— Да. Я уезжал в Дьюк, в Северной Каролине, — он вздохнул. — Как Мэл уже упоминала, мы все уезжали, покидали пределы Гастингса, большинство из нас не единожды. И люди совершают регулярные дневные поездки, даже за пределы штата, за покупками или по делам. У меня такое чувство, что это не сильно нам поможет сузить круг подозреваемых.
— Вероятно, нет, — согласилась Изабелл. — Хотя, если нам достаточно повезет найти одного-двух подозреваемых, у нас есть несколько конкретных вопросов к ним….
Холлис умышленно отстранилась от дискуссии. Она и не собиралась встревать: несмотря на то, что обсуждались известные ей детали, она была еще слишком неопытна в процессе расследования как таковом, чтобы находить его интересным, даже захватывающим.
Она поначалу даже не заметила, что голос Изабелл затих, и в комнате воцарилась необычно пустая тишина. Но потом она осознала, что обсуждение вокруг нее отдалилось, заглохло. Она почувствовала, как волоски на ее теле встали дыбом, а мышцы начало покалывать.
Ощущение было не из приятных.
Она посмотрела на других людей за столом, следя как их губы шевелятся и улавливая только отдельные слова время от времени, приглушенные и неясные. И они сами выглядели для нее как-то по-другому. Смутные, почти исчезнувшие. Казалось, они удаляются все дальше мгновение за мгновением, и это напугало ее.
Черт, это ужаснуло ее.
Она открыла рот, чтобы произнести что-нибудь, хотя бы попытаться, но даже когда у нее получилось, новый незнакомый инстинкт заставил ее повернуть голову в сторону двери. И снова, не намереваясь, не желая этого, она посмотрела.
Возле дверного проема стояла женщина.
Блондинка.
Она виделась яснее, чем люди вокруг Холлис, как-то ярче и более четко. Она была красивой, с тонкими чертами лица. Ее волосы сверкали отполированным золотом, глаза были голубыми, яркими и пронзительными.
Глаза, сфокусированные на Холлис.
Она разомкнула губы и начала говорить.
Прохлада волной хлынула сквозь Холлис, и она быстро отвела взгляд, инстинктивно пытаясь закрыть дверь, разорвать связь между собой и местом, откуда эта женщина появилась
Это было холодное, темное место, и оно до ужаса пугало Холлис.
Потому что это была смерть.
Мэллори снова помассировала висок:
— О’кей, возвращаясь к тому, что его заводит. Что же его заводит?
Изабелл ответила охотно, хотя и не слишком информативно.
— Нечто необычное, но мы не знаем, что это, по крайней мере, пока не знаем. Перерывы между всплесками его активности могут и могли бы быть объяснены его потребностью в изучении этих женщин.
— Могли бы, — сказал Рэйф. — Но вы не уверены?
— Я уверена, что ему нужно ощутить, что он знает их. Какой бы ни была причина, они не могут быть совершенными незнакомками для него. Возможно, стараясь их узнать, он выясняет нечто такое о них — по крайней мере, о первой жертве — что срывает его с катушек, нечто, что нажимает на его спусковой крючок. Или, возможно, он должен завоевать их доверие, это могло бы быть частью его ритуала, особенно в свете того, что эти женщины добровольно покидают свои машины и следуют за ним.
— Он ведь не выбирает всех шестерых женщин, прежде чем начинает убивать, так? В противном случае, вы не смогли бы попасть в его список.
— Хороший вопрос, — согласилась Изабелл. — Еще один интересный момент, как он ухитряется, выслеживая одну женщину, замечать или даже выбирать в качестве будущей жертвы другую женщину. Даже не смотря на то, что сами убийства этого парня безумны, становится ясно, что он вполне способен думать спокойно и хладнокровно вплоть до момента, когда он их убивает.
— Мы должны найти ее.
Все посмотрели на Холлис. Голос звучал сдавленно, лицо явно выражало напряжение. Она жевала ноготь на большом пальце, который, как отметил Рэйф, уже был обкусан почти под корень.
— Он даже сейчас ее выслеживает. Наблюдает за ней. Думает о том, что он с ней сделает. Мы должны…
— Холлис, — тихо позвала ее Изабелл. — Мы сделаем все возможное, чтобы найти ее прежде, чем он до нее доберется. Но единственный способ этого добиться, начать с тех женщин, которых он уже убил. Мы должны выяснить, что их всех объединяет, кроме цвета волос. Что их связывает между собой. И с ним.
Холлис слепо уставилась на напарницу.
— Как ты можешь так спокойно к этому относиться? Ты же знаешь, что с ней может произойти. Мы обе знаем. Мы обе знаем, каково это ощущать. Беспомощный ужас, агонию…
— Холлис, — голос Изабелл по-прежнему звучал тихо, но что-то в нем заставило ее напарницу моргнуть и застыть в своем кресле.
— Прошу прощения, — очнулась Холлис. Она на мгновение прижала кончики пальцев к глазам, затем снова посмотрела на них.
— Просто это… — на этот раз никто не прерывал ее.
Но что-то прервало.
Она вдруг повернула голову, словно ее кто-то позвал по имени, уставившись в направлении закрытой двери. Ее глаза расширились, пока от радужки не осталось тонкое голубое кольцо, окружающее огромные зрачки.
Рэйф бросил быстрый взгляд на Изабелл и обнаружил, что она пристально смотрит на свою напарницу, сузив глаза. Когда он снова взглянул на Холлис, то увидел, что она стала еще более бледной, чем была до этого, и заметно дрожит.
— Почему ты здесь? — прошептала она, всматриваясь в нечто, никому кроме нее не видимое. — Погоди, я не слышу тебя. Я хочу. Я хочу тебе помочь. Но…
Изабелл мягко спросила:
— Кто там, Холлис? Кого ты видишь?
— Я не слышу ее. Она пытается мне что-то сказать, но я ее не слышу.
— Прислушайся. Сконцентрируйся.
— Я пытаюсь. Я вижу ее, но… Она качает головой. Она сдается. Нет, подожди…
Рэйф был немного напуган, почувствовав, как у него заложило уши за мгновение до того, как Холлис сползла в своем кресле. Он твердил себе, что это всего лишь его воображение, даже когда услышал себя, задающего вопрос:
— Кто это был? Кого ты видела?
Мгновение Холлис слепо смотрела на него, потом указала на доску объявлений, где они разместили фотографии и другую информацию о жертвах.
— Ее. Первую жертву. Джейми Брауэр.
Глава 5
Пятница, 13 июня, 14.30
ЭМИЛИ БРАУЭР ДАЖЕ В ГЛУБИНЕ ДУШИ не призналась бы в этом, но она была ужасным человеком. Ужасной дочерью. По-настоящему ужасной сестрой. К ней продолжали подходить люди с потрясенными взглядами и тихими голосами, рассказывая ей, как они сожалеют о Джейми, спрашивая ее, как она держится.
— В порядке, я в порядке, — неизменно отвечала Эмили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
