — сообщил невидимый собеседник. — Я тут периодически бываю, чтобы скрасить скучные денечки. А ещё подыскиваю себе товарища, который обожает авантюры.
Я нервно расправила юбку, словно это могло чем-то помочь.
— Не уверена, что нашли. А… может быть, вы знаете, как можно дозваться кого-то из стражников?
— Никак, — «обрадовал» меня Драас. — Сюда приводят тех, кого потом сразу отконвоируют на суд. Суд не такой, как обычно, а маленький, только с одной дорогой.
— Куда? — подозрительно поинтересовалась я.
— На плаху, — с готовностью ответил Драас.
Я чуть не рухнула в обморок, но меня кто-то подхватил.
— Тихо-тихо, что ж все такие нервные-то. Женщины не изменились за все те годы, которые я тут бывают.
— И за какие же? — слабо спросила я.
— Ну, лет двести, — охотно отозвался он, аккуратно возвращая меня в вертикальное положение. — В общем, я пришёл помочь. Отсюда можно сбежать. Есть тайный ход, который известен только мне.
— А что я за это буду должна? — подозрительно уточнила я.
— Зелья, — последовал ответ. — Много зелий для восстановления физической оболочки. Видишь ли, моя совсем поизносилась, поэтому её надо подлатать.
Я только хлопнула ресницами. Значит, вот как. Ну хорошо, это можно. Правда…
Очень сложно подозрительно посмотреть на собеседника, если даже не знаешь, где он. Определенно, сегодня не лучший день в моей жизни.
— Соглашайся, зельевар. — Меня похлопали по плечу. — Это прекрасная сделка.
— А как мне убедиться, что ты не врешь и не пытаешься подставить меня побегом из королевской тюрьмы?
— Никак, — радостно сообщил Драас. — Но подумай сама, если тебя не вытащить, кто мне будет варить зелья для восстановления?
— А что, мало зельеваров в Ридзене?
— Таких, как ты, да.
Ответ меня обескуражил. Нет, каждый зельевар хочет иметь нечто свое, уникальное, что не смогут повторить коллеги, но… Я ещё до такого уровня не дошла.
— Ты можешь мне не верить, — вдруг как-то серьёзно сказал он, — но… подумай сама. Как много ты знаешь о выпущенных из королевской темницы?
Я вдруг поняла, что никогда не слышала ни о чем подобном. То есть… конечно, не интересовалась, но об этом обязательно бы говорили хотя бы на рынке, где постоянно витают свежие сплетни.
— Не знаю, — призналась я.
— Вот.
Некоторое время мы молчали. Вмиг как-то стало совершенно ясно, что пусть я не знаю, кто такой Драас, но вот если бы сидеть тут и ничего не делать, то, скорее всего, ничего хорошего не будет.
И то, и то не привлекает, но выбираем из двух зол меньшее.
— Ну так что? — поинтересовался Драас.
— Я согласна. Веди.
За спиной раздался довольный смешок. Ага, значит, находится сзади меня.
— Но сначала поклянись, что не причинишь мне вреда.
— Хм-м-м, а ты умная девочка.
Глава 7
/Илмар Орбас/
Если бы я был каким-то торговцем на рынке, который обожает детективные истории и сплетни, то выдал бы: «Вот это поворот!».
Но… подождите. Что за ерунда?
— Вот это поворот, — произнес Кристап.
Я дёрнул его за рукав.
— Перестань.
— Ой, простите, пан отслеживатель правильности речи следовиков и всех остальных, — криво улыбнулся он.
Я закатил глаза. Да, чего только не бывает. Но сейчас раздражительность может перекрыть все попытки работать исключительно трезвой головой и ясным разумом.
Я понимал, что меня словно царапает внутри.
Ядвига. И «Каралис Вилкс». Первую посадить в башню под замок, вторых просто прибить. Потому что бесят.
— Согласен, — серьёзно сказал пан Аадель и поправил очки в золотой оправе. Тоненькой такой, практически незаметной. Что-то я не видел таких очков у нас, наверное, покупает в Эсте. Там мастера этим славятся. — Прошу вас в лабораторию, сами посмотрите.
Мы последовали за Ааделем. Здесь, как всегда, царил невероятный порядок. Стеклянные трубки, артефакты-кристаллы, жидкости самых невероятных цветов, которые булькают, шипят и даже местами немного взрываются.
Ассистент пана Ааделя, юркий и ловкий худенький мальчишка, что-то записывал на досточку. Хм, как же его зовут… Кажется, Оливерс. Он на нас задумчиво посмотрел, но потом снова опустил взгляд на свои записи. Так, нас и вовсе не видят.
Оливерс из Ридзене, он уже работал здесь, когда перевели Ааделя. Поначалу казалось, что они не найдут общего языка, однако на удивление, всё пошло гладко. Аадель — очень грамотный и достаточно деликатный человек. Поэтому его знания и опыт помогут Оливерсу в дальнейшем будущем.
Сам Аадель тем временем подвел нас к особому столу с алхимическими артефактами. Здесь под толстым стеклом можно было разглядеть образцы тканей, костей, крови и даже сияющий слепок ауры. Конечно, сейчас в нем не было никакого живого золота, который бывает у живых, но разглядеть можно многое.
— Смотрите, уважаемые, — сказал Ааадель, наклоняясь. Русые волосы соскользнули с плеча, поэтому он быстро засунул их за ворот халата. — Удивительное совпадение. Аура погасла позже, чем следовало. Но физические показатели обмануть не удалось. Жизнь покинула это тело до соприкосновения с водой.
Я нахмурился, изучая то, что осталось от ауры.
— Это след либо заклятия, либо артефакта, — сказал задумчиво. — Что-то удерживало дух в теле Межгинес искусственно.
— Именно, — согласился Аадель. — Кому-то нужно было «продлить», чтобы потом выставить в нужном свете.
— Чтобы сделать виновной Ядвигу, — мрачно произнес Кристап, складывая руки на груди.
— Всё похоже именно
